Продолжение статьи и окончание.
Роковая ошибка Эхуда Ольмерта
Как утверждает военный обозреватель газеты "Едиот ахронот" Амир Раппопорт, в то самое время, когда на совещании в министерстве обороны Дан Халуц, по сути дела, убедил все военное руководство страны, включая Амира Переца, принять его план воздушного удара, Эхуд Ольмерт беседовал по телефону с президентом США Джорджем Бушем и госсекретарем Кондолизой Райс. Оба собеседника нашего премьер-министра дали понять, что вполне разделяют праведный гнев Израиля, что признают его право на самооборону и даже готовы на словах поддержать любые, самые грозные заявления в адрес Ливана, но... Но вот о каком-то серьезном ударе по Ливану и нанесению сильного ущерба ливанской экономике Израилю следует забыть: в США и Европе слишком дорожат прозападно настроенным премьер-министром Ливана Фуадом Синьорой, чтобы позволить наносить удары по его популярности в стране. "С "Хизбаллой" делайте все, что угодно; можете немножко пощипать Ливан и припугнуть Синьору - но не более того!" - таков был смысл "ценных указаний", переданных из Вашингтона. И Ольмерт ответил, что все понял и Израиль будет действовать в тех рамках, которые установил ему "старший брат", находящийся по ту сторону океана. "Так, без всякой задней мысли, точнее, вообще без какой-либо мысли, было положено начало будущему провалу Израиля в войне, - писал Амир Раппопорт. - Вся военная машина страны в этот момент уже работала на операцию ВВС с целью нанести тяжелейший удар по инфраструктуре Ливана и таким образом заставить ливанское правительство начать действовать против "Хизбаллы", а премьер-министр страны поддался американскому давлению и дал обещание, что такого "тяжелейшего" удара не будет..." И все-таки, по мнению Раппопорта, в тот момент все еще можно было спасти - нужно было лишь вспомнить о рекомендациях генералов Адама, Айзенкота и Гилада, достать из сейфов и начать претворять в жизнь план "Мей маром". Но не достали. Не задействовали. По той простой причине, что Дан Халуц был противником этого плана, а неискушенные в военных делах Эхуд Ольмерт и Амир Перец вообще не имели понятия о его существовании....
Самолеты летят дальше... Заседание правительства в тель-авивской канцелярии премьера было назначено на 20.00, но за час до этого Эхуд Ольмерт собрался в этой же месте с Амиром Перецом и представителями генштаба, чтобы подготовить те решения, которые он предложит своим министрам. Услышав о плане Халуца, Ольмерт стал с ходу возражать - разумеется, исходя из тех обещаний, которые он дал в ходе разговора с Райс и Бушем. Суть его возражений сводилась к тому, что Израиль может наносить удары только по тем целям, поражение которых будет выглядеть оправданным с точки зрения спасения захваченных в плен солдат. Например, пояснил Ольмерт, мы можем бомбить аэропорт и морской порт Бейрута, так как сможем объяснить мировому сообществу, что вывели эти порты из строя, чтобы предотвратить переправку через них наших военнопленных за пределы Ливана. При этом бомбить надо осторожно - чтобы потом ливанцы могли восстановить все разрушенное в течение одной-двух недель. А вот электростанцию вообще бомбить нельзя, так как это выглядит необоснованным. Дороги и мосты бомбить можно, так как этим мы лишаем "Хизбаллу" возможности доставить оружие туда, куда надо. Но вот главную, прибрежную дорогу бомбить ни в коем случае нельзя, так как по ней будут двигаться беженцы с юга на север Ливана... Халуц понял, что ему не остается ничего другого, как скорректировать свои планы с наложенными премьер-министром ограничениями. Он начал спешно созваниваться с начальником ВВС Элиэзером Шкеди, чтобы тот, соответственно, поменял задания летчикам. Ну а в 20.00 началось то самое судьбоносное заседание правительства, которое утвердило решение начать вторую ливанскую войну. Но при этом, как свидетельствует протокол того заседания, министры явно слабо представляли себе, что происходит, не владели информацией и вдобавок пребывали в каком-то игривом расположении духа. Всем казалось, что в течение двух, максимум трех дней, мы разнесем "Хизбаллу" в пух и прах, и на этом все закончится. Не случайно именно в этот вечер министр юстиции Хаим Рамон так неудачно для себя поцеловался с одной из девушек, несших воинскую службу при канцелярии премьера - эта фривольная история весьма показательна для того настроения, в котором пребывали члены правительства. Выступали на этом заседании все министры, каждый хотел отметиться и сказать какую-то банальность - вроде того что вот теперь мы будем драться до победного конца. Единственными, кто задал серьезные вопросы, были Ципи Ливни и Шимон Перес. Ливни поинтересовалась у представителей армии, есть ли хоть какой-то шанс на то, что в ходе войны можно будет вернуть пленных солдат в Израиль и, получив отрицательный ответ, заявила, что тогда в решении правительства целю операции должно быть объявлено возвращение ЦАХАЛу его сдерживающей силы. Перес прямо спросил Халуца, знает ли тот, как будет действовать на следующем этапе спланированной им операции, но ясного ответа на свой вопрос так и не получил. Чрезвычайно важным был ответ юридического советника Мени Мазуза на запрос ЦАХАЛа о том, насколько легитимным с точки зрения международного законодательства будет удар по домам, в которых террористы прячут ракеты и пусковые установки. Дело в том, пояснил генерал Айзенкот, что "Хизбалла" заплатила жителям деревень за то, что они укроют эти установки внутри свих домов и сараев. - Тот, кто решил жить под одной крышей с ракетами, должен учитывать, что по этим ракетам или запускающим их установкам может быть произведен удар. Подобный удар не может считаться военным преступлением, так как совершается в рамках самообороны. Так что никаких проблем с международным законодательством я тут не вижу, - ответил Мазуз. Окончательный текст решения правительства, утвержденный в 23.00 12 июля 2006 года, оставляет немало вопросов. Например, целью военной операции в нем объявляется... возвращение израильских военнопленных, хотя генералы не раз и не два давали понять, что эта цель совершенно недостижима. Есть там и какой-то странный пункт о необходимости вывести из игры Сирию. Словом, читая решения правительства, принятого в столь ответственный для страны час, отчетливо понимаешь, что наши министры совершенно не представляли, за что они голосуют и что именно намерена делать армия. Но пилоты боевых самолетов в этот час уже склонялись над выданными им картами, и колеса военной машины крутились с необычайной скоростью, приближая час начала, возможно, самой неудачной войны в истории Израиля.
"Новостинедели -Репортер", 19.04.07 Материал предоставлен редакцией.
http://world.lib.ru/i/i_p_k/070423_smilansky_den.shtml