В тишине, капли дождя, ударяющие по мраморным плитам отдавались мелодичной музыкой. Встав под очередным проёмом я ловил ртом дождевую воду, она стекала у меня по лицу, мочила одежду, освежала и очищала душу, смывая негативные воспоминания. Я просто лёг и закрыл глаза. Не хотелось ничего, только покоя, только отдыха…
Спустя некоторое время меня разбудил гул железа, скребущего мрамор. Осмотревшись, я заметил на нижних уровнях небольшую группу вооружённых людей, сопровождавших знатную персону. Доспехи стражи вовсю были покрыты следами от сражений, а мантия пожилого старика играла бликами света по всему мраморному залу. Это был шанс выбраться отсюда и я последовал за ними.
Пройдя несколько залов, они отрезали мне путь следования, закрыв дверь ключом. Ничего, эти подземелья покрыты сеткой пещер, я нагоню их.
Долгая и мрачная сеть тоннелей привели меня к неизбежному. Пустые глаза леденящих призраков снова смотрели на меня сквозь мраморные плиты, отражения луж и, играющих лучами, айледских кристаллов, сохранившихся с доисторических времён.
Странный свет лился сквозь трещины в стене одной из арок, дьявольский и яркий. Дверь, ведущая туда, находилась неподалёку, а на ней висел незамкнутый замок. Мысли в голове перемешались, но сзади я услышал шаги, шаги отдающие гулким криком вечного мрамора, это были сектанты. Выбора у меня не было, я прошёл в дверь и укрылся за тенью колонны.
Закройте дверь, им не избежать погибели. – послышалось неподалёку и замок за моей спиной защёлкнулся. Ещё один отрезанный путь назад придаёт мне силы и стремление. Я прошёл к месту странного источника света и поразился: на каменной плите сектант в трансе взывал к даэдра. Его голос казался не человеческим, а губы даже не шевелились. На коленях его лежала книга, извергающая ауру ненависти, на книге блестел кинжал смертоносной дьявольской заточки, наколённый до такой степени, что книга, на которой он лежал дымилась. Сектант занёс клинок над головой, кожа на его руках посмуглела. Я перестал понимать что происходит вокруг, лишь слышал голос из вне и пульс сердца, чуждого мне сердца.
Ноги проделали два быстрых шага, из губ сектанта вылетел стон и… материализовавшийся топор в его руке со звоном упал на плиты. Я в ужасе отскочил. Дьявольский клинок, как жало, впился в грудь убийцы, навечно вычеркнув его из истории.