«Апокалипсис» снимался в Веракрусе и Катемако – одном из последних мест в Мексике, где еще сохранилась участки тропического леса. В картине заняты исключительно представители коренного населения обеих Америк.

Цивилизация майя, существовавшая на протяжении более тысячи лет, построила процветающие города и гигантские пирамиды, создала высокоразвитое общество и достигла выдающихся результатов в науке и культуре; тем не менее, все это рухнуло в одночасье. Осталось лишь несколько заросших лесами пирамид и тайна. Теперь, спустя 500 лет после заката цивилизации майя, режиссер Мел Гибсон вторгся в эту доселе не исследованную область, чтобы создать современный приключенческий фильм, который разворачивается перед нами как вечный миф о попытках человека на краю гибели спасти то, что для него дороже всего.

«Апокалипсис» появился на свет во многом благодаря «Страстям Христовым»: Гибсон почувствовал, что зрители изголодались по фильмам, которые не только развлекают и держат в напряжении, но и несут в себе нечто большее. «Мне кажется, люди хотят видеть большие истории, которые затрагивают их и эмоционально, и духовно», - говорит режиссер.

Гибсон: «Я хотел сделать фильм, в котором события развивались бы с головокружительной скоростью»

Гибсон и его соавтор, сценарист Фарад Сафиния, провели долгие месяцы за чтением мифов майя о творении и разрушении, включая священный пророческий текст, известный как «Пополь-Вух». Они изучили все теории, объясняющие гибель цивилизации майя и познакомились с новейшими археологическими изыскания в этой области. После этого они совершили путешествие по местам майя, которое произвело на них глубочайшее впечатление.

Гибсон и Сафиния много беседовали с доктором Ричардом Д. Хансеном, всемирно известным археологом и экспертом по цивилизации майя, который стал консультантом фильма.

«Нам действительно хотелось понять, что скрывалось за циклами творения и разрушения у майя, - говорит Сафиния. – Мы обнаружили, что проблемы, считавшиеся ключевыми для цивилизации майя, удивительным образом схожи с трудностями, которые встают сейчас перед нашей цивилизацией, особенно если речь заходит о повсеместном разрушении окружающей среды, чрезмерном потреблении и политической коррупции».

Чем глубже Сафиния и Гибсон проникали в культуру майя, тем проще им становилось обрисовать образ своего главного героя – юноши по имени Лапа Ягуара. Его история – история маленького человека, который вынужден совершать геройские поступки, - составляет ядро «Апокалипсиса». В начале фильма это молодой отец, человек, без сомнения, одаренный, но еще не достаточно проявивший себя, который живет в маленькой идиллической деревушке, населенной охотниками. Затем, в один миг его мир рушится: его ловят и забирают в опасный поход по лесу в величественный город майя. Там он узнает, что его принесут в жертву богам, дабы положить конец голоду, разоряющему страну. Перед лицом неминуемой смерти герой должен побороть свои самые сильные страхи и совершить отчаянный рывок, чтобы сохранить то, что ему дорого. На протяжении всего его пути камера ни разу не покидает его, показывая нам все, что он видит и чувствует.

«Главный злодей в фильме на самом деле не человек, а страх - говорит Гибсон. – Герой должен побороть свой страх, а борьба со страхом актуальна для каждого из нас».

«С самого начала практически все, что вы видите на экране, находится в непрерывном движении, - говорит Гибсон. – Камера находится в непрерывном движении, и внутри самого кадра тоже обязательно что-то движется».

Кастинг

Чтобы подобрать актеров со специфической центральноамериканской внешностью, кастинг проводился по всей Мексике, особенно на Юкатане, в Мехико, Оахаке, Веракрусе и Катемако. Кроме того, подходящие лица искали в Южной Калифорнии, Нью-Мексико, в Эдмонтоне, Калгари, Торонто и Ванкувере, а также по всей Центральной Америке. Таким образом, трое актеров – канадцы, двое – жители США, а все остальные родом из Мексики и других стран Центральной Америки, в том числе более 700 человек массовки, которые воссоздают многообразное общество майя. Некоторые молодые участники съемок, найденные в изолированных индейских общинах, вообще впервые увидели гостиничный номер.

Гибсон знал, что на роль Лапы Ягуара ему нужен актер, за которым зрители без колебаний последуют в его полное опасностей путешествие. После многочисленных кастингов он нашел Руди Янгблада – представителя коренного населения Америки, потомка племен команчей, яки и кри. Участник индейских церемоний, танцор и певец, Янгблад также является опытным спортсменом (он занимается боксом и бегом по пересеченной местности). Благодаря своей естественности, выразительности и удивительной физической мощи, он идеально подошел на роль человека, который находится в постоянном движении, чтобы спасти себя, своих близких и лес, который всегда служил ему домом. Благодаря своим физическим данным, большинство трюков в картине Янгблад исполнил самостоятельно, включая свободное падение в бурлящий водопад и захватывающую сцену бегства от ягуара.

На роль свирепого наемника-холькана, который берет в плен главного героя, а затем начинает за ним охотиться, Гибсон взял Рауля Трухильо – индейца из штата Нью-Мексико, известного актера кино и телевидения («Черная мантия», «Новый мир»), также являющегося танцором и хореографом. «Он симпатичный парень, поэтому нам пришлось немного его изуродовать, - говорит Гибсон. – В фильме он выглядит довольно жутковато».

Во многих других ролях фильма заняты непрофессиональные актеры, понравившиеся создателям картины своей одаренностью и колоритным внешним видом. Например, одного из персонажей сыграл мексиканский актер Родольфо Паласиос, которого взяли в фильм благодаря его умению выглядеть как-то по-новому страшно. Ему пришлось каждый день выдерживать семичасовые сеансы нанесения сложной паутины татуировок, которыми покрывали все его лицо и тело, чтобы придать ему еще более пугающий вид.

Одну из самых комических ролей в фильме – соплеменника Лапы Ягуара, который является мишенью для насмешек, сыграл еще один дебютант – канадец Джонатан Брюер, живущий в резервации, где он играет на сцене и учит детей основам культуры их предков. Внушительные габариты актера стали одной из основных причин, по которым Гибсон взял его на эту роль. «Это большой, но застенчивый человек, над которым все постоянно смеются», - поясняет Брюер.

В роли верховного жреца снялся Фернандо Эрнандес – майя из мексиканского города Чапас, в настоящее время живущий в Канаде, где он проводит традиционные обряды исцеления.

В маленькой, но важной роли старого сказителя, который при свете костра знакомит своих соплеменников с мифами и сказками, Гибсон задействовал настоящего майянского сказителя, которого отыскали в крошечной юкатанской деревушке.

Остальные роли сыграли представители самых разных профессий – танцоры, мимы, акробаты, гимнасты, цирковые артисты, театральные и уличные актеры, музыканты, а также ассистент с телевидения и даже учитель начальных классов из Канкуна.

«Удивительно, но Мелу удалось создать эпическое полотно с непрофессиональными актерами, большинство из которых никогда не снимались в кино», - заключает продюсер картины Нед Дауд.

Язык

Гибсону пришлось столкнуться с практически неподъемной задачей: ему нужно было сделать так, чтобы все актеры заговорили на юкатекском диалекте языка майя, который сохранился только на полуострове Юкатан.

Хотя главный акцент в картине делается на визуальном ряде, а не на диалогах, общение на аутентичном языке было одним из важных условий создания правдоподобной атмосферы. В течение пяти недель носители юкатекского диалекта учили актеров правильно произносить свои реплики. Кроме того, всем актерам раздали по MP3 плееру, чтобы они могли постоянно слушать диалоги из фильма. Тренеры по произношению постоянно присутствовали на съемочной площадке, при необходимости поправляя произношение персонажей и внося в их речь дополнительные коррективы.

Тем не менее, для Гибсона основная сила «Апокалипсиа» заключается в языке, который объединяет люде всего мира: это язык изображений, чье влияние намного превосходит силу слова.

Съемки

Съемочная группа без устали искала места, способные передать уникальную атмосферу тропического леса. Они исколесили всю Мексику, Гватемалу и Коста-Рику, столкнувшись при этом с рядом трудностей: в частности, они были поражены, как мало тропических лесов сохранилось в Америке. «Нам повезло, что мы все-таки нашли очень красивый участок тропического леса», - считает Гибсон.

Густой лес, где могучие деревья плотно увиты ползучими растениями, был найден в Катемако.

Чтобы построить город майя, члены съемочной группы обосновались на обширном поле сахарного тростника в Бокероне, в 45 минутах езды от Веракруса. Именно там Гибсон и его команда полностью воссоздали огромный город майя.

Чтобы создать стремительный стиль «Апокалипсиса», в котором камера на огромной скорости скользит по тропическому лесу, Гибсон привлек к съемкам картины оператора Дина Семлера, обладателя премии «Оскар» за фильм «Танцы с волками». «Мне нужен был человек, способный претворить в жизнь мои идеи, и в то же время привнести в фильм что-то свое», - поясняет режиссер.

После долгих обсуждений Гибсон и Семлер решили снимать фильм на цифровую камеру высокого разрешения Genesis, способную работать на большой скорости и в экстремальных погодных условиях, будь то проливной дождь, палящее солнце или липкая слякоть.

Художнику-постановщику картины Тому Сэндерсу довелось поработать на многих эпических картинах, включая «Храброе сердце», принесшее ему «Оскар», однако здесь ему пришлось столкнуться с необходимостью воссоздать исчезнувший мир первобытных деревенек и процветающего королевства майя.

Сэндерс досконально исследовал архитектуру майя, приемы, применявшиеся при строительстве их городов, включая оборонительные сооружения, пирамиды, площади, памятники, здания, хижины, рыночную площадь и т.д. Тесно сотрудничая с консультантом картины, доктором Ричардом Хансеном, Сэндерс детально изучил инструменты майя, их оружие, утварь, ткани, и только потом приступил к строительству. «Практически все, что вы видите в фильме, включая реквизит, было сделано вручную в Мексике», - говорит Сэндерс.

Поскольку информация сохранилась преимущественно о жизни майянской знати, воссоздавая деревню Лапы Ягуара художник вынужден был восполнить недостающие данные с помощью своего воображения. «Мне показалось, будет интересно сделать деревенские хижины в форме гнезд. В лесу все округлое, природной формы, что создает резкий контраст с четкими прямоугольными колоннами в городе майя», - объясняет художник.

Именно воссоздание города стало для Сэндерса настоящей проверкой на прочность. Нужно было воплотить на экране гигантский мегаполис, поражающий зрителя своим великолепием – и в то же время передать царивший в нем хаос, замешанный на голоде, панике и рабстве. Вначале была построена большая трехмерная модель высотой около пяти метров, которую затем воплотили в жизнь несколько строительных бригад, а также художники, скульпторы, озеленители и более 100 местных рабочих. Впоследствии все это, в том числе специально выращенные поля со злаками, было частично или полностью разрушено, чтобы передать упадок, в который пришел город.

Пирамиды, построенный Сэндерсом и его помощниками были вдохновлены пирамидами древнего города Тикаля, некогда являвшегося одним из крупнейших городов майя.

Практически все предметы одежды были сшиты вручную сотнями мексиканских мастеров.

На то, чтобы загримировать некоторых персонажей фильма требовалось до четырех часов.

Было важно сохранить точность в самых мельчайших деталях, будь то главный герой или второстепенный персонаж.

Художники по гриму постарались передать некоторые специфические деформации тела и лица, которые символизировали у майя определенный статус. Все актеры и статисты должны были носить специальные ушные украшения: удлиненные мочки ушей, в которые вставлялись кости или камни, являлись характерной чертой древних майя. Поскольку уши актеров, разумеется, никто растягивать не собирался, пришлось прибегнуть к специальным силиконовым накладкам. Их кропотливо разрисовывали вручную, чтобы они полностью сливались с кожей каждого актера.

Еще одной распространенной среди майя практикой, была деформация черепа. Спустя несколько месяцев после рождения ребенка, ему зажимали голову дощечками, из-за которых лоб сплющивался, придавая черепу характерную майянскую форму. Чтобы сымитировать этот эффект, многим актерам подбрили головы, сделав лоб более высоким, и надели дополнительные накладки из волос.

«Мы хотели, чтобы все было как можно более правдоподобным», - поясняет Гибсон.

«С одной стороны они были очень образованы, с другой – абсолютнейшие дикари, - говорит Гибсон. – В числе прочего меня поражает такая вещь: они полностью отдавали себе отчет в том, что их цивилизацию ждет расцвет, а затем гибель».

«История Лапы Ягуара о том, что даже в культуре смерти содержится проблеск жизни, - заключает Гибсон. - Каждый конец – это новое начало».

Это я про яйца тапира, листья растения, которыми надо было пах натереть и маму жены одного из Майя (имя не запомнил)

Когда убили отца Лапы Ягуара... когда сердце вырывали на жертвеннике... когда Лапу Ягуара прострелили насквозь.. Когда его жена чуть не утонула... и ещё во многих-многих местах...

который приплыл в конце фильма

В частности, мне не понравилось, что пол-фильма за Лапой гонятся по лесу. Я думал будет ещё больше пирамид, вырваных сердец, кетцекоатлей, резни с конкистадорами наконец.

Ну если конкистадоры воевали с майа было бы конечно жесче