Цитата:
Сообщение от kavalorn
Действительно, я не буду кравить душой и отрицать, что это не так. Но насколько я понимаю, человека, которого интересно слушать, должно быть не менее интересно и читать. Тут вот такой присутствует момент, что не в первый раз люди начинают жаловаться на неудобочитаемость твоих рецензий и отзывов, хотя казалось бы, если даешь анализ какому-то произведению, в данном случае кинофильму, то твои мысли должны быть обличены хотя бы в мало-мальски художественную форму, а не напоминать инструкцию к стиральной машине. И я, в свою очередь, не погрешу против истины сказав, что ты даже не попытаешься как-то изменить свой стиль письма и сделать его более удобным для восприятия большинством читающих эту тему и совершенно не важно в личку подобные притензии будут высказаны или на публике.
|
Твоё отношение к моим "инструкциям" зиждется на четырёх неотрефлексированных посылках. Первая, что побуждающим мотивом моего присутствия должно быть достижение какого-то обучающего эффекта ("донести до читателя какие-то свои мысли по предмету обсуждения"). Вторая, процесс обучения (трансляция новых данных) должен происходить путём передачи знания простым общедоступным языком. Третья, письмо это вторичное по отношению к речи образование, т.е. письмо это нейтральный аппарат для передачи мысли. Наконец, фундаментальная ошибка атрибуции и она же "четвёртая", с необходимостью вытекающая из второй и третьей, и потому являющаяся частным случаем (я пыжусь делать то, в чем меня обвиняет "большинство" - вменение, которое уже не оставляет шансов "большинству" на проявление милости и оправдания нарушителя, а именно: "пытается "набить" побольше текста и продемонстрировать запас выученных редкоупотребляемых специфических слов").
Вкратце отчитавшись по первой, я затрону вторую и третью посылки, оставляя частный случай четвёртой для самостоятельных выводов, т.к. говорить о себе больше - покидать рубежи приличия.
Итак, насчет первой - это далеко не всегда так. Я учитываю возможные побочные положительные эффекты, по принципиальным соображениям игнорируя негативные и так далее, но первые – не моя самоцель. По интенциям своим я едва ли отличен от прочих посетителей форума.
Вторая, - которую я включаю в рассмотрение, потому что претензии, мне адресуемые, возможны только при её наличии, хотя её следовало бы отбросить после первой - цель всякого педагогического опыта, конечно, если это не стадия дрессуры, а именно передача чего-то интеллигибельно нового, состоит в том, чтобы объект его направленности перетерпел изменения, что всегда влечёт за собой выход объекта из состояния равновесия. Вообще говоря, для того, чтобы любой обмен был плодотворным , необходима асимметрия, избыточность и/или недостаточность. Иначе, как говорил Лотман, если перекладывать одинаковую сумму денег из одного кошелька в другой, то из подобного сношения прибыль не возникнет. На масштабе индивидуальной психологии, заинтересованному ученику неподдающийся язык послужит только вызовом, нерадивому же и популярное разжевывание будет пустой тратой времени. Второй, конечно, как-то доплывёт до выпуска, но выйдя, останется с прежним отношением к науке, из-за которого все знания подвергнутся скорейшему вытеснению в угоду практическому интересу, которому насильствено всё, кроме материального комфорта.
Третья, ни один интересующейся своей наукой филолог сегодня не скажет, что письмо суть калька речи. Он и про речь, соответственно, не скажет, что она началась с некоего первокрика, взывающего к помощи. Может быть, только ради утилитарной цели сдачи экзамена пожилому педагогу. Диалектический и исторический материализм разобраны и дискредитированы в начале 20-ого столетия, причем никем иным, как отечественными интеллектуалами (Бердяев, Лосский, Вышеславцев и прочие думающий люди). Касаемо языкового происхождения, как феномена, нас обуславливающего, этот вопрос, по всей видимости, останется открытым навсегда. Но попытки осмысления генезиса привели в середине прошлого века ученых (например, Жака Деррида) к новым основоположениям в гуманитарных науках. Письмо было освобождено от подчиненного положения и обслуживающей инструментальной роли. Более того, весь запал французских интеллектуалов указывал на то, что мышление детерминировано языком, в главную очередь, письмом. Безусловно, это было радикальным новшеством, потрясшим основы, перевернув всё вверх тормашками и ввиду своей полярной заострённости едва ли истинным, но чтобы заставить обратить внимание на вещи сподручные, встряска необходима. Так письмо было освобождено от Аристотелевской иерархии, на верхушке которой была живая речь. К письму стали относится как к
автономной сущности, способной моделировать мышление.
Я, разумеется, этим не думаю отсылать тебя к неохватному полю текстов, но порекомендую монографию Автономовой Натальи Сергеевны "Рассудок. Разум. Рационаьность". Оригинальных идей в книге 0, полно неизбежных для условий того времени почестей товарищу Ленину и философскому светочу - Энгельсу, но материал в книге представлен богато. Это солидный дайджест развития указанных в названии книги понятий, обстоятельно затрагивающий - Автономова являлась активным подвижником французской мысли в СССР и перевела на русский язык нескольких осевых книг - языковой поворот и те трансформации, о которых я говорю.
Итак, педагог ради достижения общей цели образования ученика должен говорить предметно, то есть тем языком, который этот предмет (ту или иную научную дисциплину) формирует, развивает и ведёт к расширенному и углубленному познанию очерченного поля реальной действительности. Соответственно, этого можно достигнуть,
используя специальный язык по максимуму, оставляя лишь зацепки для возможности вхождения и ассимиляции, т.к. язык - основа существования научной дисциплины. То есть, возвращаясь к твоим,
Kavalorn, и им подобным возражениям, успешность понимания аудитории – дело самой аудитории. Чего я чураюсь прикладывать к своей крайне редкой активности на форме. т.к. уже сказал о том, что педагогической цели в чистом виде не преследую. Далее, письмо сбросило с себя сервильное ярмо, по праву восстановив свой статус. Письмо обладает относительной независимостью от мышления и уж тем более по своей различительной способности, соединительным возможностям и художественной избыточности является первичным по отношению к речи.
Речь – дериват письма, а не наоборот.
Исходя из изложенного, ты без труда сможешь сам развернуть четвёртую посылку, и прийти к верным выводам и по остальным вопросам к моему поведению.