silent_fog


V@s3K


-=TBDT=-

Психотроп


Dahacka


P1RO


Труп


Ell


Ал Салеван


Aeon Evil


Эвиолайна


Zavulon[EWC]


Katelynn


Big Bоss


Silver Fox


Hellblazer

Fellirium


Эвиолайна


PostalSH



Мачете



tolyan366


Ruma2a


abdulla


ShadowJack


Lajnus



Froster 417

http://ic1.deviantart.com/fs5/i/2004...by_enerjak.jpg

http://fc01.deviantart.com/fs6/i/200..._by_Kencho.jpg

http://tn3-2.deviantart.com/fs11/300...realdaguru.jpg

http://fc01.deviantart.com/fs7/i/200...by_d_akuma.jpg

http://ic1.deviantart.com/fs7/i/2005...abbedAngel.jpg

Том/Doc/КЕРТИС, Кирилл ТАЛЕР
15.12.2003
Осколки реальности
«Если хотите ничего не бояться, вспомните, что бояться можно решительно всего»
Сенека Младший
Реальность сочится болью. Болью и кровью. Мир встал на дыбы и сбросил меня в пропасть, имя которой — кошмар. Это не мой кошмар, не твой, это кошмар самого мира. И от этого он дважды, трижды страшнее. Ты учил меня справляться со своими страхами, учил не бояться темноты… Но что если придется встретиться лицом к лицу со страхами самого мира? Если темнота сменяется беспробудным мраком, который не в силах разогнать неверный свет фонаря?
Ты говорил, что я сильная и смогу справиться с любой опасностью. Но ты в своем комнатном мирке просто не знал, что такое опасность — неотвратимая, непонятная и оттого еще более страшная.
Что осталось от реального мира? Осколки, осколки, которые я бережно собираю и храню в своем сердце. Только они охраняют меня от сумасшествия. О, ты хорошо знаешь, что такое сумасшествие. Интересно, какие таблетки ты мне пропишешь, когда я расскажу тебе эту историю? Если, конечно, расскажу. Если смогу найти выход из лабиринта страха. Ведь даже ты мне не поверишь. Впрочем, может быть, именно ты и сможешь мне поверить, ты мне всегда верил, даже когда я тебя обманывала.
Я иду по темной улице. Фонари не работают, только фонарик в моей руке, дрожа и мерцая, робко освещает мне путь, выхватывая из мрака слепые окна домов, обрывки плакатов, перевернутые мусорные баки и кровавые пятна. Кровь, она тут повсюду, реальность взрезана лезвием ужаса и истекает кровью…
Помнишь, когда я была маленькой, ты рассказывал мне на ночь страшные сказки? Родители ругались, а ты смеялся и говорил, что закаляешь мою психику. Спасибо тебе за это. Ты научил меня жить со своим страхом — возможно, поэтому я еще не сошла с ума, не опустила руки и продолжаю бороться, хотя… Не легче ли сдаться? Смерть — это такой простой выход. Темнота… и никакого страха. Но я не хочу погибнуть в лапах монстра, а пустить себе пулю в висок не могу. Это было бы предательством по отношению к тебе, ко всему, чему ты меня учил, ко всему, чему я верила.
Если сама вселенная восстала против меня, если реальность меня предала, это еще не значит, что я должна поступать так же, как они. Я не предам. Я выберусь, я сильная, ты научил меня быть сильной.
А если я не справлюсь…
Нет, нельзя о таком думать.
Я обязана выбраться, чтобы предупредить, чтобы рассказать.
Мы должны знать правду, даже если лицо ее страшно и уродливо. Этому ты меня тоже научил. Спасибо тебе.
Письма из ниоткуда.
«Страх — вот то единственное, чего мы должны страшиться».
Ф. Рузвельт.
Здравствуйте, Том Кертис. Пишет человек, имени которого Вы не знаете, да и зачем это Вам? Вкратце о себе: мне 34 года, я уже несколько лет нахожусь под наблюдением психиатров. Может показаться странным, что взрослый психически нездоровый человек решил написать в редакцию игрового журнала, причем написать именно Вам, одному из самых ярких украинских обозревателей компьютерных игр. Также хочу попросить Вас ни при каких обстоятельствах не публиковать мое письмо в «Автоответчике», пусть это останется личной перепиской. Сейчас я объясню цель своего письма.
Ваш журнал регулярно читает моя младшая сестра — ей 20 лет. Когда я лежал в психлечебнице, она приносила мне журналы и книжки, в которых было много юмора. Вероятно, чтобы я поскорее выздоравливал. Так я познакомился с МиК`ом и Вашими статьями.
Однажды, когда документы о выписке лежали на столе у главврача, мне на глаза попала статья о Silent Hill II… Я никогда не играл в компьютерные игры, да и врачи запрещают. Но выписавшись из больницы, я тайком от своей семьи зашел в компьютерный клуб и краем глаза видел эту игру…
Сейчас вы поймете, к чему я клоню…
Меня на протяжении 20 лет жизни мучают страхи. Все, к кому бы я ни обращался, разводили руками и назначали медикаментозное лечение. Я практически потерял всякую надежду на нормальное существование. Страх везде! Мне тяжело двигаться, говорить, ходить…
Когда я узнал о том, что выйдет Silent Hill III, я дал себе слово пройти игру от начала и до конца. Проходить ночью! В темной комнате, включив колонки на полную громкость!
Проходить и подыхать от страха… И пройти!
Я еще не знаю, зачем… Не могу даже объяснить — ведь я психически нездоров, а нам положено быть неадекватными.
Просто по той Вашей статье, которую я читал в палате, я понял — кошмары людей, попадающих в Silent Hill, и мои кошмары — они очень похожи. И если удастся «вышибить клин клином», пройти через все ужасы компьютерной игры и выйти победителем, я, может быть, пойму природу своих постоянных кошмаров и страхов. И тогда у меня впервые появится маленькая, крохотная, слабая надежда на выздоровление.
Наша семья не стеснена финансовыми проблемами. Я впервые за несколько лет повысил голос и настоял на покупке хорошего компьютера.
Диск Silent Hill III у меня уже есть.
Я думаю, впечатления душевнобольного человека при прохождении Silent Hill III, помогут Вам, Том Кертис, при написании статьи.
Я также сообщу Вам о результатах моей «компьютерной» терапии.
Никто, с Надеждой
Корни твоего страха.
«Страх — это ядовитый коктейль из инстинкта и воображения».
В. Кротов
«Страх — это эмоция, а эмоции включаются там, где отказывает логика или где нет достоверной информации. То, что не укладывается в модель вашего мира, такую знакомую и привычную, пугает своей необычностью.
Таким образом, чтобы напугать человека, достаточно в его привычную картину мира добавить всего лишь одну деталь, но в корне отличающуюся от того, что он видел ранее. Причем желательно, чтобы эта деталь не объяснялась при помощи логики и разума. Чем больше зазор между привычностью окружения и необычностью детали, тем сильнее страх».
Действительно, даже одной непонятной детали в картине мира достаточно, чтобы напугать человека, чтобы заставить его дрожать, чтобы лоб покрылся холодным потом, а ноги начали подгибаться. Страх убивает — это не красивая фраза, это истина. Иногда страх убивает быстро, иногда медленно, подтачивая день ото дня нашу силу, и однажды вонзается раскаленной иглой в сердце, заслоняет собой на долю секунду весь мир, сжигая вас в моментальной вспышке ужаса.
Разработчики SH знают о страхе все. Именно игра на струнах реальности — не монстры и не потеки крови на стенах — делает игру по настоящему страшной. Речь идет не просто о прорехе в картине мироздания, нет, весь мир рушится на наших глазах, и мы не можем понять логику происходящего. Мы не можем найти объяснения происходящим событиям. И даже когда, казалось бы, объяснение уже найдено, когда картина мира обретает целостность, а страх отступает — разработчики распахивают перед нами очередную дверь, ведущую туда, куда человеку вход воспрещен. Если он хочет остаться нормальным человеком.
Боитесь ли вы темноты? Я — да. Теперь — да.
Я не выключаю свет даже днем, чтобы ночью его не пришлось включать.
Я лежу в кровати и прислушиваюсь к каждому шороху за дверью.
Что это?
Собака?
Или… или???
Мои сны наполнены страхом, и в этих снах меня зовут Хэзер.
Я смотрю в зеркало и вижу ее лицо, я иду по городу и вижу его ее глазами.
Я боюсь вместе с ней, и вместе с ней пытаюсь побороть страх.
Я знаю, если я справлюсь здесь, она справится там. И все закончится хорошо.
А я очень хочу, чтобы все закончилось хорошо…
Вы тоже хотите?
Тогда протяните мне свою руку и идите со мной по лабиринтам страха, туда, к самой основе мироздания, к корням.
Вместе мы дойдем…
А если нет…
Укажите адрес вашей больницы, возможно, скоро в ней станет на одного пациента больше.
Срез моего страха
«Неразумно бояться того, что неизбежно»
Публилий Сир.
Я иду по знакомому городу, вот дом, в котором ты живешь. Жил раньше. В другой реальности. В другой жизни. Я не буду заходить в этот дом, ибо знаю, что там увижу. Смерть и разложение. Кровь…
Но боюсь я не этого. Я боюсь встретить здесь тебя. Я боюсь, что эта реальность изменит тебя, и ты окажешься другим, не таким, каким я тебя знаю и помню. Здесь все не такое.
Я знаю, ты любишь меня, но мне страшно представить, какие формы может принять твоя любовь здесь…
Лучше я пройду мимо.
Мне не нужно тебя видеть, чтобы чувствовать — ты со мной.
Я постоянно слышу твой голос, и твои советы помогают мне выживать. Что это, игра воображения? А может быть, ты где-то там далеко чувствуешь, что со мной происходит, и пытаешься раздвинуть стены реальности, докричаться до меня? Помочь? А может быть, на самом деле я попала в автомобильную аварию и сейчас лежу в больнице, а этот город — всего лишь плод моего воображения. Проекция моих страхов.
Я помню: бояться глупо.
Я всегда была глупой…
Я нашла пистолет и опять вспомнила о тебе, как мы ездили в лес, и ты учил меня стрелять. Теперь твои уроки мне очень пригодились. Как бы я выжила, если бы не умела хорошо стрелять? Даже и не могу представить.
А твой фонарик до сих пор работает.
Здесь творятся страшные вещи. Действительно страшные. Если то, что я узнала, правда, это ужасно. Это может коснуться не только меня, но и всех нас.
Знаешь, что меня пугает больше всего?
Я боюсь, что ты тоже попал в этот страшный мир и бродишь где-то в одиночестве, в поисках ответов и выхода. И мы будем так бродить вечно. И никогда не встретимся.
Это действительно страшно.
Не замолкай, продолжай говорить со мной, я должна слышать твой голос, слышать, чтобы не сойти с ума.
Или я уже сошла?
Письма из ниоткуда-2
«В страхе больше зла, чем в предмете, которого вы боитесь».
Цицерон
Здравствуйте, Tom Kertis. На самом деле, после двух дней прохождения Silent Hill мне стало еще тяжелее, чем раньше. Нет, страхи не совместились — теперь я борюсь со страхами в Silent Hill III, когда играю в нее — и одновременно борюсь со своими же собственными. Я даже не знаю, насколько меня хватит, возможно, во время прохождения у меня начнется тяжелый психоз, а это крах всему…
Играя за Хэзер, я обнаружил, что творцы этой игры постарались сделать атмосферу не просто страшной, а невыносимо страшной. Для этого они дополнили кошмар девочки различными шумами, постоянными шорохами, гудением, липким туманом и тьмой.
Особенно сильно на психику действует радио, в котором постоянно звучат помехи. Я два дня боялся войти в дверь, в самом начале игры, когда радио начинало сильно шипеть. Странно, меня это натолкнуло на мысль: может, я боюсь шумов?
Но я же боюсь всего!
А может, я боюсь всего, потому что пока не готов принять правду. Ведь если я ее узнаю, мне станет гораздо хуже….
Я откуда-то вычитал одну цитату: «Неважно, сколько путей перед тобой, но истинный тот, который ведет к самому твоему Главному Страху».
Значит… Чем ближе к Главному страху, тем меньше у тебя сил?
Тем не менее, я смог перебороть его и пробежать мимо монстров. Потом пришлось пить валерианку, чтобы успокоиться, но я это сделал.
Потом Торговый центр… дальше я действовал автоматически — знаете, когда страх зашкаливает и превращается в храбрость? — удалось практически все и с первого раза… Ни одна загадка не поставила меня в тупик, хотя, решив их все, я перевел дух и понял, что они были довольно сложны. Монстров-псов я уже почти не боялся, да и нарисованы они не настолько хорошо, чтобы вызывать страх.
Но потом…
Потом, когда появился Альтернативный Торговый центр, я нажал на reset и начал кричать в потолок… В дверь постучали родные и вежливо спросили, не хочу ли я отдохнуть…
Я пришел в себя после приступа и начал думать…
Во-первых, хорошо, что припадок быстро кончился — значит, у меня еще есть силы контролировать себя. Во-вторых, чего я так испугался?
Я понял, Том. Понял несколько вещей: первая — музыка в игре «бьет по нервам» не меньше шумов. Иногда ощущение реальности просто теряется — я забывал, что сижу в кресле, передо мной комп и т.д.
Второе — сам Альтернативный торговый центр. Это тот же центр, но как бы его темная сторона. Наверное, Вы сейчас как раз его проходите.
Получается, в каждой ситуации есть светлая и темная сторона. И если нужно решить главную проблему, то решаема она как раз на этой «темной» стороне.
Ничто не бывает без боли. За решение большой проблемы ты платишь большую цену.
Нельзя, не испачкавшись в собственных слезах, соплях и истериках, справиться со страхами. Через это можно только продраться с боем.
Поэтому мне все хуже и хуже. Но уже это — хорошо. Значит, курс на главный страх взят правильно. Сейчас я еще немного отдохну — и продолжу.
Хотелось бы верить, Том Кертис, что с вами сейчас все в порядке.
Никто, с Надеждой
Страх моего страха
«Если мы пробуем анализировать наши переживания, мы перестаем их испытывать».
Н. Бор
Сегодня я ночевал на работе — нужно писать статью, а игру я еще прошел не до конца, хотя, судя по всему, зашел дальше, чем ты. Развязка уже близка. Игра явно короче, чем вторая часть, но я не уверен, что это минус. Ведь у нее несколько концовок, можно будет пройти еще раз. И еще. До тех пор, пока я не смогу спокойно играть в темной комнате. Пока скрип дверей не перестанет вгонять в дрожь.
Я не знаю, как писать статью по этой игре. Что говорить?
Любые слова — это слишком мало. Словами нельзя выразить мои впечатления и переживания. Сухой анализ сюжета, графики, музыки? Геймплея?
У этой игры нет геймплея. У нее есть атмосфера. Та, которой так не хватает другим играм, и эта атмосфера вытесняет все остальное на задний план. Хоть может быть, это происходит только со мной? Может быть, мне так кажется только потому что страшно, а страх и анализ несовместимы. Анализ убивает страх, поэтому я боюсь писать статью. Боюсь убить игру сухими фразами.
Теперь я не могу спать ночью, даже при свете. Бессонница. Сплю я днем, и урывками, поскольку в снах проваливаюсь ТУДА. На изнанку жизни. В темную сторону нашего мира.
Меня затягивает ТУДА со страшной силой, и я уже почти не могу бороться.
И еще, я постоянно слышу ЕЕ голос. Она зовет меня, просит, чтобы помог.
И я помогаю.
Когда я еду на работу, люди оглядываются на меня — они думают, что я разговариваю сам с собой. Нет, я разговариваю с ней.
Может быть, я тоже схожу с ума?
Сегодня поставил на рабочий стол моего компьютера ЕЕ фотку. Может быть, это и есть любовь? Не знал, что это так страшно, любить.
В прошлой части все было не так, я сочувствовал главному герою, сопереживал, но это были поверхностные чувства, ибо по-настоящему переживать можно только за того, кого любишь. И за себя, конечно.
Однозначно, третья часть мне нравится гораздо больше. Хотя, можно ли употреблять слово «нравится» к такой игре? Наверное, нет. Она мне просто ближе.
Обратная сторона страха
«Смелость делают из хорошо дрессированной трусости»
В. Брусков
Я устала бояться. Устала вздрагивать каждый раз, услышав шум приемника. На смену страху пришло спокойствие и ясность мысли. Так вот как становятся смелыми? Просто нужно испугать человека так, чтобы страх сам себя убил.
Меня уже не пугают монстры, я научилась с ними сражаться, для этого даже пистолет не нужен — достаточно трубы. Меня уже не пугает одиночество, гораздо страшней встретить тут тех, кого я знала раньше. Меня уже не пугает неизвестность — я знаю, что происходит. Я знаю, что не сошла с ума. И я верю, что справлюсь. Я сильная. Ты сделал меня сильной.
Я уже даже могу понять красоту этого мира. Его странную и страшную красоту и притягательность.
Я изменилась, я уже не та наивная девочка, которую ты помнишь — может быть, тебе это и не понравится, но ты поймешь. Я знаю, ты всегда меня понимал.
Ты прав, бояться глупо.
Письма из ниоткуда-3
«Если не можешь изменить ситуацию — измени свое отношение к ней»
С. Лец
Здравствуй, Tom Kertis. Ничего, что я буду к тебе на «ты»?
Я тоже прошел далеко… Практически до конца.
Но сейчас мне так погано, что я уже жалею, что ввязался в этот эксперимент. Увы, пути назад нет…
Вероятно, я интуитивно знал, что пишу человеку, близкому мне по духу, но врачи не верят в интуицию больных.
Сейчас прочитал ответ — и страшно уже за тебя. Все же надеялся, что встречу человека, который был бы холоден и тверд, как каменная стена, а ты в чем-то похож на меня. В чем-то очень сильно.
Клин действительно вышибается клином. А страх — страхом. Знаешь, что я не понимал все то время, пока насильственно погружал себя в кошмары Silent Hill? Я сейчас это понял… когда стало страшно за тебя.
Страх бывает разным — тот, который заставляет убегать, прятаться, мучиться кошмарами, закрываться в себе, становиться умалишенным. Этого страха полно вокруг нас, этим страхом болен я.
Но есть другой страх — тот, который заставляет искать, надеяться, нападать, идти через кошмары, стиснув зубы или крича, но все равно идти, идти!.. Это страх за другого человека. Почему мы боимся за другого человека? Что это, ответственность, дружба, любовь или еще что из множества других хороших слов, которые я почти забыл?!
Я не знаю, каждому свое… Я пока не знаю своих страхов.
Но не я жалею, что ввязался — это за меня говорит страх. Ты нашел тот светлый страх за другого человека, пусть и несуществующего, за Хэзер… Я — еще нет.
Нужно отдохнуть перед схваткой с боссом — и я постараюсь закончить…
Мне очень неважно, истерики с каждым днем все чаще и длятся все дольше. Возможно, вскоре меня опять направят в больницу.
У каждого есть свой персональный ад, гнездилище страхов. И если ты назовешь каждый твой страх в лицо, они выпустят тебя наружу.
Постепенно я называю…
Удачи, Том. Удачи, если ты нашел светлый страх — теперь тебе действительно остался шаг до любви.
Обрывки заключения
Если вы хотите пощекотать себе нервы, испытать себя на прочность, эта игра для вас.
Если вы любите запутанные истории, это игра для вас.
Если вам нравится великолепная графика и анимация, эта игра для вас.
Если вы любите хорошую музыку, и истосковались по ярким запоминающимся саунд-трекам в играх, это игра для вас.
По сравнению с прошлой частью в ней больше экшена, а загадки стали легче — но вам никто не помешает установить экшен на минимум, а загадки на максимум, если вы захотите.
Игра стала значительно короче — но кто может вам помешать пройти ее еще раз?
SH — это не просто игра, это живая легенда жанра хоррор, и третья часть не исключение: такую атмосферу редко встретишь в современных играх. Все, начиная от графики и заканчивая звуком, затягивает нас туда, за грань и не отпускает до последнего момента.
И кстати говоря, разработчики наконец-то вспомнили, что не все пользуются геймпадами, и поработали над управлением. Наконец-то оно не вызывает раздражения. Большое спасибо.
Я выключаю свет и ложусь спать. Теперь уже можно. Я взглянул в лицо своему страху, и он не выдержал моего взгляда. Я снова победил. Надолго?
Думаю, до четвертой части.
Том/Doc/КЕРТИС kertis@torba.com, Кирилл ТАЛЕР

http://i036.radikal.ru/0711/2b/d8ac72f3e85b.jpg

Владимир Осипов. Тихий Холм. Сценарий.

20 апреля 2008 -





Сцена: жилая комната на 2-ом этаже в баре «РАЙСКАЯ НОЧЬ». Общий вид комнаты заброшенный, все вещи в пыли, ковёр на полу грязный, испачканный. За окном туман, на окнах старые грязные полуоткрытые жалюзи. Через них пробивается мягкий свет с улицы. Мебель и прочие вещи: старое красное кожаное кресло, туалетный столик, над ним на стене большое зеркало со стикерами и наклейками, шкаф с одеждой, маленькая железная кровать. На кровати на грязном матрасе плед.

На кровати в одежде лежит МАРИЯ. Она смяла плед под себя и спит.

Образ МАРИИ: светлые волосы ~20 см, кончики волос выкрашены красным, на шее ожерелье, легкомысленная короткая кофточка с открытым животом, короткая розовато-красная, в леопардовые пятна, юбка, чёрные высокие кожаные сапоги. Справа от пупка маленькая цветная татуировка с изображением бабочки.

МАРИЯ просыпается. Медленно открывает глаза, переворачивается с живота на спину. Лёжа оглядывает комнату, резко садится, смотрит на руки, на свой костюм, снова оглядывает комнату. Встаёт, видит зеркало, подходит и смотрится в него. Оглядывает своё лицо.

Мария:
Что такое? Как я здесь?..

Смотрит вниз и видит на туалетном столике среди баллончиков духов и прочего револьвер и 6 патронов в связке.

Мария:
Господи. Что? Я не помню...

Берёт револьвер в руки, кладёт обратно на столик. Поворачивает голову к окну, подходит, пальцами расширяет жалюзи на уровне глаз. Смотрит в окно, в тумане ничего не видно. Вдруг замечает быстрое движение кого-то на дороге, и, вздрогнув, отходит от окна. Замечает на пальцах грязь от старых жалюзи, растирает. Собирается выходить, но возвращается к столику, берёт револьвер и патроны и выходит из комнаты.

Сцена: бар «РАЙСКАЯ НОЧЬ», 1 этаж. Горят неоновые лампы, работает электричество, телевизор за барной стойкой включен без звука, показывает синий экран, стулья перевёрнуты, состояние общего запустения. На всех предметах и мебели много пыли. Этот бар словно давным-давно покинут. На стене крупными буквами из ламп различных цветов написано «Райская ночь».

МАРИЯ медленно проходит из двери коридора к выходу.

МАРИЯ (громко):
Эй! Есть здесь кто?

МАРИЯ (тихо): Да что здесь?..

МАРИЯ выходит из бара через главный вход. Затемнение.

Сцена: широкая улица в тумане. Видимость очень маленькая. Камера находится в 3-4 метрах над землёй. Вдалеке эхом слышны крики МАРИИ.

МАРИЯ (голос):
Эй! Ты кто?

МАРИЯ вскрикивает.

МАРИЯ (голос):
Что ты сделал? Эй! Не подходи ко мне! Я. Я буду стрелять!

Внизу на дороге вдалеке видны вспышки от выстрелов. Первый, второй, чуть позже третий. Слышен крик страха МАРИИ.

МАРИЯ (голос):
Не подходи ко мне! Да кто ты?

Слышится четвёртый выстрел и видна вспышка. Опять слышен крик. Камера начинает опускаться вниз к земле. Из тумана выбегает МАРИЯ и мчится дальше по шоссе. Она очень напугана. Мы видим, как из тумана появляется человеческий силуэт. Он появляется на долю секунды, чтобы мы могли увидеть, что двигается он неестественно, не как обычный человек. Движения его рывками и движется он за МАРИЕЙ. МАРИЯ бежит по дороге. Камера показывает вид сверху. Перед МАРИЕЙ из тумана вдруг оказывается обвал дороги. Дальше ничего не видно в тумане. Она резко останавливается на краю этого глубокого обрыва, под ней камни осыпаются вниз. Она разворачивается, странный силуэт уже рядом с ней ~8-9 метров, но он также скрыт в тумане и МЫ не видим его одежды, лица. Только то, что он человеческой формы. МАРИЯ кричит, стреляет в него 2 раза, он падает. МАРИЯ смотрит на него. СИЛУЭТ поднимает голову — он не умер. МАРИЯ бежит направо вдоль обрыва. Из тумана показывается двухэтажный дом. Обрыв дороги заканчивается прямо под домом, но дом стоит хорошо, по виду крепкий. Пройти на другую сторону обрыва, если он есть, можно только через дом. МАРИЯ видит открытую дверь. Бежит к ней, заходит и запирает дверь. Дверь открывается вовнутрь и на ней нет замка. МАРИЯ наваливается на дверь и держит её. Вскоре раздаётся сильный удар в дверь. МАРИЯ кричит, но держит дверь. В дверь снова бьют, МАРИЯ держит её двумя руками и прислонившись телом. Раздаётся третий, очень сильный удар, МАРИЯ отлетает от двери, дверь распахивается, МАРИЯ кричит от страха, но за дверью никого нет, только белый туман. МАРИЯ смотрит некоторое время на туман, потом вскакивает, захлопывает дверь, садится и прислоняется спиной к двери. Прячет голову в ладонях, дрожит и плачет. Мы видим убранство комнаты, в которой она находится.

Сцена: 1 этаж дома, гостиная. Дом — дорогой особняк. Двери деревянные, дорогие, с резными краями. Мебель старая, в паутине, дом давно покинут, много мусора, камин забит всяким хламом, картины на стенах запылённые. Обои пожелтевшие, на полу красный потемневший ковер. В центре большой стол, на столе приборы, графины, все опрокинуты, из них когда-то на скатерть вылилось вино, сейчас остались только пятна. Слышится топот ног на втором этаже. МАРИЯ поднимает лицо из ладоней, на её лице слёзы. Она вытирается рукой и встаёт.

Сцена: лестница. Старая деревянная крепкая круговая лестница, ступеньки из толстого дерева, на стенах подсвечники, свечи отсутствуют.

МАРИЯ тихо поднимается с револьвером на изготовку, внимательно смотрит вверх. Поднялась на второй этаж, вошла в коридор.

Сцена: маленький коридор, 2 этаж. Тот же общий вид запустения и одиночества. 3 двери: одна открытая на лестницу, в которую вошла МАРИЯ, вторая закрытая боковая дверь посередине коридора. Напротив двери маленькая тумбочка из тёмного дерева, закрытая. Третья дверь дальше в коридор, напротив лестничной. На полу дорогой паркет.

МАРИЯ поворачивает круглую золотую ручку на второй двери, немного приоткрывает, дверь резко захлопывается. Кто-то с другой стороны её захлопнул.

МАРИЯ (тихо):
О!

МАРИЯ подходит вплотную к двери, прикладывает голову, прислушиваясь, тихонько стучит в дверь.

МАРИЯ:
Эй! (стучит) Эй! Откройте дверь.

Никто не отвечает.

МАРИЯ опять тихонько стучит.

МАРИЯ:
Откройте дверь! Есть здесь кто-нибудь?

Стучит ещё раз. Из-за двери раздаётся глухой голос.

ЭРНЕСТ (голос):
Прекратите! Вы беспокоите меня.

МАРИЯ:
Слава Богу! Наконец то я нашла кого-то. Вы можете открыть дверь?

ЭРНЕСТ (голос):
Нет.

МАРИЯ:
Но почему?

Из-за двери раздаётся вздох.

ЭРНЕСТ (голос):
Мне обязательно отвечать на ваши скучные вопросы?

МАРИЯ:
Да.

ЭРНЕСТ (голос):
О, не думаю. (немного молчит) Я хочу быть один. Другие люди раздражают меня.

МАРИЯ:
Я просто хотела увидеть человеческое лицо. (немного молчит) Вы знаете что происходит в этом городе? Тут никого нет, только странные и страшные существа. М... Монстры.

ЭРНЕСТ (голос):
Да, я знаю. И что же? Никого нет, значит, никто не будет беспокоить меня.

МАРИЯ:
Вы хотите остаться в одиночестве в этом безумном городе?

ЭРНЕСТ (голос):
Да. Именно. (немного молчит) Но откуда вы можете знать, что этот город безумен? Может, это мы безумны? (немного молчит) Мы оба... Безнадёжно безумны... Теперь вы довольны? Может оставите меня в покое?

МАРИЯ:
Как вас зовут?

ЭРНЕСТ (голос):
Эрнест.

МАРИЯ:
Эрнест... А меня зовут...

МАРИЯ не может вспомнить, как её зовут.

МАРИЯ (шепчет):
Господи, как же меня зовут?

ЭРНЕСТ (голос):
Мария. Ваше имя — Мария.

МАРИЯ:
Мария? (совсем тихо) Да... Верно. (обращаясь к ЭРНЕСТУ) А... Откуда вы узнали?

ЭРНЕСТ (голос):
Я просто знаю. Потом вы и сами всё узнаете... (немного молчит) Мне пора, Мария. Я отопру дверь дальше в особняк. (Слышится щелчок в замочной скважине в третьей двери. МАРИЯ оглядывается в ту сторону.) Мы встретимся позже.

МАРИЯ:
Эрнест? Как я вас найду? (стучит в дверь) Эрнест?

МАРИЯ отходит от второй двери и направляется к третьей. Открывает её и осторожно входит.

Сцена: открытый коридор с балконом. Виден холл первого этажа. На стене коридора окна. Окна мутные, запачканные. Всё в паутине.

МАРИЯ подходит к окну, смотрит. Видно, что вместо дороги под окном огромный провал. Ему не видно конца, кажется, будто дом висит в воздухе.

МАРИЯ (тихо под нос):
Чёрт возьми…

МАРИЯ отходит от окна и направляется дальше по коридору. Переходит на бег, попутно глядя в окна в поисках нормальной дороги на улице. Заходит в следующую дверь. Оказывается в маленьком рабочем кабинете.

Сцена: рабочий кабинет. Комната хорошо освещена дневным светом через большие окна. На окнах грязный старый пожелтевший тюль. Он слегка подрагивает от ветра с полуоткрытого окна. Посередине стоит рабочий стол, на нём много пыльных книг, буквально завален. Рядом желтовато-бежевое кожаное кресло. На стенах старые обои, кое-где оторваны куски. Комната захламлена газетами на полу, мусором. Паутина везде. Эту комнату, да и весь особняк покинули не то чтобы давно, а очень давно. Из комнаты дальше в особняк ведёт одна дверь.

МАРИЯ, разглядывая комнату, заходит в следующую.

Сцена: покинутая библиотека. В комнате, бледно её освещая посередине, горит одна лампочка на роскошной хрустальной люстре. Состояние комнаты соответствующая остальным. Несколько шкафов вдоль стен, все полны книгами. 3 двери: первая - из которой пришла МАРИЯ, вторая и третья в разных углах комнаты. Стол с большой пачкой книг и газет. У одной двери стоит высокая тумбочка. Несколько стульев.

МАРИЯ направляется к двери, у которой стоит тумбочка. Дёргает за ручку, та не открывается. МАРИЯ подходит вплотную к двери, осторожно стучит.

МАРИЯ:
Эрнест? Это вы? Вы там?

ЭРНЕСТ (голос):
Да.

МАРИЯ:
Эрнест, скажите, а что стало с дорогой у вашего дома?

ЭРНЕСТ (голос):
А что с ней такого?

МАРИЯ:
Ну… Её нет, там обвал… обрыв… Земли не видно.

ЭРНЕСТ (голос):
Это всё город. Он строит ваш путь. Он хотел, чтобы мы встретились. Вы хотите пойти дальше по шоссе?

МАРИЯ:
Да.

ЭРНЕСТ (голос):
Пропасть заканчивается точно около северного выхода из этого дома. Вы выйдете из него и сможете продолжить свой путь.

МАРИЯ:
Почему вы не хотите сбежать?

Из-за двери слышится грустный вздох.

ЭРНЕСТ (голос):
Потому что я не могу покинуть этот дом. Больше не могу. И вы… Вы не сможете покинуть Тихий холм, как бы ни хотели. Вы были рождены в этом городе, как и я.

МАРИЯ садится на пол, спиной прислоняясь к тумбочке.

ЭРНЕСТ (голос):
Мой путь закончился в этом доме 10 лет назад. Но у вас ещё есть неоконченные дела. Город будет вести вас по пути, вы будете знать, куда идёте. И память со временем прояснится.

Оба молчат. МАРИЯ смотрит в пустоту и крутит в руках разряженный револьвер.

ЭРНЕСТ (голос):
Этот город – загадка. Но ещё большая загадка – это мы. Все, кто здесь находится. Ответы надо искать в нас самих… В нашем прошлом.

МАРИЯ:
Вы верите в судьбу?

ЭРНЕСТ (голос):
Нет.

МАРИЯ:
Эрнест, могу я открыть дверь?

ЭРНЕСТ (голос):
Это тупик, Мария, дальше ничего нет.

МАРИЯ:
Я знаю.

ЭРНЕСТ (голос):
Что ж… (пауза) Этот Джеймс… Он плохой человек.

МАРИЯ:
Плохой? Но почему вы думаете что он… (осекается, пытается вспомнить кто такой Джеймс) А кто он - Джеймс?

ЭРНЕСТ (голос):
Он будет на озере… Я сказал вам всё, что должен был. Прощайте.

Раздаётся щелчок в замочной скважине. МАРИЯ встаёт, открывает дверь.

Сцена: пустая комната. МАРИЯ стоит на пороге и не решается войти. Комната очень маленькая, окна и другие двери отсутствуют. Из мебели только стол посередине. На столе много книг, открыток, газет. Вся комната в пыли и паутине. Состояние прочего (пол, потолок, стены, обои) аналогично другим комнатам. МАРИЯ разглядывает комнату ещё секунд 20, затем уходит. Затемнение.

Сцена: шоссе, крыльцо дома. Северный выход из особняка Эрнеста. На улице так же туман.

МАРИЯ осторожно выходит из особняка. У неё вырывается возглас удивления. Никакого обвала нет. Шоссе ровное. Дорога уходит в туман в обе стороны. МАРИЯ в нерешительности оглядывается в северном направлении, затем уходит. Мы видим, как МАРИЯ уходит в туман, затем камера поворачивается к крыльцу дома. На двери, окне кто-то баллончиком написал большими красными, но теперь уже выцветшими, буквами «Держись подальше от дома с привидениями». Затемнение.

Сцена: пустая дорога, с одной стороны высокий бетонный забор. На нём изображены детские рисунки. Из-за забора видны деревья. С другой стороны дороги – заброшенный жилой дом.

МАРИЯ не спеша идёт по середине шоссе. Останавливается. Поднимает правую руку с револьвером, берёт его двумя руками и смотрит на него. Затем приставляет револьвер к виску. Ждёт пару секунд. Потом опускает руки, смотрит за забор, размахивается и выкидывает туда револьвер.

МАРИЯ:
Джеймс… Я вспомнила. Всё…

МАРИЯ уходит дальше по шоссе и исчезает в тумане. Затемнение.

http://www.uploading.com/files/8USSI8OG/--.jpg.html

http://www.uploading.com/files/6TTRF...nk_02.jpg.html

http://www.uploading.com/files/TS0T4...leen.jpeg.html

http://www.uploading.com/files/E0AGN...drink.jpg.html

Часть 1.

Полдень. Погода как раз после дождя. В воздухе веет свежестью, но тучи ещё не сошли с неба.
По дороге из Плезант Ривер ехал человек на велосипеде, направляясь к одиноко стоящей, но крайне полезной в этой местности бензоколонке, рядом с перекрёстком дорог в «Эшфилд» и «Сайлент Хилл».
Блондинка в тёмных очках и спортивной одежде оставила велосипед у входа в небольшой магазинчик при бензоколонки. «Надо что-нибудь купить в дорогу», - подумала она, достав из кошелька деньги. Путь был не близкий, тем более что ей пришлось приехать сначала сюда, чтобы дождаться кое-кого. Но без этих людей она бы и не заглянула в город…хотя, нет, заглянула бы. Там её единственная подруга. Единственная подруга, которая её по-настоящему понимает…
- Ну вот, Клара, мы едем по верному пути. Осталось только свернуть. Может, купишь себе что-нибудь? – выходя из автомобиля, спросила женщина. Её дочь, Клара, с неохотой вышла из салона. На вид ей было лет пятнадцать, не больше не меньше, у неё была смуглая кожа и тёмные волосы. Плюс ярко обведённые глаза.
Невесело смотря на жалкие четыре доллара, оставшихся из карманных денег, Клара зашла в магазинчик. Желательно, за сигаретами. Последний пятак надо тратить с умом и только по необходимости. Страшно раздражённая и уставшая от постоянных разъездов и беготни Клара сказала впереди стоявшей блондинке, которая считала мелочь.
- Ты что, считать не умеешь?! Проходи быстрее, тут очередь!
Девушка обернулась, и Клара поняла, что исполнился её самый страшный страх: встретить одноклассников в неподходящее время в неподходящем месте.
- Как вижу, день у тебя был неудачный, - без злости сказала Анна.
- Вот уж точно, - кивнула Клара, ожидая, когда та покинет магазинчик. Если она узнает, что Клара покупает сигареты, то эта новость может дойти до всего класса. К несчастью, есть там одна личность, через которую новости о людях доходят прямо к их родителям.
Проводив недобрым взглядом одноклассницу, девушка запихнула пачку сигарет в карман джинсов и вернулась к автомобилю матери.
- Клара! У меня две новости! – сказала мать, увидев Клару.
- Какие? – устало спросила та.
- Первое - наш автомобиль неисправен, боюсь, это нельзя будет исправить только к утру. Вторая – ты всё-таки попадёшь в Эшфилд, - возвестила мама.
- И как же? – спросила девушка. Если честно, в Эшфилд они ехали к маминой родственнице, но в том же городе живёт и подруга Клары, полгода назад переехавшая туда. Само собой, это не Анна. Такие, как она, не дружат с такими, как Клара, а последние не дружат с блондинками на последней стадии глупого оптимизма. Эта блондинка во всём патологически видела хорошие стороны. Это бесило таких, как Клара. Нельзя быть такой весёлой и наивной, когда другим рыдать хочется.
- Один человек, Джеймс, согласился вас подвезти. Он как раз туда едет. Ты знаешь адрес? – спросила мама.
- Да, знаю, - закатила глаза Клара.
- Отлично, бери багаж. Имей ввиду – кроме тебя взяли других пассажиров.
- Кого? – мрачно спросила Клара, но ответа не получила, да не очень-то и хотелось. Она пошла в сторону старенького автомобиля – в марках она не разбиралась, и даже с трёхпроцентной точностью назвать её не могла. Но это явно было что-то антикварное.
Страх встретить одноклассников исполнился во второй раз, даже в третий и четвёртый. Последние два страха состояли в том, чтобы встретиться нос к носу с двумя одноклассниками. Будто кто-то знает, что Кларе это не нравится!!
- Вы чего сюда припёрлись?! – прошипела девушка.
- Не надо обобщать! – предупредила Анна. Она сидела у окна, с пакетом на коленях. Рядом оказался ещё один одноклассник – Андре. И чего это их всех потянуло в Эшфилд? Но в Эшфилд ли?..
- За что мне такая кара! Надоели вы мне в школе, а теперь… - начала Клара, но продолжить не успела.
- Отлично. Тебе плохо – ты и вали. Ты одна – нас двое. И только тебе одной всё надоело, - резко сказал Андре.
- Я вас всех ненавижу! – прошипела Клара, стараясь вложить в каждое слово тонны ненависти.
- Ой, ещё заплачь, - усмехнулся Андре. Он и Анна посмотрели на одноклассницу. Той стало не по себе. Эти двое будто хотели убить её взглядом. Хотя нет. У Анны это не получится из-за тёмных очков. Её глаз Клара никогда не видела. Никто не видел. На первом уроке даже показалось, что она ничего не видит, поэтому и носит эти тёмные стекляшки. Она пришла в школу четыре года назад. Но первая попытка приколоться оказалась последней. Клара не видела процесс розыгрыша, но на следующий день шутники вместо школы посетили психотерапевта…Не считая этого таинственного случая с заикающимися свидетелями, Анна показывала себя как исключительно ангельская личность, только крылышек не было. Или были, только она их дома забывала. Таким образом, она либо совсем была не способна взглядом убить, либо…как раз это и попыталась сделать в первый школьный день, навсегда сделав заиками трёх главный школьных хулиганов…
- Ладно, я больше не возмущаюсь, - произнесла Клара, садясь в салон автомобиля и захлопывая дверь.
- Так сразу? – не поверил Андре, - Ну-ну, попытайся.
Клара осмотрелась и поняла, что на неё устремлён ещё чей-то взгляд. И она вздрогнула. Повсюду эти недобрые глаза, недобрые люди, Самаэль их убей. Обстановка детства, конечно же.
Машина дёрнулась с места. Клара сразу же выглянула в окно, с лёгким раздражением помахав матери рукой, и представила, в какую идиотскую улыбку вытянулись губы при попытки состроить счастливую мордочку. Лучше больше не пытаться. Благими намерениями выстроена дорога в ад.
Дорога продолжалась всего несколько минут, когда Клара о чём-то вспомнила и спросила:
- Анна, чего ты сюда припёрлась? У тебя же велосипед есть!
- Да, был. Украли. Вышла из магазина, а его украли, - бесцветным голосом ответила Анна, глядя за окно. Она с упоением наблюдала, как мимо проносится знак, указывающий в ту сторону, куда они едут: «Сайлент Хилл». Ей не нужно было ехать в Эшфилд. Водителю этот город тоже был не по пути. А вот эти двое расстроятся. Возмутятся. Нет, ничего не заметили. Ничего, на месте они успеют расстроиться. Мигом отличат эти два городка.
Напряжённая тишина стояла ещё с час. Или даже во много раз больше. Точно – когда Клара посмотрела на часы, был уже поздний вечер. А за окном – полутьма…
- А зачем вы вообще едете в Эшфилд?! Почему именно сейчас?! – удивилась Клара, будто очнувшись.
- Это не твоё дело, Клара…У меня там…дела, - ответила Анна, обязательно с лёгкой, немного печальной улыбкой.
- И ты едешь без багажа? – поразилась девушка.
- Правда! Странно! – оживился Андре. Или, скорее всего, проснулся.
- Почему, багаж есть, - ответила блондинка, - Просто он умещается в моих карманах и пакете.
- Ясненько, но ведь без этой поездки можно было бы замечательно обойтись! Так вы оба толком объясните мне, зачем намылились в Эшфилд?
- С чего такой любопытство? Я не собираюсь в Эшфилд. В город рядом с Эшфилдом – может быть, - ответил Андре без особого энтузиазма.
- Но мы же едем туда! В сам город! – настаивала Клара. Настаивала до тошноты. Своей или, вероятно, собеседника.
- Не волнуйтесь. Мы едем не в Эшфилд, - послышался голос водителя. Наступила напряжённая тишина. Даже Клара в шоке не могла ничего сказать.
- А куда же? – спросил Андре.
- В мой…знакомый город. Я там был два раза. Он неподалёку от Эшфилда…
- Но когда вы свернули с дороги?! – спросила Клара, не веря своим ушам.
- Рядом с бензоколонкой.
Печальный вздох Клары дал понять окончательно, что всё плохо, хуже некуда, через несколько дней в лесу найдут три трупа и вообще жизнь не удалась с самого начала.
- Мы все умрём… - девушка стала сползать с сидения.
- Не умрём! Говорят же тебе – этот город рядом с Эшфилдом! – произнёс Андре.
- Всё не так уж плохо, - сказала Анна спокойно. Это спокойствие вот уже пять лет убивало Клару, и если бы не третий человек между девушками, то от Ангелочка бы ничего не осталось – даже крылышек и тёмных очков.
- УБЬЮ! – воскликнула Клара.
- Всех разом или по очереди? – поинтересовался одноклассник.
- Бедная Клара, - с жалостью сказала Анна и обернулась как ни в чём не бывало к окну.
Но тут же Клара посмотрела в окно и увидела, что автомобиль проезжает по лесу, в густом тумане. Девушка вжалась в сидение, когда мимо них перестали мелькать деревья и появилось открытое туманное пространство. Мама рассказывала её об этом городе, лесе, тумане! Это же родина их религии! Клара оживилась. Наконец стоящий город! Наконец она увидит эти улицы, этот туман, лес, это…озеро!!!!!!!
Последнее слово – это была последняя мысль трёх подростков, когда на полной скорости машина въехала в озеро…Послышался неприятный шипящий звук – сквозь щели то с трудом просачивалась, то била фонтаном вода.
- Я же говорила! Мы все умрём!! – всхлипнула Клара.
- Молчи лучше! Мерзкая… - начал было Андре, но в тот же миг водитель открыл дверь, и весь салон наполнился водой.
Клара зарыдала, но этот плач длился не больше двух секунд – вода заполнила всё пространство, не оставив кислорода. «Конец. Теперь точно», - обречённо подумал Андре. И внезапная мысль: «Ты это заслужил!»

3-5. 19-й век, эпидемия "Чумы". "In memory of the sixty seven who died of illness" [shhil0305]
Давайте вспомним все моменты, связанные с "чумой" в 19-м веке, чтобы лучше узнать ее характер и причины возникновения:
-- На памятнике в Rosewater Park написано: "In memory of the sixty seven who died of illness and now sleep beneath the lake" - т.е. тела умерших от "чумы" сбрасывали прямо в озеро. Но вам не кажется странным, что трупы людей, заразившихся сильнейшим инфекционным заболеванием (чумой) скидывались в воду? По-моему, это самая плохая идея, которую только можно придумать - традиционно таких больных помещали в карантин, а потом сжигали... Значит, люди умирали все же не от чумы, а от чего-то другого - скорее всего даже сами горожане не понимали, от чего умирают люди (понятия "острая сердечная недостаточность" в 19-м веке не было)
-- Вспомним госпиталь Брукхэвен: зачем было для лечения от чумы строить психбольницу? Я ОЧЕНЬ сомневаюсь, что в 19-м веке строились заведения для оказания психологической помощи больным тем или иным заболеванием. Значит, у всех больных "чумой" проявлялись признаки психического расстройства ("But I do remember that just before they arrested him he was blurting out all sorts of strange stuff like 'He's trying to kill me! He's trying to punish me!! The monster... the red devil. Forgive me. I did it, but it wasn't me!'. I guess now that I think of it, he was kinda crazy" - в списке больных "чумой" Уолтер Салливан должен стоять на первом месте) - например, галлюцинации, или больные вдруг, увидев медсестру начинали вопить: "No daddy!! Please! Don’t!!!" =) и т.д. и т.п.
-- А еще по данному вопросу можно вспомнить SH4 - концовку "21 Sacraments", где мир Салливана набрал большой психоэнергетический потенциал и начал затягивать в себя жителей South Ashfield Heights apts.: "Five unnamed police officers have been found dead, for reasons unknown, in the South Ashfield Heights apartments, along with its superintendent, Mr. Frank Sunderland. All other residents of South Ashfield Heights have been rushed to St. Jerome's Hospital, many complaining of severe chest pains. Newscaster: These strange incidents are similar to the ones which occurred in Silent Hill Some years ago" - мир Салливана начал затягивать в себя жителей SAHapts - этот процесс сопровождался острой болью в груди - совсем как сердечный приступ. Кроме того, по неизвестным причинам (!!) умерли 5 полицейских и Сандерленд - от "чумы"?
А еще можно вспомнить SH1: "Officer Gucci unlikely To be murdered. He apparently died naturally. But medical records show Officer Gucci Had no prior symptoms of Heart disease"

Из всего вышеназванного видно, что в Безмолвном Холме происходили странные смерти - горожане (в особенности те, кто баловался Белой Клаудией - см. Часть 2, раздел 9) попадали в подсознательные миры (к тому времени в городе должно было скопиться с виде психической энергии большое количество таких миров), сначала люди сходили с ума ("The potential for this illness exists in all people and, under the right circumstances, any man or woman would be driven, like him, to 'the other side'." ) , а потом их находили мертвыми от неизвестного заболевания ("They found him dead the very next day"). Для подробностей см. Часть 1, разделы 3 и 4.



3-6. Ок. 1850г. - открытие шахты. "There was a HOLE here..." [shhil0306]
В SH обнаружены залежи угля, и для добычи сего ресурса открыта Wiltse Coal Mine, фотографию которой можно лицезреть в SHHS - это привело к активизации города, SH фактически стал небольшим шахтерским городком - довольно интересно, что именно в подобных городках чаще всего возникают религиозные секты. С раннего утра рабочие погружаются в темный мир угольной шахты - в подземный мир, где нет места солнечному свету, и основная вещь, поддерживающая людей в шахтах (ну , естессно, я не беру во внимание фанатов шахтерского дела, для которых сам процесс добычи угля является чуть ли не самоцелью) - это надежда на скорое возвращение домой, вера, что по окончании рабочего дня они снова увидят свет (в 19м веке рабочий день был подольше, да и работа была потяжелее, ибо не было технической базы, необходимой для нормальных условий труда). Конец рабочего дня, люди поднимаются на лифте из шахты, наконец-то они видят долгожданный свет в конце туннеля (н-да, Генри Таунсенд примерно также полз по трубе к свободе - правда, ошибочка вышла =) - приполз в подсознательный мир У. Салливана). Но на следующий день все опять повторяется - опять приходится спускаться в шахту - и так изо дня в день, жизнь шахтеров 19-го века превращается в беспросветный ночной кошмар (а среди них были и дети!) - и что в таких случаях может поддержать стахановцев? Опять же вера и надежда на лучшее - соотв. происходит рост потребности в религии, а где спрос, там и предложение - строятся христианские церкви, кроме того, начинается постепенное возрождение религии ранее проживавших на территории SH индейцев, возможно даже появляются мааалюсеенькие объединения поклонников индейских верований (но это еще не культ!!), оригинальная религия SH начинает смешиваться с другими религиозными течениями.
Кстати, давайте разберем где находилась Wiltse Coal Mine. На востоке SRA можно найти дорогу под названием Wiltse Road - думаю, дорога была названа так в честь шахты - значит, шахта находилась на юго-востоке SH? Тем не менее, Джеймс как-то попадает в шахту после исторического общества и тюрьмы Toluca Prison - значит, тюрьма на юго-западе SH связана туннелями с шахтой на юго-востоке? Видимо, под городом находится целая сеть катакомб и шахта идет под землей на несколько километров с востока на запад и соединяется с тюрьмой.

3-7. Гражданская Война в США 1861-1865г. [shhil0307]
1861г. - начало гражданской войны между севером и югом США.
"In the beginning, people had nothing. Their bodies ached, and their hearts held nothing but hatred. They fought endlessly, but death never came. They despaired, stuck in the eternal quagmire" - вот как описывает данный период истории США миф культа.
Война захлестнула SH, что привело к противоречиям в городе и расколу населения на две части ("The town is drawn into the Civil War that divided the nation in two" - LM ).
Патрик Честер принимает участие в войне - возможно даже по разные стороны баррикад со своим отцом Эдвардом Честером.
1862г. - сооружен лагерь для военнопленных "Toluca Prison Camp"


3-8. 1865г. "Feeling pity for the sadness that had over run the earth, God was born" [shhil0308]
Давайте уже раз и навсегда разберемся с первым Рождением Бога и суммируем все, что знаем, чтобы больше не возвращаться к этой теме.

Безмолвный Холм все больше погрязал в насилии и страданиях людей. Кто мог остановить это безумие?
"I don't want to be a mere bystander in this world"
Представители религиозных учений, видя безвыходность ситуации решили призвать Бога, чтобы остановить безумие - их последняя надежда - использовать древние индейские ритуалы
и вызвать Бога, который построит Рай и окончит войну ("There will be no greed or war and all will live by God’s grace alone")
Собираются такие люди:
-- Николас (см. Часть 2, пункт 4-1) - доктор, желающий прекращения войны - он изучил индейские писания и нашел в них ритуал сожжения, предназначавшийся для индейского желтого Бога по имени Lobsel Vith.
-- Дженнифер Кэрролл (см. Часть 2, пункт 4-2) - девушка, разделявшая взгляды Николаса (медсестра?) и верившая, что можно призвать Бога через сожжение.
-- "Алесса" - потенциальная мученница, фанатично преданная религии девушка, знавшая религию коренных жителей Америки и согласившаяся принести себя в жертву ради окончания войны, построения "Рая" и всеобщего Спасения.
Вместе "вызыватели" крайне болезненными методами приносят в жертву "Алессу" - сначала кровопускание, затем сожжение. Далее события развиваются по принципу SH1: "Due to the power of Alessa's thoughts, the town is transfigured into the otherworld" - предсмертная агония девушки многократно увеличивает ее псих. энергию - горожане начинают видеть подсознательный мир "Алессы" и Бога ее мира - "Lord of Serpents and Reeds", а также странных существ, в которых верила девушка - в том числе индейских божеств. Люди забывают о войне и объединяются в трепете перед чудом и пришедшим в Безмолвный Холм Божеством.
По идее, этот мир должен был втянуть в себя всех горожан, еще больше набрать силу и стать единственной действительностью - т.е. "Рай" должен был быть построен в SH, но что-то пошло не так и Рождения не вышло. Абсолютный "Рай" так и не был построен.

3-9. 1865г. Культ. "We wait in hope for the day when the Path to Paradise will be opened" [shhil0309]
Идея с мученницей не прошла, но многие люди узрели "Рай" и поверили в чудо, в возвращение Бога. Этим пользуются "вызыватели" и организуют культ, который потом разделится на секты. Т.к. люди уже поверили в Бога, культ быстро набирает обороты - выкупается земля, где проводился ритуал и с поддержкой S4 строится приют, где будет проводиться подготовка мученников (картина: Николай , Дженнифер с "Алессой" - это естественно, не та "Алесса", а, вероятнее всего, новая мученница).
Дальнейшая хронология событий, касающихся культа:
-- Гражданская Война в SH, первоначально рожденная из политического противостояния, приобретает новую форму - в городе начинаются религиозные противостояния между христианами и культовиками ("Although the conflict was originally born from political opposition, it was distorted by future generations into an issue concerning the birth of the religious cult") - на берегу озера Толука христиане жестоко убивают одну из основателей - Дженнифер Кэрролл, которая сохранила непоколебимую веру в своего Бога перед лицом смерти. Даже во время казни она молилась...
-- В "Rosewater Park" ставят памятник Дженнифер Кэрролл, также улицу на западе SH именуют Carroll street в память о девушке.
-- Николай испытывает на себе ритуал сожжения, пытаясь вызвать Бога. Неудачно. Но после этого самоотверженного поступка доктор посмертно становится святым героем религиозной организации, культовики делают именно Николая прообразом для своего идеала близости к Богу - ангела по имени Валтиэль, призванного заботиться о Боге и его Матери, подобно доктору.
-- Николая, "Алессу", Дженнифер и "Кзучилбару" возводят в ранг святых в культе (как основателей) - "The three saints were probably established fairly recently, sometime after the Civil War" - LM (про Дженнифер, "Алессу" и Николая)
-- Культ делится на секты. Создается новый вариант ритуала для вызова Бога, основанный на индейских традициях, но с существенной долей нововведений - 21 Sacraments
-- Создается опозиционная секта (секта Лорда), в которой позже будет написана богохульная книга "Crimson Tome" ("The '21 Sacraments' be naught but the 21 Heresies")
-- После этих событий Священное Писание культа по какой-то причине было утрачено и Св. Стивен потратил всю свою жизнь на его восстановление.
-- В приюте Wish House начинают подготавливать детей-религиозных фанатиков для выполнения ритуала "21 Sacraments"
-- Религиозные убеждения культа все больше начинают влиять на жизнь города. Культ набирает огромную силу: "Before this place was turned into a resort, the townspeople here were on the quiet side. Everybody followed some kind of queer religion" - говорит Лиза Гарланд о влиянии культа в SH до превращения города в курорт.



3-10. 1866г. Тюрьма Толука. "Misty day, remains of the Judgment" [shhil0310]
В 1866г. (после окончания Гражданской Войны) лагерь для военнопленных "Toluca Prison Camp" переоборудован в тюрьму Толука. Культ имеет большое влияние на тюрьму - т.ч. там вводятся новая ритуальная одежда для палачей, дублирующая образ святых культа - халат и красный балахон. Чтобы христианам не было обидно, в балахонах делается прорезь в форме христианского креста (см. картину в тюрьме Толука - левую из трех).
В тюрьме проводятся жестокие расправы над преступниками (и не только) - по "Please someone save me", "Dead men, dead men", "I do not wish to die" и "Death upon the head of sinner" мы понимаем, что часто по ошибке, а иногда и просто ради забавы ("They are bloodthirsty and I am their sacrificial lamb!") казнили ни в чем не повинных людей. Причем, приговоренным даже давали свободу выбора - можно было самим выбрать смерть, ассортимент следующий:
-- Во дворе тюрьмы находится виселица (13 ступеней - в последние моменты жизни начинешь обращать внимание на такие мелочи...) - всегда к вашим услугам =) . "Есть веревка пеньковая , так зачем тебе другая?!"
-- Насаживание на кол - КРАЙНЕ приятная и полезная для здоровья процедура - отлично выправляет осанку =) В тюрьме Толука можно увидеть картину (средняя из трех), где изображены грешники, насаженные на ветви высохшего дерева.
Теперь казни также носят и ритуальный характер - трупы грешников привязывали к металлическим каркасам и вывешивали в показательных целях (см. картину "Misty day, remains of the Judgment").
Проводятся Белые и Красные банкеты для Богов (см. картину "Crimson and White Banquet for Gods" - на картине два палача с ведром крови - видимо , казнь преступников стала больше напоминать индейские жертвоприношения, также см. Часть 2, пункт 10-4 про ритуальную казнь)


3-11. Blood Swamp [shhil0311]
Первоначально юго-восточная часть SH представляла из себя болото (позже его заасфальтировали). Давайте вспомним Swamp monument: "Remains of ***** Swamp The *****ers of land surroun**** **is monument was originally swamp, but was later fil***** Fr*****ng ago, t**********s nicknamed Blood Swamp because the *********ers poured the wat** *sed to wash the ex********ols in here. Perhaps it's fo***********hat many pe******m to have s*** ******n the area."
Конечно, интуитивно восстановить текст достаточно сложно. зато оригинальный вариант можно прочитать, просто-напросто выдрав текстовики из игры =) Он выглядит так:
"The x meters of land surrounding this monument were originally swamp, but were later filled in. From long ago, the swamp was nicknamed Blood Swamp because the executioners poured the water used to wash the execution tools in here. Perhaps it's for that reason that many people claim to have seen ghosts in the area."
Мммм... явный намек на то, что мысли\чувства и т.п. убитых (казненных и принесенных в жертву Богам) людей все еще живут в этом месте как lingering thoughts, о которых я писал в Части 1.


3-12. Начало 20-го века. "We're happy to have you" [shhil0312]
Со временем культ постепенно теряет позиции, угольная шахта Wiltse Coal Mine закрывается, тюрьма Толука также закрывается... Без радикальных экономических перемен, городу уже не выжить. И тогда начинается переустройство Безмолвного Холма под курорт. Культ был не в восторге от такого события - "Before the resort, there wasn't really anything else out here. Everyone was so flipped out. Gotta blame it on something. Then a lot of new people came in and everybody clammed up about it" - говорит медсестра Лиза Гарланд в SH1. В городе открываются отели, SHHS, тюрьма перестраивается под исторический музей, заново заселяется район Old Silent Hil, оставленный еще в 18-м веке, обустраивается Business Disrict.

3-13. 1918г. и 1938г. События на Озере Толука [shhil0313]
Как мы помним, тела людей, которых затянуло в подсознательные миры, умерших от "загадочной чумы", сбрасывались прямо в озеро (туда же сбросили и тело Дженнифер Кэрролл). Но, если сознание человека углубляется в свой мир и может существовать там вечно, то со смертью физического тела подсознательный мир и мысли человека не исчезает, а все еще существует в виде псих. энергии. Теперь просто представьте, какая энергия скопилась на дне озера Толука, если всех "чумных" сбрасывали именно туда ("Many corpses rest at the bottom of this lake") - и эта энергия может воздействовать на людей, затягивать их в подсознательные миры, причем особенно легко этот переход происходит при ухудшении видимости - а Толука как раз окутана туманом.
Вот, так в 1918г. все люди, находившиеся на судне "the Little Baroness" попали в чей-то подсознательный мир (также как Синтия, Джаспер Гейн, Брейнтри в SH4 попали в мир Уолтера), а в 1939г. произошел подобный случай. С тех пор по городу ходят слухи, что в озере живут мертвецы и утягивают лодки на дно озера, что в общем-то недалеко от правды =) ("Many corpses rest at the bottom of this lake. Their bony hands reach up towards the boats that pass overhead. Perhaps they reach for their comrades")
После этих событий репутация города сильно пострадала.

3-14. 1950-е годы [shhil0314]
Культ опять начинает постепенно возрождаться (на этот раз с сатанистским подтекстом) - и культовики явно не довольны переустройством города в курорт, они не хотят прихода чужаков на земли Безмолвного Холма. В это время начинаются загадочные смерти - один за другим сотрудники компании, занимающейся развитием курортного бизнеса в SH погибают в загадочных несчастных случаях. В городе ходят слухи, что эти смерти связаны с религией города. Как мы понимаем, "несчастные случаи" были подстроены культовиками, хотя точно не ясно каким именно образом сотрудники компании были устранены (просто ли погибли в подстроенных культом авариях и т.п., или же культ опять мутил что-то с сиротами, их психической энергией и подобной мистикой...)


3-15. Примерно 1970-е [shhil0315]
Далия Гиллеспи становится важной фигурой в культе (в это время в приюте Wish House живет мальчик по имени Уолтер Салливан), она пытается заставить свою дочь Родить Бога (о чем она только думала!?), запирает ее, и поджигает дом. Вскоре в городе выйдут газеты с заголовками "Alessa Gillespie (7) dead in fire" В подвале госпиталя Алчемилла что-то важное хранится в палате - ни одну из медсестер кроме Лизы Гарланд не пускают внутрь... Что же может там быть?
Сразу же после пожара, устроенного Далией Гиллеспи (с целью вызова Бога) культ заключает альянс с госпиталем Алчемилла - появился новый вид наркотика - PTV ("After the fire in the business district, a drug known as "PTV" becomes prevalent in town" - Lost Memories ), производящийся из Белой Клаудии ("Product only available in Select areas of Silent Hill. Raw material is White Claudia" - написано на доске в полицейском участке), который культ сразу же начал сбывать туристам. Впрочем, этот наркотик был довольно опасен для жизни - в городе сразу же начались странные смерти ("'PTV' Dealers still at large. Suspicious deaths continue" - мы находим в газете из SH1). Вскоре погибает мэр города...

3-16. События SH1 [shhil0316]
(ок. конец 70-х\начало 80-х годов)
В городе опять происходят загадочные события, Безмолвный Холм погружается во тьму подсознательного мира Алессы... Впрочем, ни один человек не знает Абсолютной Правды о случившемся... Ходят слухи, что в то время НЛО приземлялось в городе...

3-17. Культ между SH1 и SH3 [shhil0317]
Так или иначе, после этих событий погибли важные фигуры в культе - Майкл Кофманн и Далия Гиллеспи. После этого несколько лет культ никак не мог оправиться от такой потери. Только через 10 лет, после прихода к власти Клаудии и Винсента, "the Order" все же снова начинает набирать обороты. Клаудия начинает поиски Алессы.

3-18. Серийные убийства Уолтера Салливана [shhil0318]
(примерно 90-е годы)
Примерно одновременно с началом поисков Алессы Уолтер Салливан ("Have you found Alessa yet? How is Walter's progress coming along?") начинает серию ритуальных убийств "21 Sacraments" За 10 дней было убито 10 человек (в Pleasant River, Эшфилде и SH).
Местная полиция была в шоке - такого не ожидал никто. К тому времени, когда полиция очухалась, Уолтер уже готовился провести Holy Assumption - но ему не суждено было вовремя завершить эту часть ритуала - 18-го числа маньяка все же успели схватить и посадить под арест.
Салливан уже воспринимал окружающую действительность как свой альт. мир - видел своих жертв, поглощенных этим миром, в ужасе от увиденного, он вопил "He's trying to kill me. He's trying to punish me. The monster... the red devil" - под "Red Devil" подразумевается Джим Стоун (это было его прозвище), которого Салливан обнаружил в своем мире - даже после смерти в мире действительности, Стоун все еще преследовал своего убийцу, продолжая существовать в Уолтеровском мире.
Так, Уолтер провел 4 дня в СайлентХилловской тюремной камере, окруженный своими жертвами ("victims"), все больше погружаясь в собственный мир. Больше он не мог выносить этого ужаса и рано утром 22-го числа покончил жизнь самоубийством в камере, воткнув себе на 2 дюйма в шею суповую ложку.
Утром 22-го охранник обнаружил труп Салливана в камере - экспертиза установила, что смерть наступила от потери крови вследствие ранения (ложкой). После этого тело Салливана похоронили на кладбище в Безмолвном Холме недалеко от приюта Wish House - почтить память маньяка можно, к примеру, в SH2, когда Джеймс Сандерленд приходит на его могилу.
Серийные убийства Салливана шокировали общественность не только беспрецедентной жестокостью, но и тем фактом, что маньяк даже не пытался скрывать свое имя от полиции, вырезая его на телах всех своих жертв. Это преступление вошло в историю как "Walter Sullivan Case", а сам Уолтер стал весьма известен в SH и посмертно стал героем всех психопатов\сатанистов, а также фэнов SH :) ("After that, his name became famous all over the world") - естественно, столь трагическая история жизни и смерти Уолтера никого не могла оставить равнодушным - она также оказала огромное впечатление и на Джеймса Сандерленда, которому во время пребывания в SH из журналов довелось узнать о похождениях маньяка.
По иронии Судьбы, всю свою жизнь Уолтер был никому не нужен, никому не была интересна его судьба - и лишь после кровавых жертвоприношений его имя вошло в историю, а подробности жизни маньяка стали всем интересны (вспоминаем исследования Шрайбера); лишь отвергнув и покинув мир ненавистных людей, Салливан посмертно стал его частью...

3-19. Начало загадочных событий в Эшфилде [shhil0319]
(примерно 90-е годы)
После серии ритуальных убийств Уолтера, в городе Эшфилд также начинаются различные странности. Управляющий South Ashfield Heights apts Фрэнк Сандерленд своими глазами видел мужчину в плаще, поднимающегося по лестнице - в руках он нес что-то тяжелое (GreatKnife), кубок и пакет, с которого капала кровь... Странно, потом человек в плаще будто бы исчез (на самом деле Фрэнк просто на мгновение увидел мир Уолтера - и самого Салливана, шастаяющего по SAHapts в своем мире , соответственно), а Ричард Брейнтри позже жаловался, что видел кого-то в Квартире 302 через окно в своем номере... Странно... После этого Фрэнк начал слышать странные звуки, исходящие из Квартиры 302 (на самом деле это "белый шум", проявление сконцентрированной в Квартире псих. энергии Салливана). Чтож, как говорит сам Сандерленд, "There are a...lot of strange things in this world..."

3-20. События SH3 [shhil0320]
(примерно 90-е годы, впрочем, по обстановке SH3 больше тянет на 80-е - старые телевизоры с ручной регулировкой, доисторические телефоны даже без кнопочного набора, только 2 древних компа на целых 2 города...)
Вскоре после серии кровавых убийств в SH, поиски Клаудии все же дали результаты - Алесса наконец-то была найдена, теперь "Рай" может быть построен. Но... Никто не знает ЧТО именно произошло с городом после этого... Сила города после SH3 катастрофически меняется...
О Сайлентхилловском культе с тех пор ничего не слышно ("the cult itself is gone"), да и город через некоторое время после SH3 становится практически необитаем... Правда, город был заброшен не сразу - этот процесс тянулся несколько лет.

3-21. События SH2 [shhil0321]
(примерно 90-е годы)
Через несколько лет (все факты указывают, что через 3 года, но напрямую в игре это не говорится) после серийных убийств Уолтера Салливана, Джеймс Сандерленд вместе со своей женой бесследно исчезает (ну, еще бы - кто же будет искать "в воде"?).
Как мы знаем, Джеймс получает письмо от убитой жены и приезжает в SH - к этому времени город порядком заброшен (даже сами создатели в Making of SH2 упоминают город как заброшенный - "traffic lights which are turned on in the DESERTED TOWN"), всюду видны следы вандализма, разруха - видно, что южная часть SH "не особо" заселена (по всей видимости, большинство жителей навсегда затянуло в мир Алессы, в городе остались совсем немногие). Единственное, что все еще работает - это светофоры. Машины стоят на тех же местах , что и в SH3 (ими либо не пользовались, либо вообще бросили).
Складывается впечатление, что город начинает притягивать к себе грешников, подобно магниту (к разговору об изменении силы города после SH3). Также Сандерленд видит нескольких монстров из мира Хизер\Алессы (Клозеры, тараканы, медсестры), что наводит нас на определенные размышления...

3-22. События Silent Hill Dying Inside [shhil0322]
(20XX год)
Безмолвный Холм теперь уже окончательно заброшен. Линн, приехав в SH, чтобы снять фильм о странных погодных условиях в городе, начинает видеть мир Алессы, к этому времени уже смешавшийся с другими подсознательными мирами. На стенах видны надписи про Алессу, а по городу все еще разгуливают монстры Хизер\Алессы: slurper'ы, groaner'ы, numb body и т.п - видимо, Клаудия все же вызвала желанный "Рай"... После знакомства с псих. силой, сконцентрированной в Безмолвного Холме девушка сходит с ума. Позже в городе бесследно исчезают психиатр Трой Эбертони и группа панков...
Хоть культа больше нет, город заброшен - но в SH все еще продолжают происходить загадочные события... "There are too many strange things happening in that town".

3-23. События SH4 [shhil0323]
(20XX год)
Тень Безмолвного Холма нависла над Эшфилдом...
These strange incidents are similar to the ones which occurred in Silent Hill some years ago.
More news to follow...

(с) SilentPyramid

Часть 2. Туман.

«Всё идёт не так, как надо, всё неправильно, абсолютно неправильно», - подумала Анна, приходя в себя. Определённо, она на земле. С озера тянется свежий воздух.
Она открыла глаза – ничего особенного.
Дорога. Плотный синеватый туман, из-за которого толком не было видно неба. Минуты две она приходила в себя, глядя на этот туман. Боже, видимость почти никакая, метров десять, а потом всё будто грубо срезано туманом.
Послышался недовольный вздох Клары. Значит, она тоже жива.
- Что за фигня? – пробормотала она, поднимаясь с асфальта, - Я умерла и попала…
Она огляделась, увидела озадаченных одноклассников на дороге и фыркнула.
- …в ад.
- Да ладно, мы живы, - уверенно сказала Анна, встав на ноги.
- Ты в этом так уверена? Как это вообще возможно? – спросил Андре, оглядываясь. Его самого было трудно разглядеть в тумане.
Молчание, скрывающее кучу вопросов, длилось некоторое время.
- Мой багаж пропал, - раздался голос Клары. Анна рассмеялась. И её это волнует в первую очередь сейчас?! После того, как она чуть не утонула вместе со своим багажом, она больше всего жалеет, что вещей рядом нет!
- Можешь нырять и доставать его. Мы подождём, - сказал Андре.
- Опять издеваются! Гады, - вздохнула Клара. Она отвернулась и увидела фигуру, скрывающуюся в тумане. Ну конечно. Анна удалилась под шумок. И куда? Клара огляделась. Это место ей было не знакомо. И она посчитала целесообразным идти в том же направлении.
Через пару минут показался город. Небольшой такой населённый пункт. Явно не деревня, но…какое-то тихое место. Кажется, люди тут не живут больше. Как жаль…
- Что ты идёшь за мной? – рявкнула Клара, увидев Андре. Тот её игнорировал, но шёл в ту же сторону.
- Совсем уже? Я иду в город. Больше некуда.
- Хватит уже нападать друг на друга, как две собаки. Тут нет людей, и, возможно, не будет…- раздался голос Анны. Она стояла у фонарного столба и держала в руках помятую карту.
- Ты считаешь, что надо держаться вместе?! Сумасшедшая! – сделала страшные глаза Клара.
- Трезвая голова многих подводила, - улыбнулась одноклассница и скрылась в тумане. Клара ещё некоторое время разглядывала тёмные ящики домов в тумане, вдыхала свежий воздух, желая успокоиться. И успокоилась. И пришла к выводу, что, пожалуй, надо и правда держаться вместе. Создания Бога бывают ужасны, они бродят по его земле, представляя собой образы людских пороков, страхов и грехов. Девушке стало не по себе, и она решила последовать за одноклассниками, но тех уже и след простыл. Где-то недалеко рыкнула собака. Клара охнула. Она ненавидела собак. Её однажды укусил доберман.
- Стойте!! – воскликнула она и побежала в город. Дома на её пути стояли плотнее друг к другу, даже промелькнула какая-то клиника. Но признаков жизни не было. «Наверняка сейчас пять часов утра или что-то вроде того», - успокаивала себя Клара, сбавив ход, когда впереди показались две фигуры.
- Куда это вы убежали?! Оставили меня одну! Это садизм! Надо держаться вместе! – воскликнула девушка, когда одноклассники её заметили. Блондинка глупо хихикнула и снова уставилась в карту.
- Так, мы идём по Натан Авеню, Плезант Ривер…мягко сказать, далековато. И автомобилей я тут не вижу. Что будем делать? – спросила Анна, глядя на рядом идущих.
- С какой стати вы идёте в город, если нам туда не надо? – возмутила Клара.
- Сейчас покажу! – серьёзно произнёс Андре, - Идите за мной.
Они шли обратно, туда, где оказались, придя в сознание. Туман будто стал гуще, и вдруг…
- Тут была дорога! Провал был дальше, - заметил Андре. Клара приблизилась и поняла, что они стоят на краю пропасти. Там, внизу, был только туман – кто-то будто обвалил дорогу, и теперь её не было.
- Боже! – воскликнула Клара и отвернулась. Она не любила высоту.
- Что ж, теперь есть резон побродить по городу? – улыбнулась Анна.

- Итак, в этом районе главная дорога – Натан Авеню. Лично я сверну туда, где больше кафе, ресторанов и баров. Может, найду людей, - устало сказала Анна.
Они стояли на обочине дороги у какой-то церкви, разглядывая карту Сайлент Хилла. Клара безумно обрадовалась, когда окончательно подтвердилось – они в этом городе. Одноклассники, причисляющие себя к иной религии, чем Клара, не слишком радовались. Только Анна – ей нравился туман.
Вдруг за углом послышались шорохи.
- Кто там?
Кто-то за углом остановился, но тут же снова двинулся в их сторону.
- Уходим, - сказал Андре. К его изумлению, Клара была первой, кто сдвинулся с места. Она свернула в переулок между церковью и каким-то домом. На их пути стояли мусорные ящики с далеко не свежими помоями. За спиной кто-то шёл по дороге – медленно, на дрожащих ногах, еле-еле передвигая конечности.
- Мне кажется, это человек, и ему плохо! – воскликнула Анна. Клара без сомнений перемахнула через помойку и не собиралась возвращаться назад.
- И пусть! Сам напросился – пусть сам и страдает, - воскликнула она. Такая чёрствость возмутила блондинку, но она только с вздохом продолжила путь. Переулок вёл на какую-то дорогу – узкую, но по неё вполне мог проехать автомобиль. Тут было тихо – никаких признаков человекообразных и прочих неприятных существ.
- Сдаётся мне, люди, что вы что-то скрываете, - внезапно сказала Клара, прищурившись. Одноклассники обернулись.
- С чего бы это? – с беспокойством спросила Анна, отступая на шаг назад.
- Просто так в этот город не попадают! – заявила она с серьёзным видом.
- А мы разве виноваты в том, что случилось? – спросил Андре.
- Я не думаю. То есть насчёт того, что я в чём-то виновата, и поэтому тут – не думаю. А вот вы можете что-то скрывать, - с хитрым выражением лица произнесла девушка.
- В каком смысле? – удивлённо спросила блондинка.
- Ну, к примеру…Ты, - она указала на Андре, - убил брата или сестру. Так, случайно…утопил, когда вы были всей семьёй на отдыхе. И ничуть об этом не жалеешь. Ты даже рад. Поэтому ты тут – из-за тьмы в сердце. Или ты, - она показала на Анну, - украла у кого-то что-то, и тебе понравилось. А это «что-то» было просто необходимо человеку, но он потерял это из-за тебя. И тебе всё равно. И ты тоже тут – из-за тьмы в сердце.
Пару секунд двое ошарашено глядели на девушку.
- Я ничего не крала, - осторожно произнесла блондинка с кривой улыбкой.
- И ты…ты думаешь…я кого-то убил?! – возмущённо сказал Андре, подходя к Кларе.
- Да…- тихо сказала та.
- Тем более, своего брата?!
- Или сестру, - смелее уточнила девушка с намёком.
- А Анна украла что-то ценное, да? Типа, у беззащитной бабушки?
- Может быть, - с нарастающей смелостью проговорила она.
- А я таки убийца?!
- Ага, - кивнула Клара, - И Бог Сайлент Хилла тебя накажет!
- Ты уверена?!
- На все сто!
- И ты – единственный безгрешный ангел среди нас? Попала сюда ни за что, до кучи, да?
- Видимо, так. Я тонко чувствую грешников и их проступки, - скривилась Клара.
- Бедненькая! Ангелочек на грешной Земле! Тут тебе не место! – подвёл черту Андре.
Клара взвизгнула как-то не по-человечески.
- Бог Сайлент Хилла это подтвердит!
- Ты что, убить меня собрался? – испугалась девушка, жалея о своей способности говорить.
- Не людям вершить суд над людьми. Уймитесь, - сказала тихо Анна. Редкое зрелище – на её лице не было улыбки.
- Что правда, то правда, - согласился Андре.
- Клара, успокойся. Что ты можешь о нас знать? И что за Бог Сайлент Хилла?
- Она его выдумала. Совсем ку-ку, - покрутил пальцем у виска он.
- Ладно, Клара, помолись своему выдуманному существу и уходим. Тут кроме плохого запаха ничего нету, - сказала блондинка.
Они ушли. А Клара, как и раньше, осталась стоять на углу и смотреть на них исподлобья. Губы у неё дрожали, а во взгляде было слишком много ненависти. Хватит на десять человек и ещё останется.
- Бог ещё придёт на землю, и все грешники умрут ужасной и мучительной смертью. И ВЫ среди них! – последние слова Клара прокричала очень громко, так что двое людей, уходящих в туман, никак не могли не услышать это.
Но этого было недостаточно.
- Слышите?! ВЫ среди них! Вы умрёте, и перед смертью вспомните, что это уже было предсказано! Вы пожалеете о каждом вашем слове! Слышите? Бог…
Дальнейшие слова утонули во всепроникающем звуке сирены. Этот звук проносился над городом, как волна ветра по полю, пугающе нарастая, вселяя панику и желание бежать прочь. Клара подняла голову. Её взгляд был обращён на небо. Оно темнело.
- Что это? – удивлённо спросил Андре. И тут он заметил – асфальт под ногами стал медленно разлетаться во все стороны, оголяя скрипящую решётку. Стёкла одно за другим лопались. Происходило что-то невообразимое. Свет исчезал, туман мягко оседал на решётку, превращая её в нечто страшное и ржавое, а стены стали покрываться разводами, то чёрными, то коричневыми, то красными. Как после пожара, дождя, бойни…свет неумолимо потухал, совсем рядом раздался дикий вой, и Андре инстинктивно кинулся к первой попавшейся двери. Она разваливалась на глазах и поддалась, прежде чем слететь с петель. Вот коридор – совсем крошечный. Вот ещё одна дверь – более крепкая на вид. Но она не открывалась. Вторая дверь…тоже нет…третья – получилось! Андре увидел в свете потухающей лампочки лестницу вниз и побежал по ступенькам, покрывающимся сажей. В самом конце подвала была дверь. Она сама распахнулась навстречу, будто желая не загонять в ловушку человека. Но это значило, что так что-то ужасное…а, ладно. Вот уже позади кто-то идёт, спотыкаясь.
Вряд ли это человек.
Андре зашёл в подвал и оказался по колено в воде. Тут было темно, как в склепе. Раздался звон разбивающейся лампочки. Значит, теперь темнота со всех сторон…это плохо. Андре захлопнул дверь.
- Нееет!!! НЕ закрывай! – раздался голос Клары. Она влетела в подвал и едва не упала. За ней ещё кто-то шёл – вероятно, с фонариком. Этот самый фонарик упал в воду, и воцарилась тьма. На лестнице кто-то вскрикнул. Клара закрыла дверь – и это спасло им жизнь. Некое крупное существо ткнулось в дверь, пытаясь открыть её, ещё, ещё раз…Это явно был не человек. Приглушённый хрип, странные звуки, издаваемые существом.
В подвале появился свет…Это Клара достала фонарик из воды.
- Оно ушло? – спросил Андре.
- Уходит, - сказала девушка.
На свой страх и риск Андре приоткрыл дверь. Немного света из подвала попало на лестницу, и он увидел тело – точнее, только ноги от тела, которое существо, оставшееся в темноте, волокло наверх. Существо не было видно, и оно никак не реагировало на свет и пару наблюдающих за ним глаз. Видно, вполне довольно своей добычей.
- Клара, ты видела это существо? – с волнением спросил Андре.
- Нет, но оно больше человека! Оно…оно едва не схватило меня…оно…гналось за мной…
- Успокойся, его тут нет. Оно ушло…
- Да, ушло, - проговорила Клара, чуть не плача, Это адское существо…оно хотело убить нас…гналось за нами…
- За вами? Ты была не одна? – спросил Андре. Конечно, глупый вопрос, ведь он видел, как существо утащило чей-то труп.
- Нет, Анна шла за мной. Это её фонарик…Это…существо…оно убило её!!! Этот монстр…он…
Клара закатила глаза и стала медленно сползать вниз по стене. Андре удержал её, чтобы она не оказалась по шею в грязной воде.
- Что? Этот монстр – что ты про него хотела сказать? – спросил он.
- Я была права! Права, а вы не хотели мне верить! Этот монстр…красный дьявол…должен был её забрать…ведь я была права…и тебя он заберёт! И меня тоже! И никто никогда нас не обнаружит, никогда, ни за что!
- Красный дьявол? Ты его видела!! Что это за существо?! Если оно снова нам встретится, мы должны узнать, что это оно…
- Да, да, да…он казнит грешников…палач…Я тоже среди них?! Почему? Почему?!
У Клары почти началась истерика. Точнее, ещё давно началась.
Потух свет – Клара уронила фонарик, и они с Андре остались в пугающей тьме. Он тут же опустился к воде, от которой пахло чем-то солёно-сладким, шаря по дну рукой. Наконец он достал фонарь, излучающий свет. Поразительное качество!
Но, приглядевшись, Андре понял, что мир лучше от этого света не стал. Стены подвала были все тёмные, вместо потолка – ржавые железные прутья, как в тюрьме. И коридор. Длинный, узкий коридор, единственный путь из этого помещения. Но ладно – помещение…Андре уже смирился с тем, что лучше уже не будет. Рука, в которой он держал фонарь, была по локоть в крови. Клара это заметила. Она диким взглядом посмотрела вниз и зачерпнула ладонью жидкости, которой было так много в подвале.
- Это…свежая кровь…- в ужасе зашептала она. Да, тут везде была кровь. Жидкость, плещущаяся в подвале – как она сюда попала? Сколько же людей нужно было убить, чтобы заполнить одну эту маленькую комнату?
- Точно, уходим отсюда, - поспешил сказать Андре, беря Клару за руку и ведя в коридор.
Они шли по длинному коридору, надеясь, что скоро что-то изменится – хоть что-нибудь изменится в лучшую сторону. Но ничего не менялось. Вот коридор кончился, перед ними единственная дверь. Андре толкнул её, но она не поддавалась. Он дёрнул за ручку, но дверца даже не вздрогнула.
- Тупик? – осторожно спросила Клара.
- Тупик, - мрачно подтвердил Андре, приклоняясь к стене. Неужели так всё и кончится – в ржавом подвале, по колено в чужой крови, в компании с фанатичной шизой? Даже двух минут в такой обстановке он не пожелал бы и врагу. Сейчас, в этом кошмаре, который, похоже, только начинался, он готов был простить всех своих врагов, так что все бывшие обиды казались мелочами, просто смешными и нелепыми. Монстры из фильмов ужасов виделись безобидными и даже забавными овечками, ведь их можно было увидеть. Неизвестность, оказывается, гораздо страшнее.
- Что теперь делать? – спросила Клара через некоторое время. Казалось – через вечность.
- Я не знаю, - ответил Андре.
- Это конец?
- Возможно.
- Я надеюсь, что нет. Хочется ещё пожить, - проговорила девушка.
- Ты веришь, что надежда умирает последней? Это ложь. Сначала умирает надежда. Потом разум. Потом тело.
Клара не ответила. Она прислонилась к двери и закрыла глаза.
- Ай!
Она едва не упала. Дверь открылась!
- Это ты как сделала? – обрадовался Андре.
- Никак! Дверь открылась самостоятельно, - ответила Клара.
Перед ними был ещё один коридор. Он был очень длинным, даже не было видно, насколько. Но в конце был поворот в сторону. Потом такой же коридор. И снова поворот. И ещё один коридор. И так было до бесконечности. Мелькали одинаковые коридоры, одинаково ужасные и залитые кровью.
- Когда же этот кошмар кончится?! – вздохнула Клара на очередном повороте.
- Успокойся, Клара. Видишь лестницу?
- Точно! – обрадовалась девушка, увидев лестницу в конце коридора.
- Это плохо. Это очень плохо. Нельзя подниматься, там опасно.
- Как так? – удивилась Клара. Она побежала в сторону лестницы, но поскользнулась на пути и упала, едва не захлебнувшись в застывающей, как желе, жидкости.
- Как опрометчиво, - заметил Андре. Клара поднялась с пола и обернулась. Слава богу, носила она только чёрное, и было незаметно, что она вся в чьей-то крови.
- Слышишь? – серьёзно спросила Клара.
- Что? – не понял он. Но тут же услышал – где-то над ними зазвучала сирена, совсем как в первый раз. И он увидел, какие изменения стал претерпевать подвал. Стены становились нормального, серого оттенка, кровь превращалась в нормальную воду, а вместо ржавых прутьев снова появился потолок. Несколько секунд они стояли и смотрели на эти метаморфозы. Теперь всё пришло в норму. Можно подниматься, почти не боясь за свою жизнь. Наверху был тот же свет и туман. Слава богу, не тьма.
- Проклятая земля! Я не должна тут оставаться! Это не место для людей! – воскликнула Клара, оказавшись на поверхности. Андре мрачно взглянул на неё. Ну, всё, Клара тоже изменилась, и снова будет проклинать его и Анну, обвиняя во всех смертных грехах. Надо бы её помешать…нельзя о мёртвых говорить плохо…
- Нда, только взгляните, куда нас судьба занесла, - прокомментировала Клара. Андре огляделся и увидел, что они стоят прямо у мрачного здания. «Госпиталь Брукхэвэн».
- Это же известная психушка! Намёк?! – продолжала девушка.
- Ещё какой! Надо было тебя там оставить! – кивнул Андре.
- Молчи лучше, иначе тебя тоже убьют…- поморщилась девица, отворачиваясь.
Возникло стихийное желание придушить Клару. Кому же не захочется?! С её характером надо дома сидеть, со связанными за спиной руками и закрытым ртом.
- Что ж, теперь мой путь лежит в церковь. Я, наконец, вспомнила, где она находится, и теперь могу убираться прочь! – торжествуя, произнесла Клара. Она огляделась, некоторое время потопталась на месте, и всё торжество пропало. Она если и знала, где находится нужная ей «церковь», то понятия не имела, как дойти туда от госпиталя.
- Жизнь несправедлива, - вздохнула она.
Внезапно в тумане появился человеческий силуэт. Андре настороженно посмотрел на фигуру. Она стояла, не двигаясь, как памятник. Создавалось впечатление, что она даже не дышала.
- Это что ещё за существо? – воскликнула Клара. И тут же силуэт стал приближаться. Если это не человек, Клара допустила самую ужасную в своей жизни ошибку, и сама же будет пожинать её плоды. Существо отчаянно тряслось, спотыкалось, едва не падало, передвигалось странными рывками. Оно тащило за собой что-то, что волочилось по дороге и издавало страшный скрежет. Что-то железное. Кажется, палку – точнее, обломок трубы.
- Боже! – воскликнула Клара. Она побежала прочь, в туман, испугавшись существа, идущего к ним. Андре тоже стал отступать – фигуру ещё трудно было рассмотреть до мельчайших подробностей, но её движения уже не внушали доверия.
Внезапно существо остановилось, будто наткнулось на какую-то преграду.
- Что за чертовщина тут происходит? – послышался голос Клары из тумана. Андре спешно ретировался, прочь от странного существа.
- Что тут происходит?!
Голос совсем близко. Видно, кто-то съезжает с катушек. Наконец, на дороге появилась фигура в чёрной одежде. А рядом...
Труп. Скудные останки человека, без головы и ног, почти без рук и едва ли не распотрошённый. Рядом стояла Клара, отвернувшись от трупа.
- Здесь что-то не так! Теперь я точно знаю, что рядом бродят существа, готовые убить людей! – сказала она в пустоту.
- Только поняла! Поразительно! – удивился Андре, не глядя на труп.
- Я должна выбраться из города! Должна! Тут есть только смерть!
- Понятно, понятно!
Странно, но было чувство, что нельзя уходить из города сейчас, что это просто неправильно.
- Я ненавижу этот город!...
Андре отвернулся от Клары. Несмотря на то, что «надо держаться вместе», очень не хотелось постоянно слушать вопли Клары о том, что она ненавидит. Он и так знал. Она ненавидит всё и всех.
Он решил, что задерживаться тут не стоит, и свернул за здание госпиталя, в надежде немного походить по городу и в конце-концов покинуть это место.
Внезапно он увидел красный след, тянущийся за следующим поворотом. След начинался (или заканчивался) у запасного входа госпиталя и скрывался за зданием. Вдруг тишину прервал душераздирающий крик. Кажется, доносился за госпиталей. Андре побежал в ту сторону, не думая о существе, которое могло бы доставить человеку такую боль…и могло всё ещё быть там, ожидая новых жертв.
- Остановись! – закричала Клара где-то далеко, но её не хотелось слушать. Она была не совсем адекватна. Точнее, совсем не была. Андре свернул за здание госпиталя…
…там тоже были останки человека. Шесть собак не вполне стандартной внешности поедали ещё вопящего человека. Через пару секунд он уже замолчал. Умер. А собаки…собаки были странные. Будто с них только что спустили кожу и замотали в бинты, а головы разрубили на две части. Одна из таких милых собачек подняла оба куска головы и принюхалась. Ещё один человек. Ну, конечно же. Им мало одного человека. вскоре все шесть собак отвлеклись от полусъеденной добычи. Андре отступил назад, споткнувшись обо что-то. Предмет отлетел в сторону и со стуком ударился об стену госпиталя. Собаки повернули голову в сторону звука и мигом кинулись вперёд. Андре подобрал предмет, чем бы он ни был, собираясь бросить в псин для профилактики – но передумал, когда увидел, что это пистолет. Он никогда не стрелял из пистолета, но отдалённо знал, как это делать. По крайней мере, когда он нажал на курок, целясь в одну из собак, она взвизгнула и упала. Вторая пуля не попала в собак, после третьей, не достигшей врагов, Андре кинулся бежать.
Он достиг чёрного хода в госпиталь. К счастью, дверь поддалась с первого раза, и Андре зашёл в госпиталь, захлопнув за собой дверь. В неё с другой стороны ударялись псы.
- Глупые псины, - заметил Андре, услышав визг очередной собаки, попытавшейся выломать дверь своей силой. Он стоял, прислонившись к двери и слушая тишину, пока не удостоверился, что собак нет. Но выходить тут было опасно. Хотя, как оказалось, выбора не было. Между входной дверью и коридором госпиталя была ещё одна дверь. То есть входящий с чёрного хода сначала оказывался между двумя дверьми, на крошечной площади, где с трудом помещался один человек. И теперь дверь в коридор была закрыта.
Теперь, когда с одной стороны воцарилась тишина, Андре услышал шум с другой. И не пожалел, что дверь закрыта.
По коридорам госпиталя кто-то ходил, дрожа, натыкаясь на стены, спотыкаясь и падая, волоча за собой что-то тяжёлое. Слышалось астматическое дыхание, скрежет…Там кто-то был, и не один. Вполне возможно, что они такие же существа, как и то, на улице, возле главного входа в госпиталь. Внезапно все эти звуки послышались едва ли не вплотную к двери.
Вблизи это было ещё ужаснее, тем более что существо остановилось у двери, шаркая обувью. Раздался стук.
По двери ударили чем-то тяжёлым. Второй раз, третий. Чувствуя, что дверь скоро не выдержит, Андре приоткрыл дверь обратно на улицу, оценивая обстановку. Переулок патрулировала одинокая собака.
Дверь рядом с Андре проломилась, и стало понятно, что удары были сделаны обломком трубы. Существо, их наносящее, оказалось похоже на человека, только без лица и кожи вообще. Окровавленная одежда говорила, что существо при сознательной жизни было медсестрой. Теперь существо замахнулось, чтобы нанести ещё один удар.
Андре открыл дверь на улицу и побежал прочь, не разбирая дороги. Собака завыла и побежала за ним. Кажется, с товарищем по поеданию людей. «Надо бежать, остановка – смерть!» - крутилось в уме. Вот впереди широкая дорога, за ней – пара домов, а там уже и до берега озера рукой подать…До берега? Но там же придётся остановиться, а собаки могут напасть раньше, чем успеешь обернуться и выстрелить в раздоенную голову! Ладно, тогда надо прыгать в озеро.
Уже подбежав к берегу туманного озера, Андре передумал и обернулся. Две собаки стояли за деревом и нюхали воздух. Лёгкий ветер дул в сторону озера, неся с собой запах мертвечины. Видно, собаки таки нашли другую жертву и, развернувшись, зашлёпали прочь от озера. Ещё с минуту Андре стоял и ждал, пока собаки скроются из виду.
- Какое красиво озеро! Часами смотреть можно! – послышался весёлый голос где-то поблизости. И правда – на берегу сидела Анна и смотрела на озеро.
- Как ты выжила? – изумился Андре.
- А я должна была умереть? – улыбнулась девушка.
- Клара видела, как какое-то чудовище убило тебя и утащило.
- Н-да, чего только она не видит! Скоро она познакомится с зелёными человечками! Или прибежит сюда и заявит, что в Сайлент Хилле всем заведует Великая собака! – на последнем Анна рассмеялась. Андре тоже невольно улыбнулся. Но смеяться не стал. Потому что предложение содержало слово «собака».
- Так что же, она соврала?
- Выходит, что так, - кивнула блондинка, - Я вроде бы жива. Кстати, я потеряла мой фонарик на улице. у тебя нет своего?
- Нет. Я не думал, что он мог понадобиться.
- Жаль. Потому что теперь кому-то придётся сидеть в темноте. Тут во всех зданиях нет света! И людей.
Ещё минуту Анна глядела на озеро не отрываясь.
- Странно…знаешь, Клара совсем слетела с катушек после того кошмара с городом. Как ты ухитрилась остаться нормальной? – поразился Андре.
- Какой кошмар с городом? Ты только посмотри – это разве кошмар?! – возмутилась девушка, указывая на смутный пейзаж, - Лично мне нравится туман. Видно только самое нужное.
- Да нет, я о другом. Небо стало темнеть, стёкла разбиваться, везде решётка и ржавчина.
Анна смотрела на него, ничего не говоря, недовольно сдвинув брови.
- Ты что, не видела этого? – догадался Андре.
- Какие решётки? Какая ржавчина? Всё было нормально, вы вдруг остановились и посмотрели на небо, а потом вдруг сорвались с места и убежали!
- Поразительно! Ты не видела этот кошмар?! Мы видели, а ты – нет?! Невозможно! Тут до сих пор бродят собаки без кожи. Тоже не видела?
Анна ещё раз взглянула на него и покрутила пальцем у виска. Как ни в чём не бывало отвернулась к озеру и всё внимание обратила на водную гладь. «Я ошибся. Она тоже сошла с ума», - мрачно заметил Андре, глядя на озеро. Почему-то ему тут было неуютно, хотелось уйти подальше. Казалось, что из озера тянутся белые руки утопленников. На этой нездоровой мысли Андре отвернулся и уверенно пошёл прочь.
Хотя Анна и посоветовала держаться вместе, для них троих это было невозможно. Хотя бы потому, что Андре был уверен, что является самым нормальным человеком в городе.
- Если что, я буду в развлекательном парке «Лэйксайд», - сказала Анна, тоже удаляясь, но не в сторону дороги, а вдоль берега.

http://i010.radikal.ru/0810/70/45831761d3b8.jpg

http://i035.radikal.ru/0810/cd/e6d973fe7445.jpg

http://s48.radikal.ru/i122/0810/bd/f2aa186b9636t.jpg
http://s47.radikal.ru/i116/0810/f3/305199b9d1b0.jpg
А вот вариант - на вкус и цвет...
http://s41.radikal.ru/i094/0810/42/a07e8152fa37.jpg
http://i031.radikal.ru/0810/ac/4a5f2c9e93a3.jpg

http://s59.radikal.ru/i164/0810/08/9e6604ad1f2ct.jpg
P.S.) Что там, у монстра между ног...?

http://i028.radikal.ru/0811/a7/a12cc9bc910f.jpg

Тяжелая была ночка...
Знакомые лица ^_^
May the force be with you!:jedi:
Старый боян
Косплей

http://bbs.nashalife.ru/attachment.php?s=&postid=949776

http://fs8.www.ex.ua/show/5388982/5388982.jpg?800

http://s015.radikal.ru/i331/1105/4f/b1a9a7570cf1.jpg

, выполненная волосами азиатки(девушка при сборе материала не пострадала)
http://s016.radikal.ru/i336/1108/b1/4caa4505ab9a.jpg

http://i041.radikal.ru/1108/7a/a3019c3f6792.jpg

Меня зовут Томас Лоузли.
Кто бы знал что эту историю расскажу именно я

Предисловие:

Ясный, погожий день. Но смотря на их лица понимаешь... времени нет. Хотя прошёл уже год. И чтобы не изменилось, но только не они. Мэри-Энн и Стелла. В ряд. Всё что осталось. И их лица всё ещё те же... словно ничего и не должно было случиться.

Всё началось примерно за десятилетие до этого, хотя не могло уж и не начаться, если задуматься. Стелла, как девушка симпатичная, всегда привлекала парней ещё со школы, хотя по природе своей была скромной. И бог весть каким образом мне удалось завлечь её своим вниманием. Быть может было ещё тогда во мне что то в чём она потом не столько разочаровалась, но и не потеряла. Во мне всегда такие вещи имелись ;) Но видимо и я был не настолько плох чтоб мне вечно отказывали, без хохота но и не без смысла указывая на других. Но таких случаев было немного.

Познакомились мы довольно странно. Неся с достаточной ловкостью необьятную для её собственных размеров огромную кипу вещей, она-таки не могла из за неё увидеть меня, а потому чуть было не разбилась наступив мне на ногу. При этом отпустив мне столько замечаний, что любой бы от злости сгорел. Но я был и так не в состоянии кому-либо грубить, отделавшись от ТАКОЙ девушки по обыкновению парой едких фраз, от упоминания которых видимо я уже никогда не отделаюсь. Хотя мне уже приятно вспомнить отчего же всё произошло. И повторись всё снова - я бы всё сделал точно также.

Она была колкой до невозможности, невыносимой если ей это нравилось, неисправимой если она была не в настроении - но и удивительно приятной. Как девушка в общем. Знать бы тогда...

Жил я на Линдсей стрит, дом 14, самый конец улицы. Да, город я думаю вы узнали. Дом обычный. Хотя уже тогда Сайлент Хилл начинал покрываться той оболочкой неизвестности. Кто на взгляд сможет определить что такому городу грозит смерть? Сюда как в пригород сьезжались ради отдыха, прогуляться по окрестностям, к тому же местность позволяла расположить чуть ли не парк развлечений прямо под ногами. Свежий воздух. Место, куда почти добралась цивилизация.

Способная разрушить.

Мама видимо не смогла найти дом получше. Да и по сути зачем? Тут и так было довольно неплохо, через полтора квартала озеро Толука, куда ушло почти всё моё детство, почти все воспоминания. Ещё с детства городская лодочная станция стала одним из главных моих жизненных хобби.

Уважаемая, волевая женщина, она вдруг не стала перечить мнению нас всех как семьи остаться здесь. Хотя отец довольно скоро покинул это место вместе и с нами. Возможно что чувствовал уже тогда что-то, что-то зловещее. По городу понемногу распостранялись разговоры о странных и необычных для здешних окрестностей смертях, а также о секте культистов. Но так или иначе, после ухода отца нас осталось трое: мама Мэри-Энн, её старшая дочь, соответственно и моя сестра Лильен, преобладавшая в возрасте надо мной на 4 года, ну и разумеется я. На ту пору когда мы приехали мне было 12 лет.

Тогда я ещё не знал Стеллу, да и их самих не было здесь в городе, они приехали лишь спустя 2 года. Семья её с трудом ли отличалась от моей даже по содержанию. Но с её сестрой мы навсегда останемся неразлучными друзьями. Да и не каждый день в жизни выпадает увидеть такого бесшабашного, но сдержанного человека, лидера, который умеет оставаться девушкой. Удивительно доброй и справедливой. Как и имя ей было Диана. Впервые нас как раз чуть было не столкнула сама Стелла в парке развлечений на одной из бесцельных прогулок.

Хотя всё таки я ошибаюсь, насчёт нашей схожести, с их отцом потом мы через годы случайно встретились на Эллрой стрит, на заправке, где мы работали. Работали не очень долго, видимо не суждено было. Джонатан останется всегда для меня твёрдым, вольным, достаточно мощного телосложения и редкого склада ума мужик. Видимо было в кого рождаться Стелле и Диане, я не жалею. Семья Гринвудов, всегда вы со мною. И хотите ли вы, но я разделил с вами вашу (а може мою ли?) ношу. И я всё равно не жалею, нисколько.

...

Прошёл ровно год с того дня. И нет тому событию обьяснения. Никакого, В тот день они садились в машину как обычно, Стелла уже как профессиональный рулевой. С безмятежной улыбкой помахали мне обе рукой. Кто бы знал что навсегда. Не смирюсь с этим. Ведь что то пошло не так. Проезжая мост они ... пропали, доли секунды, как и тут же возникли, но в другой части, и врезались... Да с такой силой, словно гнали во всю мощь. И врезались в... другой автомобиль. Который тут же исчез в никуда... Я не знаю насколько это бред, да и бред ли это, очевидцы сошли с ума, они и сами видели то, что видимо не поддаётся словам, не поддаётся простому рассудку. Случилось...

Что же случилось?

...

Невозможно смириться с потерей, любой. А девушкой, любимой частью себя? Не отвечайте, я не вынесу ответа. Я пролежал в госпитале Брукхэвен почти 4 месяца пока осознавал что не бывает такой чудовищной лжи, или быть может не менее страшной правды. Стелла, имя ушедшее в прошлое. Нет, я до сих пор не могу поверить. Мама, одна единственная кому я доверял тайны, кому я поверял недоступные никому вещи... Удивительно, но в гробу она улыбалась. Словно она была счастлива, словно больше нет ничего, для неё не осталось ничего. Как я за неё счастлив... и как я ей завидую. Быть может когда я прийду теперь к ней, обниму и скажу: «Мам, всё в прошлом, оно нас не стоило». Стелла как обычно посмотрит мне прямо в глаза, и с хитрецой спросит: «А оно нам НУЖНО ЛИ было?». Нет, не нужно, если только доверюсь я вам, двоим. Для этого и несколько раз прожить не жалко.

Прожил бы и ещё... хотя бы раз. Глупо, но я хотел бы. А вы так смотрите с фото. Почему?

...

Машина пересекает уже вторую половину пути, но я смотрю в лобовое окно. И хочется увидеть вас, именно тех которые не были, буквально пару секунд. Что же вы там видели? Что могло пойти не так?

Вздрагиваю, трель звонка возвращает в этот мир. Лильен как обычно зла, работа несчастным офисным клерком понемногу накладывает и на меня оттенок работающего в поте лица трудяги, а сейчас дело в том, что годовщина нарушила всё предстоящее. Прошёл год, я и сестра переехали в другой город, но я никогда не забуду того, что было. Прошлое не отпускает, только не меня.

- «Том, где ты? Ты не думал, что твое отношение к нынешней работе и то, что ты помнишь, не сводит ли тебя это с ума? В конце концов, остались пока только мы, а их уже не вернуть. Не вернуть. И ты прекрасно это понимаешь. Остались только мы, и мы нуждаемся друг в друге. Только - только ты стал приходить в порядок, я понимаю что жизнь - вещь на редкость несправедливая, но знаешь, за остальное мы теперь только вместе отвечаем. И дело не столько в том, что ты ПОТЕРЯЛ, дело в том, чего мы можем лишиться совсем. Не делай глупостей, пожалуйста!!!»

- «А ты не пробовала решить сама эту проблему? Я не собираюсь мириться с прошлым, но я и не сказал, что будущее всё так же печально, как оно раз уже случилось. И мне не нужно упоминать об этом.»

- «Ты как всегда!!! Почему я должна зависеть от тебя? Почему я не могу построить свою жизнь только потому, что твоя превратилась в обломки? Почему я должна быть твоей сиделкой, я быть может тоже хочу побыть счастливой! Да и к тому же твоё сейчас состояние не позволяет вообще ничего сделать. Как я не хочу всего этого, как мне всё это надоело. Я не нанималась...»

Бросаю трубку. Зло, взявшее за душу нестерпимо. Даже машина дёрнулась, хотя видимо от меня, ехать с кладбища, ворошить ушедшее прошлое, и получать такое в настоящем. Нет, я отказываюсь. Не понимаю того, что она мне пыталась сейчас сказать, к тому же не я начал поднимать случившееся, как вдруг оказался сам же и ВИНОВАТ. Я виноват? В чём?

Чёрт с ним. Лильен не из тех людей что умеют давить, им понимать, да и помнить нечего, кроме того что их собственно касается. Просто обидно бывает.

Я уже дома. Беру с полки фото. Мама и Стелла. На одной из вечеринок. Обнимают друг друг друга. Неразлучные, самые. Даже после смерти остались. И тут уже как глупо я делаю, завидую самому себе, ведь никому таких не досталось.

А как улыбаются, счастливые мы были... Мы все. А они уж как... Они и тогда были неразлей-вода подругами. И фото как никто теперь говорило мне, о них, об таких родных и знакомых. И я смотрю и улыбаюсь, вместе с ними.

Утром на работу. Опять всё то несделанное, лицо Моники, старшей коллеги, всё время ей доставляет удовольствие намекать, поучать. Хотя умеем мы всё одно и то же. А уж насчёт опыта вообще, кто бы спорил. Сегодня я брал выходной, из за годовщины. Надеюсь меня поняли, слишком ещё недавней стала рана. И да, если спросите вы, то отвечу: я уехал из того города, унесшего в свою очередь, оторвавшего и часть меня. Я, Лильен и Диана, что остались. Она (Диана) кстати живёт недалеко от нас, видимся часто, как никак друзья, ещё и по несчастью. И всё так же она - рулевой, наш капитан, помогает советами, держит и уже свой новый круг друзей, за ней как за каменной стеной.

А ведь подумать, что она чувствует? Но я лучше не буду. Чувства нас двоих, видимо только путь к сумасшествию.

За окном понемногу темнеет. Я всё смотрю на фото с той вечеринки. На вас. Почему? - не устану задавать этот вопрос. Хотя... Могло ли что от меня зависеть тогда? Не знаю, ведь меня не было с вами. Поэтому в очередной раз подхожу к холодильнику, достаю бутылку тёмного пива и наливаю в бокал. Пью за вас родные. Когда нибудь мы снова встретимся, я вам это обещаю. Но просто вы не скучайте там пока, без меня. И вы словно подмигиваете...

Темно за окном. А ты стоишь и смотришь, туда, во тьму, всё смотришь и смотришь. Темно. И не у тебя ли так на душе? Да нет, просто думаешь, смотришь, сравниваешь. Где же вы, в которой части настоящей темноты?

Просигналил грузовик за окном. Как по расписанию. Уже 23:30. Вот дела, нравится же кому то жизнь. Работать в поте лица, за плечами жена, дети, а ты счастливый едешь с работы и от счастья кому-нибудь сигналишь. Как же всё бывает просто. Мечты, мечты...

И вот засыпаешь. Смотря в потолок, почти такой же тёмный. Хотя нет, немного светлее. Но... Почему?! Чёрт, кажется заело.

Глаза понемногу закрываются, перестаёшь ощущать реальность. Снова Стелла вбегает с таким счастливым лицом, словно мы...

...

Утро. Диана не любит вставать в это время, но сегодня иной случай: звонок. Телефон разрывается уже в третий раз. Быть может что серьёзное? Но кому, с утра?...

-«Алло?»
-«Алло, Диана? Томас не у вас? Почему его нет на работе?»
-«Здравствуйте Стоун. Почему Томаса нет? Не знаю, мы вот вечером говорили о той годовщине, он всё ещё не может забыть»
-«Так почему его нет?»
-«Я и сама не понимаю, вроде бы всегда уверял, что работает ответственно, а тут. Сейчас зайду, подниму за уши»
-«Хорошо, я жду результата»

С начальником спорить - вопрос хуже некуда, даже если ты от него не зависишь. Но если пообещал - будь добр. Приходится одеваться.

Вот и крыльцо, достаточно знакомое, видимся почти через день

-«Томас?»

Нет ответа. Поднимается по лестнице. Вот и комната. А в ней и я.

-«Томас!!! Какого чёрта??? Мне должны звонить с утра какие то люди, мне никак не нужные, да ещё и из за тебя? Ну-ка вставай!!!»

Пощёчина. Реакции нет.

-«Томас!!!»

Вторая пощёчина. Сдёргивает одеяло. Реакции нет.

-«Чёрт возьми!!!»

Почти удар. Срывает с кровати. Реакции нет, бездыханное тело.

-«Томас???» Оо

Ничто не может привести меня в сознание.

Дьявол, кажется утро для меня уже не наступило.

Хотя...

Глава 1:

Открываешь глаза. Темно. Жутко. Понемногу начинаешь различать предметы, ты в комнате. Под потолком светит аварийная лампочка. Где это я?

Свет блеклый, и только от лампы. Поводя в сторону рукой... неожиданно встретил фонарь. Хм. Для чего?

Включил, осмотрелся. Действительно комната. Странная немного, вроде бы не был тут, какая то стерильная, как раздевалка. И лестница вниз, винтом.

Спускаешься. Ещё темнее. Фонарь в руке показывает отделку нижнего этажа. Стол, на нём радио, вокруг стулья, высокие тумбочки. Заглядываешь. Действительно раздевалка.

Впереди дверь, тоже с аварийной лампой. Приоткрытая. И ощущение что в комнате этой ЧТО ТО НЕ ТАК.

Дверь, дотрагиваюсь, выхожу. Маленький коридор вдруг заканчивается сырой землёй. Буквально 10 шагов...

Оо, я на кладбище!!! Вокруг покосившиеся кресты, да такие старые, словно я попал в самое забытое место на земле, видимо люди здесь жили ОЧЕНЬ давно.

Всматриваюсь в один и обездвиживаюсь. От страха и недоумения. Мэри-Энн и Стелла Гринвуд. Этого не может быть. Да и памятник я им ставил не тот. Что за?...

И тут из могилы вылезает рука. Рука мертвеца. А на ней обручальное кольцо...

Не может того быть. То самое кольцо, что одел Стелле накануне смерти.

Ужас сковывает движения. А она всё вылезает... Такая любимая и такая мёртвая!!! Нет, я не могу поверить...

Глядишь в её лицо... и падаешь в обморок. Смерть не может так менять людей. Тем более её.
Сейчас её лицо выражает ТАКОЕ зло, сколько ты видимо вообще людям за жизнь свою не сделал. И оно - МЁРТВОЕ...

...

Вновь открываешь глаза. Ты опять в этой комнате, второй этаж. Лестница винтом, и фонарь справа... для чего он нужен? Оо

И первый этаж всё тот же. Кабинки, стол, стулья и дверь. Только теперь закрытая. Ключ на столе. Ну чтож, что же там?

Открываю. Коридор не изменился. Вот только... земли нет. Я внутри здания, большого. И пустого. Быть может стоянка. Окна, ворота...

Вот и середина залы. И тут мне слышится треск. Плиты буквально пляшут. В полу. И тут...

От нескольки шагов до меня пол взрывается. Вверх, Но не просто взрывается. Оттуда вылезает ужасное существо. Достаточно большое, чтоб осилить меня. Что же такое?

И оно чрезвачайно быстрое... В момент подбежав, оно ударяет меня с ТАКОЙ силой, что любой бы умер. Умираю и я...

...

Снова эта комната, второй этаж. И фонарь справа. И так же темно. И тот же первый этаж. Какого собственно чёрта???!!!

Подбираю, дверь на месте. Видимо как и положено. И выхожу. Оказывается это сторожка, рядом сеточный забор. А туман...

Туман???!!! Неужели???!!!

Перед выездом из Сайлент Хилла город покрыл жуткий туман. Кто то говорил что угольные шахты невдалеке разрушились и теперь оборачиваются такими вещами, кто то нёс какой то бред, что мы прокляты, и гнев богов не за горами. К чему бы это?

Неужели я снова здесь???!!!

Что случилось? Если это мой старый город, ЧТО здесь могло произойти???

Присматриваюсь: вывеска Бахман стрит. Самое начало. Рядом магазин, дома, я почти напротив Файни Стрит. Эмм...

Осмотрелся. Хм, кажется-таки изменился. Город. Туман не совсем причём. Пустота сказывается на любом городе, будь-то хоть... А и чёрт с ним. Зачем я тут?

Переулок Бахман-Файни. Интересное дело... Ладно, иду дальше.

Крик. Что за голос? Голос знакомый. Очень. Бегу. Cafe5to2. Вот оно...

Ой. Испуг сильней чем кажется. Кафе «5на2». В дверь со всей силы колотится девушка. Изнутри.

Вбегаю. -«Кто здесь???!!!» -«Томас??? Я здесь, Лильен». Лильен???!!! Оо

Действительно Лильен. -«Что ты здесь делаешь?» -«Томас, почему мы в старом городе???!!!
Что случилось??? Как мы сюда попали???»

-«Как мы сюда попали?! А я откуда же знаю?! Что мы вообще здесь делаем? Да и каким образом мы здесь???!!! Я вечером лёг спать, дома, а просыпаюсь ТУТ. Что случилось??? Я и чувствую себя, словно выпивший.»

-«Оо, странно дело, я тоже легла вечером, ты уже спал. Моя комната справа, не стала уж возмущаться»

Как странно. Нереально всё это вокруг. И такое подозрительное ощущение.. что мы СПИМ.

...

Сердце бьётся. Но что же с тобой, Томас? Почему ты не просыпаешься?

Диана в ошеломлении присаживается на кровать. И подпрыгивает. Телефон.

-«Алло?»
-«Алло, это Анжелика. Где там Лильен, мы же хотели встретиться утром?
-«Лильен?»...

Комната справа. Лильен в кровати. И... СПИТ

-«Алло, скорая!!!»...

...

-«Доктор, возможно ли что нибудь сделать? Что с ними, как такое могло случиться?»
-«Возможно кома, я сам пока не понимаю в чём дело. Они не принимают никаких сильнодействующих препаратов, быть может наркотики?»
-«Вы что!!! Томасу вообще такое противопоказано, ему однажды вкололи, кое как вернули»
-«Ну будем смотреть. Пусть пока полежат в нашем санатории. Проснутся - узнаем, что там, за воротами смерти.»

Вот и комната санатория. Просторная и как раз на два места. За окном уже день. Светло. Но здесь словно два трупа. Два живых трупа. Диана сжимает мне руку. «Томас, что же с вами???»...

...

Переулок Блок-Бахман. Куда мы идём? Даже не сговаривались.

-«Том, я тут подумала. Алхемилла недалеко. У меня осталась там пара вещей»
-«А ты уверена что они сейчас там? Мне кажется что дело в чём то тут нечисто»
-«Ну хоть проверить то!!! Они сейчас более чем нужны»
-«Что это за вещи? Которые ещё и нужны сейчас»
-«Тебе какая разница? Ты их всё равно ни разу не видел!»
-«Ладно, чёрт с тобой. Я иду к нашему дому, встретимся там. Надеюсь твои вещи не займут много времени»
-«Да я тебя прямо сейчас догоню. Делов то: зайти и взять»

Убегает. Хотя тут и правда недалеко.

...

Переулок Бахман-Бредбери. Что-то она долго там.

У маркета справа стоит машина. Городское такси. Быть может кто то оставил. Хотя СТРАННО всё это...

До дома далековато. Работает ли?

Залезаю, завожу. Работает. Хотя сколько ж ей лет, старше меня наверное вдвое.

Хм, таксишное радио. Да ещё и сьёмное. Всегда было интересно кому нибудь что нибудь отрапортовать.

Кручу настройки волн. Ради смеха кликую «Первый, первый, я второй...»

-«Том???»

Ой!!! (от неожиданности роняю)

Голос Лильен. По радио.

В спешке подбираю.

-«Лильен??? Ты??? Откуда у тебя радио???»
-«Да вот, представь случай, захожу, а тут в ординаторской лежит полицейский значок и рядом радио. Хоть я и не понимаю эти вещи, но что-то заинтересовало меня оно вдруг. Подняла и давай кнопки тыкать, а тут слышу - ты кликуешь. От удивления чуть не села.»
-«Ты что там так долго делаешь? Что за вещи там такие?»
-«Не твоё дело. Кстати, а у тебя-то она откуда, такая связь?»
-«Да вот нашёл тут машину, такси. Еду в наш бывший дом.»
-«А я как буду добираться? Ты не подумал, что есть ещё и я, раз уж тут такое дело? У него тут понимаешь машина, дом, а то что есть и ещё кто-то - это его не волнует. Я между прочим тоже бы хотела увидеть наш дом, у меня там...»

Ай, иди ты. Не переслушаешь всю эту болтовню.

Ну, раз уж ехать...

...

Прошёл маяк за окном, отель Лэйквью уплыл во тьму. И словно поднимается старое. Вот здесь они и разбились. Почему?

Странно!!! Вот и наш автомобиль, ТОТ САМЫЙ. Буквально разорванный в клочья. Да уж, случилось что-то действительно необычное. От чего Стелла могла ТАК убегать?

Лучше уйти с этого места. Мне здесь не по себе. К тому же машина настолько разворочена, что вообще непонятно, как оттуда можно было достать кого либо.

...

Хорошо идёт машина, на удивление мягко. Осталась позади бывшая тюрьма. Историческое сообщество? Что за бред? Кому в голову только это могло прийти

Роузвотер парк, банк, поворот направо, ещё немного - и вот он... дом. Даже не изменился. Хотя нет, потускнел, опустел, словно из него ушла жизнь. Да, ушла, и не одна, и не две. Мама со Стеллой, а после и мы. И он стоит, теперь, покинутый...

Пусто внутри. Поднимаюсь на второй этаж. Смотрю в то самое окно. А внизу Стелла и мама машут на прощание...

И - нет их. Забор, асфальт, и осознание что время-таки течёт...

Но ты снова прощаешься. Машешь им в ответ рукой. В последний раз.

Глава 2:

-«Том? Томас?»
-«Что ещё? Вещи потерялись?»
-«Нет, я как раз их забрала. Решила вдруг заглянуть в Брукхэвен»
-«Оо, зачем? Что тебе там делать?»
-«Да я просто подумала, как же твоя девушка могла там обитать, больница для сумасшедших, интересно вдруг стало»
-«А ты не подумала, что и я там лежал? После того. Ты вспомни, как я выглядел на встречах. Как ты не могла поверить, что человек может НАСТОЛЬКО быть расстроен, настолько страшен, когда его вера, его любовь рухнула за минуты??? У тебя совсем соображения нет?»
-«Не груби, я всё таки старшая сестра. Хочу посмотреть - посмотрю. Мне вот всё интересно, как же ты мог согласиться на 4 месяца? Такое дело, и 4 месяца?»
-«У тебя ума видимо канистра, много ж ты понимаешь»

Пошла ты, действительно. То, как там обитала Стелла, тебя собственно не касается, это во первых. Я не желаю понимать почему она тоже СОГЛАСИЛАСЬ на это. Хотя нет, она тогда тоже пережила шок. Я не стану говорить какой, хоть я её в этом плане и понимаю, хотя опять же и не понимаю. Какая то ересь.

Во вторых, как я там прожил эти 4 месяца, чёрт с ним что я осознавал потерю. Это собственно тоже не твоё дело. Хотя нет, я скажу. Чудовищное чувство утраты в сочетании с ощущением ненужности. Словно выбрал себе гильотину, да ещё и с желанием передумать. Не видеть бы вас всех...

Выхожу из дома. И тут начинается...

...

Бог мой, прямо из под земли начинают вылезать какие то жуткие существа. Вокруг дьявольски быстро потемнело, стоит какой то гул, от которого начинает кружиться голова.

И кажется существа настроены никак не на дружеский лад. А тут из забора, так быстро обветшавшего за этот всего лишь год, торчит свёрнутая доска с двумя покосившимися гвоздями внизу. Та самая, я однажды сам и задел её ломом, пока что то ремонтировал. А может и демонтировал, не помню точно.

...

Что это за создания такие? На вид они словно мумии, настолько замотанные в бинты, что не могут встать, ползая по земле как пауки. Но их скорость, их движения...Удивительно, так не может двигаться человек. Хотя вроде бы они и похожи на людей. Но они ползают по земле, с нереальной скоростью. А движения напоминают то ли действительно пауков, а хотя нет... Они как куклы. Ползающие, нереально скоростные куклы. Брррр.

Последний взмах. Фух, мда, с их скоростью не управиться. Пришлось заманивать в угол забора и забивать. Кровь вроде бы настоящая, людская.

-«Томас!!!»

Радио оставил при себе, чтоб связь была. Хотя слушать её...

-«Томас, что это такое? Что с городом? Почему вокруг так резко стало темно?»
-«Только темно? (издеваюсь) А рядом никого нет?»
-«Да вроде нет. Я по твоей милости иду теперь пешком, дорога к южному городу. Только что прошла Лэйквью отель. А у тебя - машина!!!»
-«А сама поискать не пробовала? Или водить не умеешь?»
-«Не умею, кто бы научил. Сам же нас возил с мамой по всяким вопросам. Ещё хвастался - рулевой я тут у вас, капитан...»

Так, лучше выключить это дело.

Хотя с вами опасно. Тем более что я сейчас видел у себя у дома, что может случиться там. Какие могут к ВАМ прийти существа. Хотя Брукхэвен... век бы его не видеть ещё.

Придётся бежать. А темно то как, даже фонарь с трудом ли тут помощник.

...

Переулок Катц-Ниэли. От такого бега запыхаешься. У меня и сил не осталось, надо передохнуть.

-«Томас, я уже в больнице. Осмотрела вашу палату, ничего так. Почему вокруг никого нету? Где весь персонал? Больница это или дом развлечений?»
-«Спроси что нибудь другое, все кого я тут на данный момент увидел - никак не были настроены отвечать на подобного рода вопросы»
-«Ты здесь кого то видел? Кого? Быть может старые друзья? Ты их хоть разглядел в этой темноте?
-«Ха, конечно друзья. Кого бы мне тут ещё встречать, вокруг одни друзья. Правда от таких друзей проблем не огребёшься, почему то им вдруг вздумалось драться»
-«Оо, кого это ты такого мог там встретить? Кто они? Ты их знаешь?»
-«Подойди, у них и спросишь. Захотят ли ответить - это уже их дело»
-«Хм, Том, а ваша палата ничего так правда, уютная даже. Я бы тоже здесь пожила несколько месяцев, просто ради интереса»

Сжимаю зубы от злости. Палата S13. Волей случая мы оба лежали там, и Стелла, и я. Почти конец коридора, санитары ходят от случая к случаю, по большей части разнос таблеток, утром и вечером. И только. Ни тебе вопросов, как себя сегодня чувствуешь, ни заботы докторов, медперсонала...

А ещё ужасное одиночество. Ты только что пережил потерю, тебя мучает пережитое... и при этом ты свободен. Но ровно от расстояния от окошка до двери. Свобода... вроде.

-«Поживи, немного делов, сейчас прийду - пропишем. Там на виду главврач?»
-«Дурацкие шутки у тебя Том. Здесь нет никого. Зайду-ка я в ординаторскую»
-«Чего ради? Вещи?»
-«Нет, там должен быть телефон, хоть какая то связь. Нужно вызвать подмогу, быть может кто нибудь нас заберёт. Ведь каким то образом мы здесь очутились, это ведь неспроста»

Логично. Что то я об этом даже и не думал. Хотя... если мы спим... боюсь помощь будет ехать довольно ДОЛГО...

-«Томас, и ещё, я тут как раз тебе хотела это сказать...»

И тут у меня появляется чувство недоброго. И дело не в том, что она мне сейчас хочет сказать, дело в том, как будто должно что то случиться.

-«Том, я всё думаю: а нужно ли было так расстраиваться из за Стеллы? Неужели вы были действительно настолько близки? Я думаю, прожить здесь хотя бы месяц и думать об этом, ведь можно же сойти с ума. Том???!!!...»

Звон стекла. Слышны звуки жестокого сопротивления.

-«О боже, что это??? Отпусти меня!!! Кто ты??? Какого чёрта тебе от меня нужно??? Томас, помоги!!!...»

-«Лильен?!»
-«Лильен??!!»
-«Лильен???!!!»

Не отзывается. Что то пошло не так. Ещё и драка. С кем?

Удваиваю скорость...

...

Светлеет. Тьма отступила. Но при ней Лильен. Чёрт. И снова непроглядный белый туман обступает меня.

Вот и порог злосчастной больницы. Переступаешь ступени. И...

Голову пронзает дикая боль, режущая, нестерпимая. Короткий вскрик, но ты уже не владеешь ситуацией. Едва открыв входную дверь падаешь без сознания...

...

Понемногу возвращается свет в глазах. Но какой то странный, грязного оттенка. Поводишь рукой...

И вот тут ты чувствуешь что рукой-то ты повести не можешь, ни одной.

Резко открываешь глаза, осматриваешься. Да, недалеко ушёл ты от того падения в дверь. Ты находишься в своей палате. Причём находишься сказано мягко, ты привязан к кровати по рукам и ногам и не можешь сделать ни единого движения.

Прислушиваешься. Да, ты не ослышался, из коридора что то шаркая приближается по всей видимости к тебе. И видимо с теми же намерениями, что и те существа. Дьявол, надо вырываться.

Тщетно, завязали так, словно вернули кровати её часть, с заботой о том чтоб эта самая часть больше не думала отламываться. Нечеловеческими усилиями пытаешься разорвать эти путы, стонешь от каждой безуспешной попытки.

Шаги понемногу приближаются. Кажется эта верёвка скоро порвётся.

Нет, ты ошибся. Она только шаркает по изголовнику. Плохо дело.

Шаги дошли, дверь открывается. Замираешь в ожидании неизбежного...

Вглядываешься в дверь... О нет. Стелла, любимая, что же я тебе сделал плохого? Я никогда не желал тебе зла, никогда не вставал против тебя, даже если ты ошибалась. И уж тем более я никогда не думал, не хотел, не... Твоё лицо, ты для меня самая лучшая. Но сейчас оно искажено смертью и вселенским злом...

В руке шприц. Родная, я не буду сопротивляться. Но почему же у тебя такое лицо? =(

Я лучше отвернусь. Мне так больно, видеть тебя, ТАКУЮ...

Вкалываешь. Снова тьма в глазах...

...

Свет. Я уже свободен. Открываешь глаза, поднимаешься.

Переулок Катц-Ниэли. Я валялся прямо на асфальте, прямо посреди пересечения дорог. Что я здесь собственно забыл?

-«Томас?»

Радио.

-«Что?»
-«Что случилось? Только что я сидела, привязанная к стулу, да ещё и в ТАКОМ месте, в таких лучше НИКАК не бывать, а тут вдруг сижу в холле Лэйквью, на лестнице, за окном туман»
-«Что-то где-то я это уже слышал» (буквально только что, иди к чёрту)
-«В смысле? Ты тоже что-то видел?»
-«Сколько я видел - тебе до того ещё 200 000 километров»
-«Ты мне опять грубишь!!! Я твоя старшая сестра, я тебя пытаюсь научить...»

Так, проехали.

Зайду ещё раз в это...КХМ, место. Ну то есть в Брукхэвен, отель с видом на психушку (=\). Мне почему то кажется что мои ответы хранятся в глубине той самой палаты.

Подхожу к порогу. Открываю дверь. Темнота наступает. Нет, не в глазах, темнота вообще.

Закрываю дверь. Мда, кажется меня сейчас вырвет. Стены, столы, стулья, вообще всё что возможно ДОВЕРХУ заляпано ржавчиной и кровью. Не просто покрыто, кажется уже что всё это из того и сделано.

Поднимаюсь, осматриваю всё. В раздевалке на 2 этаже, в шкафу для принадлежностей неожиданно нашёл довольно увесистый кусок металлической трубы. Хм, осматриваю доску, местами расщепилась, скоро видимо накрылась бы. Вовремя я с этим делом озаботился. Пока хоть какая-никакая замена.

И снова они, словно мы не разлучались, вот только это... медсёстры. Сейчас мы это дело... Не до разговоров.

С боем поднимаюсь до палаты. Открываю дверь и понимаю: что то необычное здесь. Для чего он нужен? На кровати лежит амулет.

Глава 3:

Хм, амулет красивый, да и видно что фамильный. Серебряный, видимо не просто ценится в семье такая вещь. Быть может известные? Я не припомню.

Прихватываю, может пригодиться, видимо действительно не просто так он тут.

Вы что, вы откуда лезете???!!!...

С новым боем выбираюсь наружу, так дело не пойдёт. У меня на столько вас не хватит сил. В том числе кажется я начинаю хотеть есть...

-«Томас, почему опять темно?»
-«Не твоё дело, я тут подговорил кое-кого...»

Пошла ты.

Магазин быстрой доставки «Счастливый Бургер». Последний раз я именно там брал на дом, кажется пиццу. Проверим, быть может что нибудь поесть?...

...

Идти далеко. Твари не отступают. Собственно вы кто вообще? И почему у меня ощущение, словно я вас знаю???!!!

Семеро, ужас, кажется я вас не одолею, с вашей-то скоростью.

Видимо придётся бежать. Совладать с таким количеством можно только на пробу, себе на погибель.

Переулок Катц-Мэнсон. Темнота отступает. Снова город покрывает белёсый плотный туман...

Кажется осталось уже недалеко...

...

Подбегаю, дверь открыта. Как хорошо. На прилавке лежит... Хот-дог, больше ничего. Правда с зеленью, с кетчупом, всё что положено. Ну благо хоть такое. Сьедаю с удовольствием. Кажется ничего так. =)

И тут вдруг меня крайне заинтересовала одна вещь...

-«А что это ты делаешь в Лэйквью? Ты же не знаешь даже как он выглядит, ты всегда терпеть не могла дорогие отели, проклинала их на чём свет стоит»
-«А вот сейчас ещё раз прокляну, только что на меня чуть не напали, какое то неизвестное нечто по всей видимости даже хотело меня съесть, хорошо что рядом был стул, пришлось бить его по голове. В дорогом-то отеле и развели такой беспредел»
-«Как оно выглядело? Их много?»
-«Как выглядело? Как-то странно, не поверишь, то ли это собака, то ли это человек, то ли это ещё что. Много ли их? Да нет, одно, мне пришлось его забить насмерть. Хм, что ты имеешь ввиду: много ли их? Ты что, уже видел здесь их?» (слышен страх в голосе)
-«Ну пробежала тут мимо парочка, оглянулись, подошли познакомиться» (издеваюсь, буквально до сарказма)
-«Томас, что это за существа такие???» (ошеломление, испуг становится сильнее)
-«Подними да и спроси, рядом же валяется»

Слышны шаги, идёт Лильен. По радио.

Ворох, кажется переворачивает тело. Ну-ну, смотри дорогая...

-«О боже!!! (в голосе уже паника) Что это???!!! Я могу понять, что это человек, но человек ли ЭТО?! Оно словно мумия, на нём даже лица нет!!! Страх божий...»

Какие то звуки, видимо ей стало плохо. Хм, тот ли это о ком я думаю?

-«А как оно ходит, ты бы видел!!! (уже плач, через порывы рвоты). Это точно не человек!!! Хотя нет, по фигуре всё-таки человек. Но разве человек может так ходить??? На четвереньках, да ещё и вверх смотря. Закинь руки и ноги назад, встань и походи. Может поймёшь. (плачет)»

Снова ей плохо. Хм, видимо не тот. Худо дело. Что же с этим городом не так, почему мы здесь оказались???...

Нужно бежать помогать, боюсь если она снова такое увидит - она сойдёт с ума. Или её убьют.

Дом недалеко. Машина на месте.

Нельзя терять ни секунды, иначе всё может закончиться очень печально. Хоть она и вредная, но она не заслужила такой участи.

...

12 минут, засёк время пока ехал. Лэйквью, отель, буквально врываюсь...

Пусто. Нет никого. Хотя нет, чудовище на месте. В парадной, наверху лестницы, слева.

-«Лильен!!!» (кричу в холл)

-«Лильен!!!»

Нет ответа. Тишина.

-«Лильен!!!»

По прежнему тихо. Где ты, я не хочу потерять ещё и тебя.

Странно, радио по дороге молчало. Не успела быть может?

Шорох за дверью слева. Уже привычным методом вскидываю своё оружие...

Открывается. Уже почти удар...

-«Чёрт!!! Ты почему не отвечаешь когда тебя зовут???!!! Где ты была? Я тебя сейчас чуть не убил!!!»
-«Решила, что раз уж я сюда попала, так и оглядеться бы не помешало, оценить, насколько уж он действительно красив, чтоб платить за это деньги. Прошлась по этажам, заодно заглянула в уборную, привела себя в порядок, умылась. Осмотрела комнаты, их убранство. Ничего в них такого «люкс» не увидела. Кстати, я тут удивилась кое чему. В одной из комнат, на столе лежала видеокассета. Да не абы какая, а ваша сьёмка со Стеллой, во время помолвки, вот и наклейка на ней. Вы что, были здесь?»
-«Нет, что бы нам вдруг здесь было нужно?» (недоумеваю)

Кассета действительно та самая. Каким собственно образом она здесь оказалась? Непонятно.

-«Слушай, а что ты имел ввиду, когда сказал что чуть не убил меня? Зачем ты держишь эту доску? Ты что, уже опять ЖДАЛ здесь кого-то???» (голос снова переходит в испуг)
-«Да, я этих...эмм, не знаю как точно назвать...уже увидел СТОЛЬКО, что кажется скоро вот это самая доска перестанет быть для них аргументом. Мне нужно что нибудь помощнее, желательно огнестрельное. Хм, мне думается в полицейском-то участке с этим делом не должно быть проблем» (задумался, а ведь это действительно мысль)
- (вздрагивает, начинает волноваться и бояться одновременно) «Том, слушай, не нравится мне всё это! Что мы здесь делаем, почему на нас нападает неизвестно даже что, почему город так резко темнеет?! Что это может значить? В конце концов, как мы так быстро сюда попали?»
-«Эти родная вопросы пожалуйста не ко мне. Я и сам подумать не могу зачем бы мы здесь вдруг нужны оказались. Хотя на последние-то попробую ответить, мне кажется я знаю в чём тут разгадка»
-«???»
-«Мне кажется мы оба просто-напросто СПИМ, и не можем проснуться, хотя последнего я как раз не понимаю»
-«Оо, разве может такое быть???»
-«Посчитай сама. Когда ты пришла домой, ведь я уже спал? Верно? Вот и ты пошла за тем же. А утром мы оба очутились здесь. А вот теперь самое интересное. Ты помнишь куда мы переехали после того случая? Тот город НАСТОЛЬКО далеко от этого, что физически за одну ночь нас НЕВОЗМОЖНО сюда доставить»
- (испуг и недоумение, по лицу видно, что сравнивает такие факты)
-«Во-вторых, спрашиваешь, что за чудовища, почему темнеет. Дорогая, если ты не знала до сих пор - во сне возможно и не такое. И мне кажется, то что мы видим СЕЙЧАС - это ещё детские шалости, дальше я и сам боюсь представлять ЧТО может быть с нами, можем даже и навечно тут остаться»
- (начинает трястись мелкой дрожью, видимо поняла, дико озирается по сторонам)
-«Слушай, раз уж мы здесь, и пока нас не отпускают, может скажешь, в какой из комнат ты нашла кассету? Мне интересно как она могла там появиться, если мы тут не были»
-«Да, конечно, комната 212»

Поднимаемся...

...

Диана возвращается с работы уставшая и нервная от переживания. Пошёл 5 день как мы не числимся в стане бодрствующих.

Заходит в палату. Никаких изменений. Мы даже не двигаемся. Только дышим.

-«Родные, да что же с вами такое?...»

...

Вот и комната. Вроде ничего примечательного.

Оглядываюсь, открываю тумбочки, шкафы. Я ошибся, насчёт непримечательности. Комната НАША...

Полным полно наших вещей, нашлось даже фото, которое показывает нас со Стеллой в этой самой комнате. Стоим обнявшись у окна, даже шторы какие то фигурные. Приглядываюсь к висящим сейчас. Не такие. Что за бред?

Присаживаюсь на кровать, обдумываю происходящее.

-«Лильен, если честно - я в шоке. Смотри, тут даже это фото (показываю). Мы же здесь никогда не были!!! Я не стоял здесь, Стелла тем более, я вообще вижу эту комнату впервые!!!» (до меня действительно не доходит, я в смятении)
-«Том, не кричи, я тебя понимаю»
-«Мда...»

Сидим сколько положено гостям. Хотя ситуация не та конечно. Насколько далеко не та, кому бы рассказать...

-«Ладно, пошли уж искать оружие. Та тьма нас ждать не будет»
-«Пойдём»

Спускаемся, выходим в холл. И тут...

То чудовище, которое Лильен забила насмерть. Мирно лежит у стены. Как вдруг...

Из пола высовывается огромная рука и с чудовищной силой просто вхлапывает то существо в этот самый пол. На месте ничего не остаётся. Даже ковёр не шелохнулся

Сильно вздрагиваю, от растерянности и непонимая произошедшего отступаю назад, бледнею. Лильен моментально хлопается в обморок.

http://s47.radikal.ru/i118/1109/9e/b0435f39a5f9.jpg

http://s007.radikal.ru/i300/1109/a1/0faed16bc379.jpghttp://s54.radikal.ru/i145/1109/19/35b5ca36e680.jpg

Почти каждый мой труд перестает мне нравится по завершении. Процесс - выражение интереса и любви к теме работы, а результат - лишь выражение процесса.

Меня зовут Томас Лоузли.
Кто бы знал что эту историю расскажу именно я

Предисловие:

Ясный, погожий день. Но смотря на их лица понимаешь - времени нет. Хотя прошёл уже год. И чтобы не изменилось, но только не они. Мэри-Энн и Стелла. В ряд. Всё что осталось. И их лица всё ещё те же... словно ничего и не должно было случиться.

Всё началось примерно за десятилетие до этого, хотя не могло уж и не начаться, если заду-маться. Стелла, как девушка симпатичная, всегда привлекала парней ещё со школы, хотя по природе своей была скромной. И бог весть каким образом мне удалось завлечь её своим вниманием. Быть может было ещё тогда во мне что-то, в чём она потом несколько разочаро-валась, но и не подавала виду. Во мне всегда такие вещи имелись. Но видимо я был и не настолько плох, чтоб мне вечно отказывали, без хохота, но и не без смысла указывая на дру-гих. В целом таких случаев почти и не было.

Познакомились мы довольно странно. Неся с достаточной ловкостью необъятную для её собственных размеров огромную кипу вещей, она-таки не могла из-за неё увидеть меня, а потому чуть было не разбилась наступив мне на ногу. При этом отпустив мне столько заме-чаний, что любой бы от злости сгорел. Но я был и так не в состоянии кому-либо грубить, поэтому бросил по обыкновению пару едких фраз, от упоминания которых видимо я уже никогда не отделаюсь. Хотя порой приятно вспомнить отчего же всё произошло. И повто-рись всё снова - я бы всё сделал точно также.

Она была колкой до невозможности, невыносимой если ей это нравилось, неисправимой если она была не в настроении - но и удивительно приятной. Как девушка в общем. Знать бы тогда...

Жил я на Линдсей стрит, дом 14, самый конец улицы. Да, город я думаю вы узнали. Дом обычный. Хотя уже тогда Сайлент Хилл начинал покрываться той оболочкой неизвестности. Кто на взгляд сможет определить, что такому городу грозит смерть? Сюда как в пригород съезжались ради отдыха, прогуляться по окрестностям, к тому же местность позволяла расположить чуть ли не парк развлечений прямо под ногами. Свежий воздух. Место, куда почти добралась цивилизация.

Способная разрушить.

Мама видимо не смогла найти дом получше. Да и по сути зачем? Тут и так было довольно неплохо, через полтора квартала озеро Толука, куда ушло почти всё моё детство, почти все воспоминания. Ещё с детства городская лодочная станция стала одним из главных моих жизненных хобби.

Уважаемая, волевая женщина, она вдруг не стала перечить мнению нас всех как семьи остаться здесь. Хотя отец довольно скоро покинул это место вместе и с нами. Возможно что чувствовал уже тогда что-то, что-то зловещее. По городу понемногу распространялись раз-говоры о странных и необычных для здешних окрестностей смертях, а также о секте культи-стов. Но, так или иначе, после ухода отца нас осталось трое: мама Мэри-Энн, её старшая дочь, соответственно и моя сестра Лильен, преобладавшая в возрасте надо мной на 4 года, ну и разумеется я. На ту пору когда мы приехали мне было 12 лет.

Тогда я ещё не знал Стеллу, да и их самих не было здесь в городе, они приехали лишь спустя 2 года. Семья её с трудом ли отличалась от моей даже по содержанию. Но с её сестрой мы навсегда останемся неразлучными друзьями. Да и не каждый день в жизни выпадает увидеть такого бесшабашного, но сдержанного человека, лидера, который умеет оставаться девуш-кой. Удивительно доброй и справедливой. Как и имя ей было Диана. Впервые нас как раз чуть было не столкнула сама Стелла в парке развлечений на одной из бесцельных прогулок.

Хотя всё-таки я ошибаюсь, насчёт нашей схожести, с их отцом потом мы через годы случай-но встретились на Эллрой стрит, на заправке, где мы работали. Работали не очень долго, видимо не суждено было. Джонатан останется всегда для меня твёрдым, вольным, достаточно мощного телосложения и редкого склада ума мужик. Видимо было в кого рождаться Стелле и Диане, я не жалею. Семья Гринвудов, всегда вы со мною. И хотите ли вы, но я разделил с вами вашу (а может мою ли?) ношу. И я всё равно не жалею, нисколько.

...

Прошёл ровно год с того дня. И нет тому событию объяснения. Никакого, В тот день они садились в машину как обычно, Стелла уже как профессиональный рулевой. С безмятежной улыбкой помахали мне обе рукой. Кто бы знал что навсегда. Не смирюсь с этим. Ведь что-то пошло не так. Проезжая мост они ... пропали, доли секунды, как и тут же возникли, но в дру-гой части, и врезались... Да с такой силой, словно гнали во всю мощь. И врезались в... другой автомобиль. Который тут же исчез в никуда... Я не знаю насколько это бред, да и бред ли это, очевидцы наверное сошли с ума, они и сами видели то, что видимо не поддаётся словам, не поддаётся простому рассудку. Случилось...

Что же случилось?

...

Невозможно смириться с потерей, любой. А девушкой, любимой частью себя? Не отвечайте, я не вынесу ответа. Я пролежал в госпитале Брукхэвен почти 4 месяца пока осознавал, что не бывает такой чудовищной лжи, или быть может не менее страшной правды. Стелла, имя ушедшее в прошлое. Нет, я до сих пор не могу поверить. Мама, одна единственная кому я доверял тайны, кому я поверял недоступные никому вещи... Удивительно, но в гробу она улыбалась. Словно она была счастлива, словно больше нет ничего, для неё не осталось ниче-го. Как я за неё счастлив... и как я ей завидую. Быть может, когда я приду теперь к ней, об-ниму и скажу: «Мам, всё в прошлом, оно нас не стоило». Стелла как обычно посмотрит мне прямо в глаза, и с хитрецой спросит: «А оно нам НУЖНО ЛИ было?». Нет, не нужно, если только доверюсь я вам, двоим. Для этого и несколько раз прожить не жалко.

Прожил бы и ещё... хотя бы раз. Глупо, но я хотел бы. А вы так смотрите с фото. Почему?

...

Машина пересекает уже вторую половину пути, но я смотрю в лобовое окно. И хочется уви-деть вас, именно тех, которые не были, буквально пару секунд. Что же вы там видели? Что могло пойти не так?

Вздрагиваю, трель звонка возвращает в этот мир. Лильен как обычно зла, работа несчастным офисным клерком понемногу накладывает и на меня оттенок работающего в поте лица тру-дяги, а сейчас дело в том, что годовщина нарушила всё предстоящее. Прошёл год, я и сестра переехали в другой город, но я никогда не забуду того, что было. Прошлое не отпускает, только не меня.

- «Том, где ты? Ты не думал, что твое отношение к нынешней работе и то, что ты помнишь, не сводит ли тебя это с ума? В конце концов, остались пока только мы, а их уже не вернуть. Не вернуть. И ты прекрасно это понимаешь. Остались только мы, и мы нуждаемся друг в друге. Только - только ты стал приходить в порядок, я понимаю что жизнь - вещь на ред-кость несправедливая, но знаешь, за остальное мы теперь только вместе отвечаем. И дело не столько в том, что ты ПОТЕРЯЛ, дело в том, чего мы можем лишиться совсем. Не делай глу-постей, пожалуйста!!!»

- «А ты не пробовала решить сама эту проблему? Я не собираюсь мириться с прошлым, но я и не сказал, что будущее всё так же печально, как оно раз уже случилось. И мне не нужно упоминать об этом»

- «Ты как всегда!!! Почему я должна зависеть от тебя? Почему я не могу построить свою жизнь только потому, что твоя превратилась в обломки? Почему я должна быть твоей сидел-кой, я быть может тоже хочу побыть счастливой! Да и к тому же твоё сейчас состояние не позволяет вообще ничего сделать. Как я не хочу всего этого, как мне всё это надоело. Я не нанималась...»

Бросаю трубку. Зло, взявшее за душу нестерпимо. Даже машина дёрнулась, хотя видимо от меня, ехать с кладбища, ворошить ушедшее прошлое, и получать такое в настоящем. Нет, я отказываюсь. Не понимаю того, что она мне пыталась сейчас сказать, к тому же не я начал поднимать случившееся, как вдруг оказался сам же и ВИНОВАТ. Я виноват? В чём?

Чёрт с ним. Лильен не из тех людей что умеют давить, им понимать, да и помнить нечего, кроме того что их собственно касается. Просто обидно бывает.

Я уже дома. Беру с полки фото. Мама и Стелла. На одной из вечеринок. Обнимают друг дру-га. Неразлучные, самые. Даже после смерти остались. И тут уж как глупо я делаю - завидую самому себе, ведь никому таких не досталось.

А как улыбаются, счастливые мы были... Мы все. А они уж как... Они и тогда были неразлей-вода подругами. И фото как никто теперь говорило мне, о них, об таких родных и знакомых. И я смотрю и улыбаюсь, вместе с ними.

Утром на работу. Опять всё то несделанное, лицо Моники, старшей коллеги, всё время ей доставляет удовольствие намекать, поучать. Хотя умеем мы всё одно и то же. А уж насчёт опыта вообще, кто бы спорил. Сегодня я брал выходной, из-за годовщины. Надеюсь меня поняли, слишком ещё недавней стала рана. И да, если спросите вы, то отвечу: я уехал из того города, унесшего в свою очередь, оторвавшего и часть меня. Я, Лильен и Диана, что оста-лись. Она (Диана) кстати живёт недалеко от нас, видимся часто, как-никак друзья, ещё и по несчастью. И всё так же она - рулевой, наш капитан, помогает советами, держит и уже свой новый круг друзей, за ней как за каменной стеной.

А ведь подумать, что она чувствует? Но я лучше не буду. Чувства нас двоих, видимо только путь к сумасшествию.

За окном понемногу темнеет. Я всё смотрю на фото с той вечеринки. На вас. Почему? - не устану задавать этот вопрос. Хотя... Могло ли что от меня зависеть тогда? Не знаю, ведь ме-ня не было с вами. Поэтому в очередной раз подхожу к холодильнику, достаю бутылку тём-ного пива и наливаю в бокал. Пью за вас родные. Когда-нибудь мы снова встретимся, я вам это обещаю. Но просто вы не скучайте там пока, без меня. И вы словно подмигиваете...

Темно за окном. А ты стоишь и смотришь, туда, во тьму, всё смотришь и смотришь. Темно. И не у тебя ли так на душе? Да нет, просто думаешь, смотришь, сравниваешь. Где же вы, в которой части настоящей темноты?

Просигналил грузовик за окном. Как по расписанию. Уже 23:30. Вот дела, нравится же кому то жизнь. Работать в поте лица, за плечами жена, дети, а ты счастливый едешь с работы и от счастья кому-нибудь сигналишь. Как же всё бывает просто. Мечты, мечты...

И вот засыпаешь. Смотря в потолок, почти такой же тёмный. Хотя нет, немного светлее. Но... Почему?! Эх, кажется заело.

Глаза понемногу закрываются, перестаёшь ощущать реальность. Снова Стелла вбегает с та-ким счастливым лицом, словно мы...

...

Утро. Диана не любит вставать в это время, но сегодня иной случай: звонок. Телефон разры-вается уже в третий раз. Быть может что серьёзное? Но кому, с утра?...

-«Алло?»
-«Алло, Диана? Томас не у вас? Почему его нет на работе?»
-«Здравствуйте Стоун. Почему Томаса нет? Не знаю, мы вот вечером говорили о той годов-щине, он всё ещё не может забыть»
-«Так почему его нет?»
-«Я и сама не понимаю, вроде бы всегда уверял, что работает ответственно, а тут. Сейчас зайду, подниму за уши»
-«Хорошо, я жду результата»

С начальником спорить - вопрос хуже некуда, даже если ты от него не зависишь. Но если пообещал - будь добр. Приходится одеваться.

Вот и крыльцо, достаточно знакомое, видимся почти через день.

-«Томас?»

Нет ответа. Поднимается по лестнице. Вот и комната. А в ней и я.

-«Томас!!! Какого чёрта??? Мне должны звонить с утра какие-то люди, мне никак не нуж-ные, да ещё и из-за тебя? Ну-ка вставай!!!»

Пощёчина. Реакции нет.

-«Томас!!!»

Вторая пощёчина. Сдёргивает одеяло. Реакции нет.

-«Чёрт возьми!!!»

Почти удар. Срывает с кровати. Реакции нет, бездыханное тело.

-«Томас???»

Ничто не может привести меня в сознание.

Дьявол, кажется утро для меня уже не наступило.

Хотя...

Часть 1 - Добро пожаловать в Сайлент Хилл

Глава 1:

Открываешь глаза. Темно. Жутко. Понемногу начинаешь различать предметы, ты в комнате. Под потолком светит аварийная лампочка. Где это я?

Свет блеклый, и только от лампы. Поводя в сторону рукой... неожиданно встретил фонарь. Хм. Для чего?

Включил, осмотрелся. Действительно комната. Странная немного, вроде бы не был тут, ка-кая то стерильная, как раздевалка. И лестница вниз, винтом.

Спускаешься. Ещё темнее. Фонарь в руке показывает отделку нижнего этажа. Стол, на нём радио, вокруг стулья, высокие тумбочки. Заглядываешь. Действительно раздевалка.

Впереди дверь, тоже с аварийной лампой. Приоткрытая. И ощущение что в комнате этой ЧТО-ТО НЕ ТАК.

Дверь, дотрагиваюсь, выхожу. Маленький коридор вдруг заканчивается сырой землёй. Бук-вально 10 шагов...

Ого, я на кладбище!!! Вокруг покосившиеся кресты, да такие старые, словно я попал в самое забытое место на земле, видимо люди здесь жили ОЧЕНЬ давно.

Всматриваюсь в один и обездвиживаюсь. От страха и недоумения. Мэри-Энн и Стелла Гринвуд. Этого не может быть. Да и памятник я им ставил не тот. Что за?...

И тут из могилы вылезает рука. Рука мертвеца. А на ней обручальное кольцо...

Не может того быть. То самое кольцо, что одел Стелле накануне смерти.

Ужас сковывает движения. А она всё вылезает... Такая любимая и такая мёртвая!!! Нет, я не могу поверить...

Глядишь в её лицо... и падаешь в обморок. Смерть не может так менять людей. Тем более её.
Сейчас её лицо выражает ТАКОЕ зло, сколько ты видимо вообще людям за жизнь свою не сделал. И оно - МЁРТВОЕ...

...

Вновь открываешь глаза. Ты опять в этой комнате, второй этаж. Лестница винтом, и фонарь справа... для чего он нужен?

И первый этаж всё тот же. Кабинки, стол, стулья и дверь. Только теперь закрытая. Ключ на столе. Ну что ж, что же там?

Открываю. Коридор не изменился. Вот только... земли нет. Я внутри здания, большого. И пустого. Быть может стоянка. Окна, ворота...

Вот и середина залы. И тут мне слышится треск. Плиты буквально пляшут. В полу. И тут...

От нескольки шагов до меня пол взрывается. Вверх, Но не просто взрывается. Оттуда выле-зает ужасное существо. Достаточно большое, чтоб осилить меня. Что же такое?

И оно чрезвычайно быстрое... В момент подбежав, оно ударяет меня с ТАКОЙ силой, что любой бы умер. Умираю и я...

...

Снова эта комната, второй этаж. И фонарь справа. И так же темно. И тот же первый этаж. Какого собственно чёрта???!!!

Подбираю, дверь на месте. Видимо, как и положено. И выхожу. Оказывается это сторожка, рядом сеточный забор. А туман...

Туман???!!! Неужели???!!!

Перед выездом из Сайлент Хилла город покрыл жуткий туман. Кто то говорил, что угольные шахты невдалеке разрушились и теперь оборачиваются такими вещами, кто то нёс какой-то бред, что мы прокляты, и гнев богов не за горами. К чему бы это?

Неужели я снова здесь???!!!

Что случилось? Если это мой старый город, ЧТО здесь могло произойти???

Присматриваюсь: вывеска Бахман стрит. Самое начало. Рядом магазин, дома, я почти напро-тив Файни Стрит. Эмм...

Осмотрелся. Хм, кажется-таки изменился. Город. Туман не совсем причём. Пустота сказыва-ется на любом городе, будь-то хоть... А и чёрт с ним. Зачем я тут?

Переулок Бахман-Файни. Интересное дело... Ладно, иду дальше.

Крик. Что за голос? Голос знакомый. Очень. Бегу. Cafe5to2. Вот оно...

Ой. Испуг сильней, чем кажется. Кафе «5на2». В дверь со всей силы колотится девушка. Из-нутри.

Вбегаю. «Кто здесь???!!!» «Томас??? Я здесь, Лильен». Лильен???!!!

Действительно Лильен. «Что ты здесь делаешь?» «Томас, почему мы в старом городе???!!!
Что случилось??? Как мы сюда попали???»

-«Как мы сюда попали?! А я откуда же знаю?! Я вечером лёг спать, дома, а просыпаюсь ТУТ. Что случилось??? Я и чувствую себя, словно много выпил перед этим»

-«Странно дело, я тоже легла вечером, ты уже спал. Моя комната справа, не стала уж возму-щаться»

Как странно. Нереально всё это вокруг. И такое подозрительное ощущение… что мы СПИМ.

...

Сердце бьётся. Но что же с тобой, Томас? Почему ты не просыпаешься?

Диана в ошеломлении присаживается на кровать. И подпрыгивает. Телефон.

-«Алло?»
-«Алло, это Анжелика. Где там Лильен, мы же хотели встретиться утром?
-«Лильен?»...

Комната справа. Лильен в кровати. И... СПИТ

-«Алло, скорая!!!»...

...

-«Доктор, возможно ли что-нибудь сделать? Что с ними, как такое могло случиться?»
-«Возможно кома, я сам пока не понимаю в чём дело. Они не принимают никаких сильно-действующих препаратов, быть может наркотики?»
-«Вы что!!! Томасу вообще такое противопоказано, ему однажды вкололи, кое-как вернули»
-«Ну, будем смотреть. Пусть пока полежат в нашем санатории. Проснутся - узнаем, что там, за воротами смерти»

Вот и комната санатория. Просторная и как раз на два места. За окном уже день. Светло. Но здесь словно два трупа. Два живых трупа. Диана сжимает мне руку. «Томас, что же с ва-ми???»...

...

Переулок Блок-Бахман. Куда мы идём? Даже не сговаривались.

-«Том, я тут подумала. Алхемилла недалеко. У меня осталась там пара вещей»
-«А ты уверена, что они сейчас там? Мне кажется, что дело в чём-то тут нечисто»
-«Ну хоть проверить-то!!! Они сейчас более чем нужны»
-«Что это за вещи? Которые ещё и нужны сейчас»
-«Тебе какая разница? Ты их всё равно ни разу не видел!»
-«Ладно, чёрт с тобой. Я иду к нашему дому, встретимся там. Надеюсь твои вещи не займут много времени»
-«Да я тебя прямо сейчас догоню. Дело-то: зайти и взять»

Убегает. Хотя тут и правда недалеко.

...

Переулок Бахман-Бредбери. Что-то она долго там.

У маркета справа стоит машина. Городское такси. Быть может кто-то оставил. Хотя СТРАННО всё это...

До дома далековато. Работает ли?

Залезаю, завожу. Работает. Хотя сколько ж ей лет, старше меня наверное вдвое.

Хм, таксишное радио. Да ещё и съёмное. Ещё в детстве мне всегда было интересно кому-нибудь что-нибудь отрапортовать.

Кручу настройки волн. Ради смеха взываю «Первый, первый, я второй...»

-«Том???»

Ой!!! (от неожиданности роняю)

Голос Лильен. По радио.

В спешке подбираю.

-«Лильен??? Ты??? Откуда у тебя радио???»
-«Да вот, представь случай, захожу, а тут в ординаторской лежит полицейский значок и ря-дом рация. Хоть я и не понимаю эти вещи, но что-то заинтересовало меня оно вдруг. Подня-ла и давай кнопки тыкать, а тут слышу - ты зовёшь. От удивления чуть не села.»
-«Ты что там так долго делаешь? Что за вещи там такие?»
-«Не твоё дело. Кстати, а у тебя-то она откуда, такая связь?»
-«Да вот нашёл тут машину, такси. Еду в наш бывший дом.»
-«А я как буду добираться? Ты не подумал, что есть ещё и я, раз уж тут такое дело? У него тут понимаешь машина, дом, а то, что есть и ещё кто-то - это его не волнует. Я, между про-чим, тоже бы хотела увидеть наш дом, у меня там...»

Иди ты. Не переслушаешь всю эту болтовню.

Ну, раз уж ехать...

...

Прошёл маяк за окном, отель Лэйквью уплыл во тьму. И словно поднимается старое. Вот здесь они и разбились. Почему?

Странно!!! Вот и наш автомобиль, ТОТ САМЫЙ. Буквально разорванный в клочья. Да уж, случилось что-то действительно необычное. От чего Стелла могла ТАК убегать?

Лучше уйти с этого места. Мне здесь не по себе. К тому же авто настолько разворочено, что вообще непонятно, как оттуда можно было достать кого-либо.

...

Хорошо идёт машина, на удивление мягко. Осталась позади бывшая тюрьма. Историческое сообщество? Что за бред? Кому в голову только это могло прийти.

Роузвотер парк, банк, поворот направо, ещё немного - и вот он... дом. Даже не изменился. Хотя нет, потускнел, опустел, словно из него ушла жизнь. Да, ушла, и не одна, и не две. Ма-ма со Стеллой, а после и мы. И он стоит, теперь, покинутый...

Пусто внутри. Поднимаюсь на второй этаж. Смотрю в то самое окно. А внизу Стелла и мама машут на прощание...

И - нет их. Забор, асфальт, и осознание что время-таки течёт...

Но ты снова прощаешься. Машешь им в ответ рукой. В последний раз.

Глава 2:

-«Том? Томас?»
-«Что ещё? Вещи потерялись?»
-«Нет, я как раз их забрала. Решила вдруг заглянуть в Брукхэвен»
-«Зачем? Что тебе там делать?»
-«Да я просто подумала, как же твоя девушка могла там обитать, больница для сумасшедших, интересно вдруг стало»
-«А ты не подумала, что и я там лежал? После того. Ты вспомни, как я выглядел на встречах. Как ты не могла поверить, что человек может НАСТОЛЬКО быть расстроен, настолько страшен, когда его вера, его любовь рухнула за минуты??? У тебя совсем соображения нет?»
-«Не груби, я всё-таки старшая сестра. Хочу посмотреть - посмотрю. Мне вот всё интересно, как же ты мог согласиться на 4 месяца? Такое дело, и 4 месяца?»
-«У тебя ума знаешь сколько? Сказал бы я тебе»

Пошла ты, действительно. То, как там обитала Стелла, тебя не касается, это во-первых. Я не желаю понимать почему она тоже СОГЛАСИЛАСЬ на это. Хотя нет, она тогда тоже пережила шок. Я не стану говорить какой, хоть я её в этом плане и понимаю, и опять же и не понимаю. Какая-то ересь.

Во вторых, как я там прожил эти 4 месяца, и неважно что я осознавал потерю. Это собствен-но тоже не твоё дело. Хотя нет, я скажу. Чудовищное чувство утраты в сочетании с ощуще-нием ненужности. Словно выбрал себе медленную казнь, жизнь человека-овоща. Не видеть, не помнить бы всё это, всё что было...

Выхожу из дома. И тут начинается...

...

Бог мой, прямо из-под земли начинают вылезать какие-то жуткие существа. Вокруг дьяволь-ски быстро потемнело, стоит какой-то гул, от которого начинает кружиться голова.

И кажется существа настроены никак не на дружеский лад. А тут из забора, так быстро об-ветшавшего за этот всего лишь год, торчит свёрнутая доска с двумя покосившимися гвоздя-ми внизу. Та самая, я однажды сам и задел её ломом, пока что то ремонтировал. А может и демонтировал, не помню точно.

...

Что это за создания такие? На вид они словно мумии, настолько замотанные в бинты, что не могут встать, ползая по земле как пауки. Но их скорость, их движения...Удивительно, так не может двигаться человек. Хотя вроде бы они и похожи на людей. Но они ползают по земле, с нереальной скоростью. А движения напоминают то ли действительно пауков, а хотя нет... Они как куклы. Ползающие, нереально скоростные куклы. Брррр.

Последний взмах. Мда, с их скоростью не управиться. Пришлось заманивать в угол забора и забивать. Кровь вроде бы настоящая, людская.

-«Томас!!!»

Радио оставил при себе, чтоб связь была. Хотя слушать её...

-«Томас, что это такое? Что с городом? Почему вокруг так резко стало темно?»
-«Только темно? (издеваюсь) А рядом никого нет?»
-«Да вроде нет. Я по твоей милости иду теперь пешком, дорога к южному городу. Только что прошла Лэйквью отель. А у тебя - машина!!!»
-«А ты сама поискать не пробовала? Или водить не умеешь?»
-«Не умею, кто бы научил. Сам же нас возил с мамой по всяким вопросам. Ещё хвастался - рулевой я у вас, капитан...»

Так, лучше выключить это дело.

Хотя с вами опасно. Тем более что я сейчас видел у себя у дома, что может случиться там. Какие могут к ВАМ прийти существа. Но Брукхэвен... век бы его не видеть ещё.

Придётся бежать. А темно-то как, даже фонарь с трудом ли тут помощник.

...

Переулок Катц-Ниэли. От такого бега запыхаешься. У меня и сил не осталось, надо передох-нуть.

-«Томас, я уже в больнице. Осмотрела вашу палату, ничего так. Почему вокруг никого нету? Где весь персонал? Больница это или что?»
-«Спроси что-нибудь другое, все кого я тут на данный момент увидел - никак не были настроены отвечать на подобного рода вопросы»
-«Ты здесь кого-то видел? Кого? Быть может старые друзья? Ты их хоть разглядел в этой тем-ноте?
-«Ха, конечно друзья. Кого бы мне тут ещё встречать, вокруг одни друзья. Правда от таких друзей одни проблемы, почему то им вдруг вздумалось драться»
-«Ого, кого это ты такого мог там встретить? Кто они? Ты их знаешь?»
-«Подойди, у них и спросишь. Захотят ли ответить - это уже их дело»
-«Хм, Том, а ваша палата ничего так правда, уютная даже. Я бы тоже здесь пожила несколь-ко месяцев, просто ради интереса»

Сжимаю зубы от злости. Палата S13. Волей случая мы оба лежали там, и Стелла, и я. Почти конец коридора, санитары ходят от случая к случаю, по большей части разнос таблеток, утром и вечером. И только. Ни тебе вопросов, как себя сегодня чувствуешь, ни заботы док-торов, медперсонала...

А ещё ужасное одиночество. Ты только что пережил потерю, тебя мучает пережитое... и при этом ты свободен. Но ровно от расстояния от окошка до двери. Свобода... вроде.

-«Поживи, немного дел, сейчас приду - пропишем. Там на виду главврач?»
-«Глупые шутки у тебя Том. Здесь нет никого. Зайду-ка я в ординаторскую»
-«Для чего? Вещи?»
-«Нет, там должен быть телефон, хоть какая то связь. Нужно вызвать подмогу, быть может кто-нибудь нас заберёт. Ведь каким-то образом мы здесь очутились, это ведь неспроста»

Логично. Я об этом даже не подумал. Хотя... если мы спим... боюсь помощь будет ехать до-вольно долго...

-«Томас, и ещё, я тут как раз тебе хотела это сказать...»

И тут у меня появляется чувство недоброго. И дело не в том, что она мне сейчас хочет ска-зать, дело в том, как будто должно что-то случиться.

-«Том, я всё думаю: а нужно ли было так расстраиваться из-за Стеллы? Неужели вы были действительно настолько близки? Я думаю, прожить здесь хотя бы месяц и думать об этом, ведь можно же сойти с ума. Том???!!!...»

Звон стекла. Слышны звуки жестокого сопротивления.

-«О боже, что это??? Отпусти меня!!! Кто ты??? Какого чёрта тебе от меня нужно??? Томас, помоги!!!...»

-«Лильен?!»
-«Лильен??!!»
-«Лильен???!!!»

Не отзывается. Что-то пошло не так. Ещё и драка. С кем?

Удваиваю скорость...

...

Светлеет. Тьма отступила. Но при ней Лильен. Чёрт. И снова непроглядный белый туман обступает меня.

Вот и порог злосчастной больницы. Переступаешь ступени. И...

Голову пронзает дикая боль, режущая, нестерпимая. Короткий вскрик, но ты уже не владе-ешь ситуацией. Едва открыв входную дверь падаешь без сознания...

...

Понемногу возвращается свет в глазах. Но какой-то странный, грязного оттенка. Поводишь рукой...

И вот тут ты чувствуешь, что рукой-то ты повести не можешь, ни одной.

Резко открываешь глаза, осматриваешься. Да, недалеко ушёл ты от того падения в дверь. Ты находишься в своей палате. Причём находишься сказано мягко, ты привязан к кровати по рукам и ногам и не можешь сделать ни единого движения.

Прислушиваешься. Да, ты не ослышался, из коридора что-то шаркая приближается по всей видимости к тебе. И видимо с теми же намерениями, что и те существа. Дьявол, надо выры-ваться.

Тщетно, завязали так, словно вернули кровати её часть, с заботой о том чтоб эта самая часть больше не думала отламываться. Нечеловеческими усилиями пытаешься разорвать эти путы, стонешь от каждой безуспешной попытки.

Шаги понемногу приближаются. Кажется эта верёвка скоро порвётся.

Нет, ты ошибся. Она только шаркает по изголовнику. Плохо дело.

Шаги дошли, дверь открывается. Замираешь в ожидании неизбежного...

Вглядываешься в дверь... О нет. Стелла, любимая, что же я тебе сделал плохого? Я никогда не желал тебе зла, никогда не вставал против тебя, даже если ты ошибалась. И уж тем более я никогда не думал, не хотел, не... Твоё лицо, ты для меня самая лучшая. Но сейчас оно ис-кажено смертью и вселенским злом...

В руке шприц. Родная, я не буду сопротивляться. Но почему же у тебя такое лицо?

Я лучше отвернусь. Мне так больно, видеть тебя, ТАКУЮ...

Вкалываешь. Снова тьма в глазах...

...

Свет. Я уже свободен. Открываешь глаза, поднимаешься.

Переулок Катц-Ниэли. Я валялся прямо на асфальте, прямо посреди пересечения дорог. Что я здесь собственно забыл?

-«Томас?»

Радио.

-«Что?»
-«Что случилось? Только что я сидела, привязанная к стулу, да ещё и в ТАКОМ месте, в ка-ких лучше никак не бывать, а тут вдруг сижу в холле Лэйквью, на лестнице, за окном ту-ман»
-«Где-то я это уже слышал» (буквально только что, иди к чёрту)
-«В смысле? Ты тоже что-то видел?»
-«Сколько я видел - тебе до того ещё жизнь прожить»
-«Ты мне опять грубишь!!! Я твоя старшая сестра, я тебя пытаюсь научить...»

Так, проехали.

Придётся зайти ещё раз в это место. Проклятый Брукхэвен, мне почему-то кажется, что все ответы хранятся в глубине той самой палаты.

Подхожу к порогу. Открываю дверь. Темнота наступает. Нет, не в глазах, темнота вообще.

Закрываю дверь. Мда, кажется меня сейчас вырвет. Стены, столы, стулья, вообще все, что возможно ДОВЕРХУ заляпано ржавчиной и кровью. Не просто покрыто, кажется уже что всё это из того и сделано.

Поднимаюсь, осматриваю всё. В раздевалке на 2 этаже, в шкафу для принадлежностей неожиданно нашёл довольно увесистый кусок металлической трубы. Хм, осматриваю доску, местами расщепилась, скоро видимо накрылась бы. Вовремя я с этим делом озаботился. Хоть какая-никакая замена.

И снова они, словно мы не разлучались, вот только это... медсёстры. Сейчас мы это дело... Не до разговоров.

С боем поднимаюсь до палаты. Открываю дверь и понимаю: что-то необычное здесь. Для чего он нужен? На кровати лежит амулет.

Глава 3:

Хм, амулет красивый, да и видно что фамильный. Серебряный, видимо не просто ценится в семье такая вещь. Быть может известные люди? Я не припомню.

Удивительно, сама форма амулета, она не напоминает мне ничего уже известного. Круг с замысловатым узором, а посередине, словно солнце, расположено перекрестие. И из круга по краям выступают три остроконечных треугольных луча.

Прихватываю, может пригодиться, видимо действительно не просто так он тут.

Вы что, вы откуда лезете???!!!...

С новым боем выбираюсь наружу, так дело не пойдёт. У меня на вас столько сил просто нету. В том числе, кажется, я начинаю хотеть есть. Довольно странно, хотеть есть во сне…

-«Томас, почему опять темно?»
-«Не твоё дело, я тут подговорил кое-кого...»

Магазин быстрой доставки «Счастливый Бургер». Последний раз я именно там брал на дом, кажется пиццу. Проверим, быть может что-нибудь поесть?...

...

Идти далеко. Твари не отступают. Собственно вы кто вообще? И почему у меня ощущение, словно я вас знаю???!!!

Семеро, ужас, кажется я вас не одолею, с вашей-то скоростью.

Видимо придётся бежать. Совладать с таким количеством можно только на пробу, себе на погибель.

Переулок Катц-Мэнсон. Темнота отступает. Снова город покрывает белёсый плотный ту-ман...

Кажется осталось уже недалеко...

...

Подбегаю, дверь открыта. Как хорошо. На прилавке лежит хот-дог, больше ничего. Ну хоть что-то есть. Съедаю с удовольствием. Довольно вкусно.

И тут вдруг меня крайне заинтересовала одна вещь...

-«А что ты делаешь в Лэйквью? Ты же не знаешь даже как он выглядит, ты всегда терпеть не могла дорогие отели, проклинала их на чём свет стоит»
-«А вот сейчас ещё раз прокляну, только что на меня чуть не напали, какое то неизвестное нечто по всей видимости даже хотело меня съесть, хорошо что рядом был стул, пришлось бить его по голове. В дорогом отеле и развели такой беспредел»
-«Как оно выглядело? Их много?»
-«Как выглядело? Как-то странно, не поверишь, то ли это собака, то ли это человек, то ли это ещё что. Много ли их? Да нет, одно, мне пришлось его забить насмерть. Хм, что ты имеешь ввиду: много ли их? Ты что, уже видел здесь их?» (слышен страх в голосе)
-«Ну пробегала тут мимо парочка, оглянулись, решили познакомиться» (издеваюсь, букваль-но до сарказма)
-«Томас, что это за существа???» (ошеломление, испуг становится сильнее)
-«Подними и спроси, рядом же валяется»

Слышны шаги, идёт Лильен. По радио.

Ворох, кажется переворачивает тело. Ну-ну, смотри дорогая...

-«О боже!!! (в голосе уже паника) Что это???!!! Я могу понять, что это человек, но человек ли ЭТО?! Оно словно мумия, на нём даже лица нет!!! Страх божий...»

Какие-то звуки, видимо ей стало плохо. Хм, тот ли это о ком я думаю?

-«А как оно ходит, ты бы видел!!! (уже плач, через порывы рвоты). Это точно не человек!!! Хотя нет, по фигуре всё-таки человек. Но разве человек может так ходить??? На четверень-ках, да ещё и вверх смотря. Закинь руки и ноги назад, встань и походи. И кидается как соба-ка. Может поймёшь» (плачет)

Снова ей плохо. Хм, видимо не тот. Худо дело. Что же с этим городом не так, почему мы здесь оказались???...

Нужно бежать помогать, если она снова такое увидит - она сойдёт с ума. Или её убьют.

Дом недалеко. Машина на месте.

Нельзя терять ни секунды, иначе всё может закончиться очень печально. Хоть она и вредная, но она не заслужила такой участи.

...

12 минут, засёк время пока ехал. Лэйквью, отель, буквально врываюсь...

Пусто. Нет никого. Хотя нет, чудовище на месте. В парадной зале, наверху лестницы, слева.

-«Лильен!!!» (кричу в холл)

-«Лильен!!!»

Нет ответа. Тишина.

-«Лильен!!!»

По-прежнему тихо. Где ты, я не хочу потерять ещё и тебя.

Странно, радио по дороге молчало. Не успела быть может?

Шорох за дверью слева. Уже привычным методом вскидываю своё оружие...

Открывается. Уже почти удар...

-«Чёрт!!! Ты почему не отвечаешь, когда тебя зовут???!!! Где ты была? Я тебя сейчас чуть не убил!!!»
-«Решила, что раз уж я сюда попала, так и оглядеться бы не помешало, оценить, насколько уж он действительно красив, чтоб платить за это деньги. Прошлась по этажам, заодно загля-нула в уборную, привела себя в порядок, умылась. Осмотрела комнаты, их убранство. Ниче-го в них такого «люкс» не увидела. Кстати, я тут удивилась кое-чему. В одной из комнат, на столе лежала видеокассета. Да не абы какая, а ваша сьёмка со Стеллой, во время помолвки, вот и наклейка на ней. Вы что, были здесь?»
-«Нет, что бы нам вдруг здесь было нужно?» (недоумеваю)

Кассета действительно та самая. Каким образом она здесь оказалась? Непонятно.

-«Слушай, а что ты имел ввиду, когда сказал что чуть не убил меня? Зачем ты держишь эту доску? Ты что, уже опять ЖДАЛ здесь кого-то???» (голос снова переходит в испуг)
-«Да, я этих...эмм, не знаю как точно назвать...уже увидел СТОЛЬКО, что кажется скоро вот это самая доска перестанет быть для них аргументом. Мне нужно что-нибудь мощнее, жела-тельно огнестрельное. Мне думается в полицейском-то участке с этим делом не должно быть проблем» (задумался, а ведь это действительно мысль)
- (вздрагивает, начинает волноваться и бояться одновременно) «Том, слушай, не нравится мне всё это! Что мы здесь делаем, почему на нас нападает неизвестно даже что, почему город так резко темнеет?! Что это может значить? В конце концов, как мы так быстро сюда попа-ли?»
-«Эти вопросы пожалуйста не ко мне. Я и сам подумать не могу зачем мы здесь вдруг нуж-ны оказались. Хотя на последние-то попробую ответить, мне кажется я знаю в чём тут раз-гадка»
-«???»
-«Мне кажется что мы оба просто-напросто СПИМ, и не можем проснуться, хотя последнего я как раз не понимаю»
-«Разве может такое быть???»
-«Посчитай сама. Когда ты пришла домой, ведь я уже спал? Верно? Вот и ты пошла за тем же. А утром мы оба очутились здесь. А вот теперь самое интересное. Ты помнишь куда мы переехали после того случая? Тот город НАСТОЛЬКО далеко от этого, что физически за одну ночь нас НЕВОЗМОЖНО сюда доставить»
- (испуг и недоумение, по лицу видно, что сравнивает такие факты)
-«Во-вторых, спрашиваешь, что за чудовища, почему темнеет. Дорогая, если ты не знала до сих пор - во сне возможно и не такое. И мне кажется то, что мы видим СЕЙЧАС - это ещё детские шалости, дальше я и сам боюсь представлять ЧТО может быть с нами, можем даже и навечно тут остаться»
- (начинает трястись мелкой дрожью, видимо поняла, дико озирается по сторонам)
-«Слушай, раз уж мы здесь, и пока нас не отпускают, может скажешь, в какой из комнат ты нашла кассету? Мне интересно как она могла там появиться, если мы тут не были»
-«Да, конечно, комната 212»

Поднимаемся...

...

Диана возвращается с работы уставшая и нервная от переживания. Пошёл 5 день как мы не числимся в стане бодрствующих.

Заходит в палату. Никаких изменений. Мы даже не двигаемся. Только дышим.

-«Родные, да что же с вами такое?...»

...

Вот и комната. Вроде ничего примечательного.

Оглядываюсь, открываю тумбочки, шкафы. Я ошибся, насчёт непримечательности. Комната НАША...

Полным полно наших вещей, нашлось даже фото, которое показывает нас со Стеллой в этой самой комнате. Стоим обнявшись у окна, даже шторы какие то фигурные. Приглядываюсь к висящим сейчас. Не такие. Что за бред?

Присаживаюсь на кровать, обдумываю происходящее.

-«Лильен, если честно - я в шоке. Смотри, тут даже это фото (показываю). Мы же здесь ни-когда не были!!! Я не стоял здесь, Стелла тем более, я вообще вижу эту комнату впервые!!!» (до меня действительно не доходит, я в смятении)
-«Том, не кричи, я тебя понимаю»
-«Мда...»

Сидим сколько положено гостям. Хотя ситуация не та конечно. Насколько далеко не та, кому бы рассказать...

-«Ладно, пошли уж искать оружие. Та тьма нас ждать не будет»
-«Пойдём»

Спускаемся, выходим в холл. И тут...

То чудовище, которое Лильен забила насмерть. Мирно лежит у стены. Как вдруг...

Из пола высовывается огромная рука и с чудовищной силой просто вхлапывает то существо в этот самый пол. На месте ничего не остаётся. Даже ковёр не шелохнулся

Сильно вздрагиваю, от растерянности и не понимая произошедшего отступаю назад, блед-нею. Лильен моментально хлопается в обморок.

Глава 4:

Накликали беду. Она действительно не стала ждать, темнота эта.

Подхватываю Лильен на руки, бегом несу в машину. Скорее, скорее...

Сажусь, завожу, погнал во всю мощь. Дело начинает принимать скверный оборот. И тут на дороге...

Полетели полчища этих тварей, неисчислимая армада!!! Действительно хорошо, что я в ма-шине, с ходу сшибаю, давлю.

Сворачиваю на Бахман, потому что так безопаснее. Иначе если ехать через Риверсайд, на поворотах придётся тормозить. А это верная смерть.

Вперёд, вперёд. Мы уже на мосту. Лильен на заднем сидении кажется начинает приходить в себя.

Участок. С ходу резко торможу, рывком открываю дверь. И тут... темнота рассеивается.

Оглядываюсь, озираюсь, в руке труба для боеготовности. Нет, вроде бы ничего, прошло всё.

Лильен поднимается с заднего сидения, волосы растрёпаны, от пережитого кошмара вся тря-сётся, слова выговорить не может. Поддерживаю, ввожу в здание.

Усаживаю на стул. Наконец она просит стакан воды. Нахожу, наливаю, подал.

-«С тобой всё в порядке? Может, ещё выпьешь?»
-«Да, пожалуйста. И Том, не упоминай мне об этом случае, ведь мы оба его видели, вместе. Я ничего не хочу знать»
-«Как скажешь, я тоже рад не был такому»

Нужно отдохнуть. Сидим, думаем, что делать дальше.

Что-то я себя плохо чувствую. Что такое, чувство усиливается, в глазах начинает рябить, голова закружилась. Сестра неожиданно засыпает. Со мной та же история. В чём дело?..

...

Открываю глаза, я в своей палате снова. Вот только... Рядом сидит Стелла!!! И теперь она не мёртвая, она живая, красивая по-прежнему! Поглаживает мне руки, чтобы я проснулся. Бог мой!!!

За окном светло, причём даже тумана нет. Обычный летний день. Тот самый город, когда всё ещё было хорошо.

И рядом моя, сидит, улыбается…

-«Привет родная. Что мы здесь делаем?»
-«Привет. Тихо, лежи, тебе нельзя беспокоиться. Я здесь чтобы кое-что рассказать тебе. О том, как я умерла»
-«Чтоооооооооо???????»
Взлетаю с постели. В глазах шок.

-«КАК??????????? Как ты умерла? Почему? Ты что-то видела там? Что там было?»
-«Том, сядь, успокойся. Я расскажу»

Сажусь. Обнимаю.

-«Я помню только что когда мы свернули с Натан на Сэндфорд машину вдруг куда-то пове-ло. Я выровняла руль, но тут понимаешь... Весь мир резко рухнул во тьму, что-то ужасно завыло, по дороге поползли какие-то существа, я таких никогда и представить себе ужасных не могла. Они всё время лезли под машину. Я испугалась, погнала на полную скорость, что-бы отделаться от них. И тут в голове зазвучал какой-то голос, он всё время нашёптывал: «Дави на газ, дави на газ...» Я окончательно испугалась и тут... Снова свет, нормальная дорога. Но... Впереди машина. А я на полном ходу. Свернуть уже никак. И... всё»

Сижу в полном ауте. Слов нет, бормочу что-то бессвязное. Уставился в стену.

-«Том, что это могло быть?»

Реакции нет. Выгляжу как сумасшедший, всё так же бормочу, руки потрясываются.

-«Том?»

Надо прийти в себя. Но удаётся это с трудом.

...

Одна и та же ерунда, какая то чушь, несусветная ересь. И мы оба попали в неё. Но почему???
За что???

Хотя нет, мы ВСЕ попали, вся семья.

Что за чертовщина?

...

-«Стелла, я не знаю, не понимаю. Мы все в этом увязли. Ты не задумываешься, почему здесь Я? Я и Лильен»

Пришла твоя очередь удивляться милая

«Что? Ты и сестра? Точно, каким образом вы-то с этим связаны? А я с твоей мамой?» (в гла-зах видно недоумение, непонимание). Сейчас я тебе расскажу КАК МЫ сюда попали

«Родная, ты мертва, а мы живы... вот только есть одна проблема. Я и сестра уснули вечером дома, а вот ВЫБРАТЬСЯ из этого сна теперь не можем, никак. Увидели ТАКИЕ вещи, что извините. Психи здесь в Брукхэвене самые отчаянные и то таких страхов видимо не испытывали. В общем точно такие же, как и у тебя»

«Что? Я решительно отказываюсь в это верить, такого не может быть»

«Родная, сколько раз я тебе врал? Поверь, теперь мы и правда во всём этом ВСЕ замешаны. А вот в чём именно - наверное я скоро выясню»

«Хорошо (улыбается). Я тебя только об одном прошу»

«О чём угодно, ради тебя»

«Помни, что у тебя всегда есть я»

Улыбается. Целует меня.

Свет снова меркнет в глазах...

...

Понемногу возвращаюсь.

Мы всё там же, в полицейском участке. Лильен, упавшая со стула, тоже поднимается.

И за окном снова туман.

Иду в оружейную, находим там ружьё и пистолет. Ружьё отдаю, слабая, пусть хоть защи-титься сможет.

Залезаю в машину, осматриваюсь, заодно и думая куда ехать, что делать. Мельком глаз цеп-ляется за... Стоп! Что? Как мы умудрились сюда доехать, если я ещё по дороге заметил, что бензина в машине уже нет. На последних каплях видимо.

Пробую завести. Да, эффекта нет. Ещё и зажигание барахлит, видимо и свечи ушли вслед за бензином.

Видимо придётся сходить на заправку. Ведь без машины чувствуется нам станет просто невыносимо. Мотаться по всему городу пешком? Нет уж. Тем более мы как раз здесь недале-ко, всего мост перейти.

Зову спутника своего по несчастью, объясняю ситуацию. Идти разумеется согласна, не оста-ваться же одной. Идём, оглядываемся.

Мост. Перевалочный пункт, будка управления мостом. И тут я замечаю...

Светло, хоть и туман. Но сквозь него пробирается что-то новое. Такого я ещё не видел.

По фигуре видна схожесть с теми первыми, но его походка стоячая. Но какая-то очень странная, идёт переваливаясь с ноги на ногу и размахивая руками словно игрушечный пока-чивающийся робот. И ещё оно намного крупнее тех, ранних.

Указываю на него Лильен. Поняла, встали в боеготовность.

Понемногу приближается. И тут мне начинает казаться, что дело здесь совсем нечисто. Что-то по настоящему не так в этой фигуре. Показываю пальцем Лильен: «Не стреляй!!!»

Фигура мне кажется смутно знакомой, только я не могу вспомнить, где же я мог видеть её раньше. Держу палец на крючке.

Ближе, ближе... Фигура принимает чёткие очертания. Ну, ещё...

И тут я вздрагиваю. Прозреваю. И на момент опускаю пистолет...

Это Джонатан, Джонатан Гринвуд, отец Дианы и Стеллы!!! Дядька Джон, как мы зовём его с сестрой!!!

И он такой же... Но его вид!!! Мне самому становится страшно. Ни дать ни взять, сама смерть идёт на нас. А его лицо... Лицо изъедено червями, и оно ещё хуже, чем то, какое я видел у Стеллы в больнице, когда лежал привязанный к кровати.

Дядька Джон. Неужели нам придётся убить ТЕБЯ???

Секунда на осознание. Поднимаю пистолет.

-«Лильен, это дядька Джон!!!»

Всматривается. Глаза расширяются от ужаса, её начинает лихорадить, ружьё выплясывает круги в руках.

Приблизился. Да, драки с тобой я бы никому не пожелал. Ты и при жизни был недюжинной силы, постоянно и меня пытался затащить куда-нибудь в спортзал. Бой будет тяжёлый.

И тут он прыгает вверх, прыжок с переворотом в воздухе, сальто-мортале. Как тогда показы-вал один раз, при жизни...

Летит на меня, вперед ногами в лицо. Уклоняюсь, начинаю палить.

-«Лильен!!!!!»

Присоединяется. Стреляет прицельно. А у самой слёзы на глазах, вот-вот сейчас заревёт в голос.

Удар в голову мне слева рукой, отлетаю. Но не вырубаюсь, продолжаю...

Подлетает, удар сверху уже обеими руками, целился в живот. Почти попал. Начинаю стре-лять в голову, видимо больше уже бесполезно куда-либо. Бегаю, на ходу перезаряжаюсь.

15 выстрелов в голову. Да и сам я не очень, получил ещё немного освежающих. Тело болит.

Наконец падает у будки управления. Подёргавшись успокаивается...

Глава 5:

Сажусь на асфальт, роняю руки от усталости.

Она тоже опускает ружьё, понемногу, но всё сильнее всхлипывает.

Всё-таки, заревела, заорала, истерика. Хотя... её можно понять.

Тааааак, она сейчас сойдёт с ума, разбежится и прыгнет с моста!!!! Вскакиваю, подбегаю, силой прижимаю к стене. Этого никак нельзя допустить.

-«Какого хрена здесь творится!!!!! Какого ЧЁРТА мы здесь делаем!!!! Убивать родственни-ков???!!!!! Что с этим проклятым городом!!! Пусти Томас!!!!!!! Пусти говорю!!!!!» (жёстко вырывается, силы у нас почти равны, могу и не удержать)
-«Не пущу, я знаю, что ты сейчас сделаешь!!!»
-«Пусти говорю!!!»

Рывком скидывает меня, бежит в сторону реки. Догоняю, вновь роняю, придавливаю уже к земле.

Дёргалась долго, но всё-таки ослабела. Прислонилась к опоре. Порыдав некоторое время начала понемногу успокаиваться. Но теперь смотрит отрешённо, в сторону, полностью без-различно ко всему.

-«Пойдём, у нас тут ещё незаконченные дела есть»
-«Я никуда не хочу идти. И мне уже на всё это наплевать»
-«Пойдём, возьмём всё-таки к машине всё что нужно. Я отвезу тебя в больницу, полежишь там, успокоишься. Я тебя понимаю, кто бы знал, что так оно получится... Эх, дядька, как же у нас с тобой печально всё закончилось (оглядываюсь, смотрю, вздыхаю). Ну пойдём, нам нет смысла здесь сидеть» (участливо)

Нехотя поднимается. Понемногу трогаемся.

Ничуть заправка не изменилась. Подходим, забираю всё что надо. На прилавке обнаружил чьё-то обезболивающее, оно мне сейчас как раз и не помешает.

Возвращаемся обратно к машине. По пути увидели, что тела уже нет. Меня тут же передёр-нуло, вспомнил ту сцену в отеле.

Садимся, едем...

...

Добрались вроде без приключений, ещё светло. Заходим в нужное здание, провожаю до нужного места. Усаживается на кровать, вздыхает.

-«Слушай Том, я так устала, мне нужно поспать. Я до сих пор не могу поверить в такое»
-«Разумеется, я ничего не говорю. Хотя слушай, раз уж ты будешь спать, может отдашь мне ружьё? А то мне бы оно ой как пригодилось»
-«А если кто-нибудь заявится сюда? Чем же я буду защищаться?»
-«Здесь же двери в палатах железные, да и решётки на окнах, чтоб пациенты не вырывались, тут моя милая психбольница. А вот и ключ на подоконнике. Я закрою тебя снаружи, никто не сможет ворваться»
-«Ну хорошо» (отдаёт ружьё)

Плотно зашториваю окна, беру ключ, выхожу, закрываю. Спускаюсь на улицу.

Какое то время бесцельно брожу по городу. Быть может заглянуть ещё раз домой?

Глава 6:

И тьма видимо это услышала. Но мне надо добраться до дома. Теперь только вы и я, без сви-детелей. Появляются безголовые, однорукие и много всяких разных новых тварей, людьми от них уже почти не пахнет. Что ж...

Добираюсь. Амулет на груди начинает нестерпимо жечь кожу. Снимаю, перекладываю в карман.

На втором этаже в тумбочке нашёл свой же ключ. Ячейка банка этого района, кажется я оставлял там кое-что.

Вспоминаю, мой собственный револьвер, особенно мощный. Я хоть и смотрюсь никудыш-ным бойцом, но стрелок я хороший.

Добираюсь до места, по пути зайдя в Риджвью аптеку и забрав там к месту нашедшиеся ап-течки, долго с этими монстрами вытянуть непросто будет. Револьвера в банке не оказалось, только две пачки патронов, что я добавлял. И письмо: «Дорогой, я переложила твои вещи в машину приехавшего сюда человека, на въезде сюда с востока. Нельзя же такое хранить в банке». Почерк Стеллы. Позаботилась.

Проходя мимо кладбища, просто случайно оглядываюсь, словно прощаюсь ещё раз с тобой. И замечаю: тот же крест, не мой, тот, из первого самого кошмара. И вы с мамой. Видимо вас и тут как дорогих гостей похоронили. Я очень на это надеюсь. Вы ведь не были ни в чём виноваты. Махнул рукой, на глазах печаль.

Добираюсь.

На перекрытии стоит развернувшаяся фура дальнобойщиков. Вернуться через неё домой невозможно, тем более если мы во сне. Заглядываю. В бардачке мой револьвер, записка и её фото, то самое, что у нас не получилось в фотосалоне, молодой непрофессиональный мастер умудрился его засветить. Мы тогда ехали в поезде, и её успел заснять перед окном. Она мне подмигивала, хитро так. Видимо сейчас это что-то могло значить.

В записке: «В Ниэли бар, там у меня знакомая же работала. Она даст тебе ключ, я просила»

Вот и Ниэли бар, как обычно с боем. Перед дверью существа отступили, исчезли. Дают пе-редышку. Надолго ли?

Захожу, на прилавке ключ. Записка: «Вудсайд, ты же помнишь, в какой комнате мы были. У тебя Лильен вот только спрашивала, не в Лэйквью ли. Не мне ж тебя заставлять вспоминать» Действительно, Лильен это лучше не знать, мы тогда решали что из этого выбрать, выбрали здесь, не так дорого, да и не так приметно, если вдруг на кого случайно натолкнёмся. Тихо и скромно. Вот только откуда ты знаешь о том, что спрашивала сестра меня? Странно, ты меня решила направлять? Хорошо, ради тебя подыграю.

И ещё, рядом со всем этим я нашёл металлические кусачки на прилавке. Хм, для чего бы?

Подхожу к Вудсайд. Ворота плотно обмотаны стальной проволокой. Перекусываю. Ах ты моя хитроумная.

Открываю вход, добираюсь. Вот я уже прямо у нас в комнате. Комната 212. Да, именно, как и в Лэйквью, хоть мы там и не были. Ведь для нас это число значит не больше ни меньше 2/12, 12 февраля. Именно в этот день мы познакомились, и в этот же день, по удивительной воле случая мы решили о помолвке. Ты так наигрываешь?

На столе разложен целый моток цветных разнообразных проводов, видимо кто то собирался делать здесь ремонт. Только для чего бы он интересно смог пригодиться мне? Быть может взять пару проводов, на всякий случай.

Читаю оставленную записку: «Поднимись в комнату 406, там я оставила тебе сюрприз. Про-сти Том, меня саму туда кое-как впустили, элитный этаж как-никак. Поговори с администра-цией, может быть поймут и пропустят. Скажи, что ты пришёл забрать МОИ вещи»

Перечитываю ещё раз: «...в комнату 406...». Наверное я не понимаю.

Перечитываю ещё раз: «...в комнату 406...». Так и не смог понять. Дело не в моей недоходчи-вости. Дело просто в том, что 4-го то этажа здесь нет.

Хотя... Я и на лестнице приметил необычное. Бегу, открываю дверь. И тут...

Под ногами, словно по какому-то волшебству прямо из ниоткуда появляются ступеньки и образуют лестницу. И так же неизвестно откуда появляется 4 этаж. Хотя... Если учесть, что это сон - тут и правда не такое ещё возможно.

Завороженно поднимаюсь, прикасаюсь к ручке двери. Что же ждёт меня там, на элитном этаже?

Открываю.

Бог мой, страшнее этого места я пока ещё не видел. Этаж словно одна живая стена, посколь-ку из неё лезут как будто призраки заключённых здесь душ. А в конце коридора слева под мигающей лампой стоит то самое чудовище, что из второго кошмара, только немного по-меньше. И бегает оно всё так же быстро.

Чудом успев и захлопнув дверь перед его носом, навожу ружьё на дверь и нервозно подёрги-ваю пальцем на курке, ведь не дай бог зайдёт, тогда мне...

Нет, кажется обошлось. Осматриваю окружение.

Заметил довольно странное дело. В комнате 212 и здесь сквозь окна пробивается туман, здесь и там всё выглядит нормально. Вот только есть одна проблема: тьма ещё с Сандерс-Линдсей не отступала, ещё со времени того как я побежал домой и нашёл ключ от банков-ской ячейки. Я всё это время прорубал себе дорогу через этих неизвестных созданий, и ради того, чтобы попасть в эти две комнаты. Быть может мне в них остаться и переждать?

Но... я не думаю, что от этого станет лучше. Если мы попали в сон, и надолго, значит мы должны решить что то, возможно то, о чём мы не задумывались до этих пор.

Что же здесь за сюрприз?

Оглядываюсь. Что-то изменилось, хотя я не могу понять что именно. Что-то неуловимое тя-нет меня к себе, что то знакомое. Разумеется на столе записка. Но здесь есть что-то ещё. Что же?

Хожу кругами, осматриваюсь. Комната конечно постарела, пыль вскидывается под ногами от шагов мелкими облачками. Да, время видимо и эти места не обходит стороной. Хотя какие интересно оно тогда обходит. Прогладил рукой по кровати, поправив сползшее одеяло, подровнял стопку книг на столе, уже было повернулся к тумбочке...

Стоп! Вот оно что! Что на настольной ночной лампе делает аккуратно одетая цепочка Стел-лы?

Даже с тем же кулоном, что мы тогда выбрали вместе. Ярко-синий сапфир в серебряной окантовке, ей он так понравился тогда. Снимаю с лампы, с лёгким недоумением разгляды-ваю. Ложу в карман, нельзя оставлять здесь такие вещи.

...

Снова прикасаюсь к ручке двери, морально готовлюсь. Встреча с этим существом не сулит ничего хорошего, придётся бежать.

Радио вдруг зашумело. Проверяю, быть может что-то не так.
-«Лильен? Лильен? Это ты?»

Шипение, нет ответа.

«Лильен?»

Вдруг в эфире раздаются звуки, наполовину смешанные с помехами: «То..................ч............гд.............. ...т.............мн...........Т.........пом....... .......!!!»

«Лильен?! Лильен!!!»

Молчание. Хм, довольно странно. С тобой что, опять что-то не так?

И тут раздаётся гулкий грохот и резкий и очень громкий свист. Да такой громкий, что при-ходится зажать руками уши. Голова начинает нестерпимо болеть. Я сейчас закричу...

И вдруг всё утихает. Понемногу разжимаешь уши, готовишься к чему-то плохому. Для вер-ности готовишь ружьё в одну руку.

Выходишь. Теперь понятно, тьма видимо решила напоследок развлечься такими страшными спецэффектами. И ушла.

Теперь-то этаж и правда смотрится элитным, тут уж спора не может быть. Узорчатые обои на стенах, шикарные ковры по всему коридору. Вряд ли откажешься пожить в таком месте.

Вот только здесь осталась одна проблема: мрак отступил, всё вокруг похорошело, НО.... чу-довище осталось. Придётся видимо убивать. Ведь путь к выходу лежит через него.

Замечает меня, разъярившись разбегается, да с такой силой, словно идёт на таран. Вовремя успеваю отклониться в коридор назад. С чудовищной скоростью оно пролетает мимо, поняв что промахнулось останавливается, разворачивается и с новой попыткой делает тоже самое. Пока подбегает - я целюсь и стреляю.

С десяток выстрелов пришлось сделать отпрыгивая от этого танка. Довольно много, скоро так закончатся патроны. Наконец с утробным воем он падает на пол.

Подхожу, проверяю что мёртв. На полу рядом лежит ключ от двери в воротах на Мэнсон стрит.

«За этой дверью тебя ждёт тьма». Лучше не стоит, я видел уже ту тьму

Открываю. Ничего особенного. Вспомнил про Лильен. Довольно долго она там, тем более после переговоров. Может быть тебе действительно плохо? За то время что я отсутствовал - кажется можно и постареть успеть.

Глава 7:

Пойду по низу, Рэнделл-Кэррол. Идти поверху довольно долго.

Переулок Мэнсон-Рэнделл. И вот тут я замечаю одну вещь.

Впереди меня что-то движется. Это что то необычное. Не просто необычное. Это человек. И он мне кажется знакомым. Фигура, рост, движения... Должно быть это Лильен. Но ведь ты в психушке?...

Подхожу, вглядываюсь в лицо. Это и есть Лильен. Вот только..... Что-то с ней не так. Что-то по-настоящему не так. Она......эммммм..... она в халате, раскрашенном под цветник, босая. И двигается..... Вы не поверите, что то одурманило её, настолько что... Она даже не замечает, что я иду рядом. Что же с тобой?

«Лильен?! Лильен?! Что с тобой? Почему ты на улице? Ты ведь в больнице должна лежать?» (вопрошаю прямо так, если что-то странное случилось с тобой - скажи мне)

И вот тут начинается самое плохое.

Зашипело радио. Раздаётся голос Лильен, на этот раз ясно и без помех.

«Томас!!! Томас, ты на связи?»

Говорит НЕ ОНА!!!!! НЕ ТА, ЧТО ИДЁТ НА УЛИЦЕ!!! Хотя понятно, что это сестра, но... Это не тот человек, который сейчас мне говорит по радио. Говорит довольно уверенно, но взволнованно. Этого не может быть.

«Том, Томас, почему я оказалась в тюрьме? Я не помню всего достаточно точно, но когда я проснулась - что то вдруг заревело, заверещало, как в первый раз. (голос начинает перехо-дить опять на испуг) Том, что то снова не так?»
«Лильен, где ты говоришь находишься?» (всматриваюсь с подозрением в лицо мимо идущей. Нет, не ошибся, это моя старшая сестра, вот только этого НЕ МОЖЕТ БЫТЬ... И она идёт всё так же, отрешённо и одурманенно. Что же с ней не так. Неужели что-то новое?)

«Томас, я в тюрьме, в одной из камер. Когда я проснулась - что-то вылезло из окна, что то огромное, я даже не успела понять, оно меня потащило.... И вот я тут очнулась, вроде не привязанная, но я в камере Том. Что за ерунда?»

Догоняю то, что идёт передо мной. Это Лильен, без сомнения это Лильен, я готов поставить 1000 долларов, что это моя старшая РОДНАЯ сестра. Но.... Вы не можете находится в ДВУХ точках одновременно. И то, ЧТО идёт передо мной - оно отрешённое, возможно отравленное чем то, но оно не реагирует ни на моё присутствие, ни на что-либо вообще. Глаза пусто гля-дят в какую-то неизвестную точку. Смотрю в этом направлении - нет ничего. Снова вгляды-ваюсь в лицо. И оно не говорит по радио, со мной тем более.

«Слушай Лильен, а разреши вопрос?»
«Конечно, у тебя что-то не так?»
«А что ты делаешь в данный момент?» (снова вглядываюсь в идущую передо мной)
«Я? Вырываюсь из камеры, кто-то закрыл меня. (кричит в коридор) Эй, выпустите меня, вы что???!!!»
«Ты точно в тюрьме? Поверь, вопрос очень важен» (ещё раз всматриваюсь, оно всё идёт и идёт, если только это и правда Лильен, чёрт, таких совпадений не бывает, не реагирует, что за бред)
«Да я ж сказала, что в тюрьме. Томас, ты что, неужели меня не узнал?»
«Тебя-то я всегда узнаю. Вот только тут есть проблема одна» (изучаю, да вроде бы сестра, не могу же я так жестоко ошибаться)
«Какая проблема?»
«Я тебе верю, но............. Передо мной сейчас идёшь ТЫ. В своём самом настоящем виде»
«Что? Какая Я? В смысле? Ты о чём?»
«ТЫ!!! ТЫ идёшь сейчас передо мной. И смотришь ты явно недобро»
«Что-то я наверное недопоняла»
«Лильен, ты сейчас прямо передо мной шагаешь неизвестно куда. ТЫ со мной на улице. Ес-ли ЭТО не ты - тогда я не знаю кому теперь верить. Ты при мне, и я уже начал сомневаться что я в адекватном состоянии, если я не могу отличить ТЕБЯ от кого бы то ни было ещё. Это даже смешно, вот только не мне сейчас до смеха. Двое тебя надеюсь не бывает (с надеждой и сомнением)»
«В смысле - двое меня? Ты что, с ума сошёл? Как может быть двое меня?»
«Прекрати дура!!! При мне сейчас идёшь ты... или твое тело, не знаю. А по радио говоришь ты настоящая, и я верю, что ты сидишь в тюрьме. Я прямо сейчас приду и помогу вот толь-ко... Объясни мне - КТО сейчас идёт передо мной. На вид это в любом случае ТЫ, но...эмммм....»
«Ты серьёзно? (испугалась) Рядом с тобой иду Я?! А что я там делаю? Какое-то чучело пре-вратилось в меня и разгуливает по городу???»
«Да родная, наконец-то поняла. Ты идёшь рядом со мной, хотя.... Выглядишь ты на себя не похожей. Ты же ведь не имеешь цветастого халата?»
«Нет. Я их терпеть не могу. Я иду в цветастом халате? (кажется пробудилось любопытство, смешанное разумеется со страхом)»
«А ещё скажи мне, ты давно увлекалась наркотиками?»
«Ты что идиот, ты же знаешь как мне стало плохо после того случая, и как я прокляла это дело. Совсем что ли сдурел? Наркотики ещё какие-то приплетает»
«Да я не просто так приплетаю, ты посмотри на идущую сейчас себя. Такое ощущение, слов-но тебя переехал танк, а ты выжила»

Идёт неторопливо, босиком, оступаясь, что-то с ним и правда не так, мы даже четверти ули-цы не прошли разговаривая таким образом по радио

«Ты что Том, серьёзно? Оно и правда так выглядит? Я в халате, иду посреди улицы в каком-то необычном состоянии?»
«Неужели ты и правда стала настолько понятливой?» (издеваюсь, но с пониманием, видимо она действительно представила себя такую, довольно трудно если не был в этом состоянии)
«Не шути такими вещами, это ведь иду не я»
«Да ТЫ это идёшь, ты. Но это в любом случае не ты, оно притворяется тобой. Сестра, дело уже перестало быть шуточным, я такое сразу чувствую»
«Ты думаешь?»
«Я знаю»
«Хорошо Том, помоги мне когда разберёшься в чём дело, я жду тебя, ни ключа, ничего нет, я не могу отсюда выбраться»
«Ладно, я потороплюсь»

Какое-то странное ощущение меня греет. ЭТА Лильен связана с настоящей, и мне думается что если ей навредить - умрёт и моя сестра. Этого нельзя тогда допускать. Отстраняюсь назад, отступаю настолько чтобы её видеть, видимо придётся охранять. Иду вслед понемно-гу, отстреливаю приближающихся тварей.

Поворачиваем на Кэррол, к той самой больнице, всё идёт и идёт, неспешно так. И меня не покидает чувство, что есть в ЭТОМ существе и кое-что от сестры, словно она и есть та са-мая.

Подходя к грузовику, она вдруг растаяла прямо в воздухе. И сзади раздаётся какой-то страшный, доселе мне неведомый звук. Инстинктивно оборачиваюсь.

Позади меня находится что-то чудовищное, похожее на тех пауко-ходящих. Но оно намного больше, и не просто больше. Оно и выглядит куда массивнее и мощнее. Приготовившись понемногу отхожу.

Скалится, реагирует, сейчас прыгнет. И тут я замечаю...

Грузовик перегружен чем-то, то ли земля, то ли песок, что-то сыпучее. А это существо прямо за ним, скалится. Кажется мне я ЗНАЮ что надо сделать

Отстреливаю все боковые колёса кроме одного первого. Машина начинает сильно покачи-ваться, виден разбаланс системы, скоро всё это упадёт. Жду реакции монстра.

Уже прыгает. Молниеносно вскидываюсь и палю в последнее удерживавшее это построение. Утробный рык смерти превращается в жалобный вой. Вес 5-ти тонн того, что содержалось, обрушилось вниз, со скрежетом и шуршанием. Вряд ли ему удастся выбраться из-под ТАКОГО завала.

Иду к Историческому сообществу. Только через него теперь можно попасть в то место, где сейчас видимо сидит Лильен.

...

Она стоит перед окном в котором солнце блекло играет своими лучами и уже не знает во что можно поверить, на что можно надеяться. Быть может мы умираем где-то там, может мы так и не вернёмся. На лице показалась грусть. Остаётся только... да неизвестно что остаётся. Люди не могут засыпать на 2 недели. И судя по всему - это ещё далеко не конец. Подсаживается ко мне, смотрит...

«Томас, крепитесь, не оставляйте меня одну, вы моя последняя семья, что же я без вас стану делать?» (с печальным вздохом)

...

Спускаюсь по многочисленным лазам вниз. Вот и столовая. Мда, сколько ж лет тут никого не было, везде разбросаны вещи, царит полный бардак. Ладно в общем, я ведь не есть сюда пришёл.

Хожу по этажу, окликаю моего пленника. Довольно нескоро нахожу в камере посередине дальнего правого коридора. Стреляю в замок чтобы не мучиться с поиском ключей. Выхо-дим.

Вдруг за дверью напротив раздаётся какой-то звук, не то шорох, не то приглушённый грохот. Не к добру. Отдаю ружьё на всякий случай.

«В общем, чтоб больше тебя не выдёргивала всякая нечисть по поводу и без - держимся вме-сте, никаких отговорок. Я не могу за тобой бегать и попадать в неприятности»
«Хорошо. Может пора уже уходить отсюда? Мне тут совершенно неприятно находится»

Снова что-то громыхнуло за дверью. С опаской приоткрываю, всматриваюсь.

Видно, что это либо огромная зала, либо тюремный сад, вот только... краёв её не видно, тем-нота полная. Звук начинает манить откуда-то с той стороны.

«Слушай, может не надо? (испугалась) Что мы там не видели? Ты ведь знаешь, что всё что здесь так зовёт – зовёт именно нас»
«Я понимаю, но знаешь, у меня такое предчувствие, что там должно быть что-то важное, не зря от нас его тьма скрывает. Давай аккуратно посмотрим, если я вдруг и ошибаюсь - вер-нёмся обратно. Только идти будем рядом, оглядывайся по сторонам, здесь всё что угодно может быть»
«Если мы сейчас из-за тебя попадём в неприятности - я не знаю, что с тобой сделаю!» (со злом)
«Не зазнавайся, со мной - калекой ты вообще здесь ничего не сможешь сделать. Пошли по-немногу»

Медленно продвигаемся.

Центр зала. Тут какофония прекращается. Стоит виселица. На ней висит высокая худощавая давно умершая то ли мумия, то ли ещё какая-то неведомая образина. Вместо каждой её кисти руки торчат словно специально воткнутые лезвия топора, причём не простого, а видимо двусторонней алебарды, довольно внушительной по размерам. Выглядит жутко. В пьедестал встроен довольно странный артефакт. Вглядываюсь, квадратная металлическая идеально гладкая пластина, а в ней рисунок-рельеф, напоминает беспорядочный чёрный поток. Под ним написаны некоторые строки:

...
И вдруг сказал тот голос: «Вот этот путь есть верный»
Незримою рукою мне поведя плечо
Остановил он взор мой, и тихо молвив: «Скверну
Души своей очистишь священным ты мечом»

Артефакт вставлен довольно плотно, попытка достать его пальцами обернулась неудачей. И тут я вспоминаю про мою палку, ведь в ней есть два гвоздя, быть может получится использо-вать вместо рычага.

Вставляю, с усилием начинаю тащить. Понемногу поддаётся. Последним рывком дёргаю - вываливается. И в этот же самый момент палка и так достаточно потрескавшаяся не выдер-живает и ломается на две части. Рассматриваю, больше ей пользоваться невозможно. Но сей-час НЕ ЭТО становится самым страшным.

Как только я вытянул артефакт - тут же раздался гулкий хлопок входной двери. Судя по все-му закрылась, попались мы. Но дальше...

Тот самый висельник внезапно подтягивается, словно акробат вверх и легко снимает себя с верёвки. Опускается на ноги, обнюхивает пространство на наличие тех, кто нарушил его покой. Лильен смотрит на это с неподдельным изумлением и открытым ртом, начинает тря-стись в лихорадочном припадке. Я судорожно поднимаю мой револьвер, готовясь к атаке. Простым пистолетом вряд ли нанесёшь ТАКОМУ вред.

Учуял, зарычал. Но прыгает почему-то в темноту.

«Лильен, быстро ко мне!!! Держимся вместе у виселицы, иначе он нас разделит и уведёт во тьму!!! А поодиночке мы бессильны!!!»

Быстро подбегает, встаём вплотную.

«Давай бегать вокруг него, только не сильно быстро, чтобы видеть с какой стороны он прыгнет, стреляй сразу!»
«Поняла!»

Начинаем кружить. К тому же это немного собьёт его, кого атаковать первого.

Выбрал всё таки меня, нападает размахивая и раскручивая всем чем можно словно мельница, или газонокосилка своими лезвиями, так и правда порубит к чёрту, но я не останавливаюсь, и прямо на ходу всадил 3 заряда. В следующий раз уже четыре. Вторит и сестра. Бегаем, уклоняемся.

«(кричит) Погоди Томас, мне на бегу очень трудно перезаряжать ружьё!!! Что делать???!!!»
«Хорошо, бегай за моей спиной, я буду тебя защищать, но и ты не жди, заряжай как успева-ешь, один я не справлюсь!»

Спустя довольно длительное время боя и немалое количество истраченных патронов изрядно раненное нечто завыло в глубине залы. Но с похрапыванием, значит ещё не конец.

«Слушай, нужно залезть на пьедестал. Оно ранено, даже если и станет прыгать на нас, то уже вряд ли настолько чтоб суметь нас здесь зацепить»

В момент заскакиваем наверх, напряжённо оглядываемся.

Прыгает, всё-таки достаточно высоко, вцепляется снизу в построение и начинает размахи-вать вверх своими ручищами, словно огромными ножницами. Подхватываемся и мы на столбы, чтобы не достало, продолжаем палить. Снова отпрыгивает.

После 7 таких безуспешных попыток оно наконец получив последнюю пулю вскакивает, ужасающе верещит и наконец падает с каким-то жутким клокотанием. Потихоньку спуска-емся, осматриваем его. Заметили в области сердца вросший ключ.

С помощью перочинного ножа, который я всегда берегу в куртке на непредвиденный случай вырезаю то что досталось. Выходим из залы, применив этот самый ключ.

После долгих поисков по этажу находим выход около столовой. Дверь проржавела, покры-лась снаружи мхом, открыли кое-как.

Перед нами забытая дорога наверх, по которой все съезжались когда-то к лодочной станции.
Теперь она совсем заросла, но очертания разъездных полос от автомобильных шин до сих пор различимы, причём довольно неплохо. Поднимаемся наверх

И вот тут, кто бы поверил - нас ожидает ещё один сюрприз, довольно необычный. Хотя это сюрприз по большей части для меня. И видеть его, если б я знал об этом заранее - уж я бы вряд ли пожелал.

Глава 8:

Открываем шлагбаум, выходим. И - вот оно.

В тумане видны очертания нового человека. Это девушка, возможно женщина. Стоит пугли-во озираясь по сторонам и не решается тронуться в какую либо сторону. Видимо не понима-ет куда попала. Кто же это?

«Эй, девушка! (кричу) Вы кого-то здесь ищете?»

Вздрагивает, оборачивается на мой голос. И тут я проклинаю всех демонов затащивших и её сюда. Это Моника, моя коллега по работе.

Вообще объясняя кто такая Моника, скажу вот что первым: она человек настолько нудный, и при этом настолько гордый, что это даже наш шеф Стоун не даёт ей довести дело до конца и прервав её дифирамбы по поводу улучшения того или иного просто выставляет за дверь ка-бинета. Но это видимо только ещё больше укрепляет её в своём превосходстве, видимо она думает что начальник таким образом уже понял что именно нужно сделать и просто горит желанием ей помочь. На самом деле всё как раз наоборот. Её не выгоняют только потому, что на её дотошности держится многое, и при этом всё же иногда она подаёт действительно дельные советы. Но и повышать её - смерти подобно.

«Томас, это ты? Что ты здесь делаешь? Где это мы? Что главным образом делаю здесь Я? Как я сюда попала?» (с волнением)
«Ты никогда здесь не бывала?»
«Нет, никогда в жизни. И почему тут такой туман? Я даже не знаю куда мне идти, кого спросить что это за место»
«А тут никто мимо не пробегал, чтобы у него подойти и спросить?» (видела ли ты уже кого-нибудь?)
«Что ты имеешь ввиду? Я только что очнулась здесь от холода, ничего не понимаю как я здесь оказалась. И кстати, кто это с тобой, может познакомишь?»
«Это моя старшая сестра Лильен. Лильен, знакомься, это Моника, я вместе с ней работаю»

(поздоровались)

«Ну так ты можешь объяснить где мы?»
«Для начала скажи сама, что последнее ты помнишь перед тем, как очнулась здесь?» (С со-мнением)
«Нууу.... Вечером я уходила с работы, слышала что старший отдела обещал уволить тебя, потому что не появляешься на работе уже 2 недели, я как раз уже одетая стояла...»
«Стоп!!! 2 недели??? Ты уверена???»
«Да, абсолютно, он так орал. Слушай Том, ты что, уехал сюда чтобы больше не работать? Ещё и меня с собой утащил?»

Я и Лильен многозначительно переглянулись, оба поняли. Надолго же мы уснули...

«Ладно, продолжай, что было дальше?»
«После работы я пришла домой, поужинала, посмотрела телевизор и в 12 часов легла спать. Проснулась от холода здесь прямо на асфальте, и ничего не видно. Стою вот и не знаю, в какую сторону лучше пойти, где люди»
(вздохнув) «Теперь ты наш товарищ по несчастью. Пойдём направо по дороге, слева уже ничего нет, это точно. А вот теперь и я расскажу как ты и мы сюда попали...»

Идём вдоль дороги не торопясь, я рассказываю историю про себя и Стеллу, про её гибель, с помощью чего мы все теперь оказались здесь, и что здесь иногда ещё и свет выключают и что при этом происходит. Проходя мимо разбитого авто Стеллы, указываю, объясняю. Мо-жет и поверила, но мне кажется не до конца. Она ведь ещё тьму не видела. Думаю тебя надо вооружить, иначе ты даже с нами можешь не протянуть долго.

Доходим вновь до участка. Как ни странно, там вдруг появилась винтовка.

«Ты умеешь стрелять?»
«Ну, отец был охотником, пару раз брал меня. Что-то я может и запомнила»
«Точно разберёшься?»
«Да, это не так уж и сложно»
«Куда теперь пойдём?» (вопрошаю, хотя кажется и без нас всё решили, свет снова гаснет в глазах)

...

Во сне мы особенного ничего не видели. Но видимо тьма всё же заняла свои права. Мы все очнулись на крыше непонятно где, вокруг ничего не видно. Крыша вроде довольно большого квадрата. И кто-то, или что-то, кроме нас, на ней есть ЕЩЁ. Слышно что оно сипит, видимо отползает, скрывается в сумраке.

Быстро готовлю Монику к тому, что сейчас будет. Как вдруг она неожиданно для меня с криком «Эй, я его вижу!!!» срывается с места и бежит куда-то. Мгновенно реагирую, нельзя её оставлять одну.

Слышна стрельба, рыки боли от существа. Нагоняю их и тут вижу, что существо это доволь-но сильно похоже на тех, что из кошмара и что я встретил на несуществующем этаже апар-таментов Вудсайд. Только это куда крупнее их обоих и не бегает, а перемещается словно мощными прыжками. Отвлекаю его на себя и снова замечаю одну очень интересную вещь...

Видимо мы находимся на крыше Silent Hill Town Center, поскольку тут свалено довольно много разного строительного мусора, оставленного после того капитального ремонта здания как раз перед тем, как наша семья уехала из города. И посреди всего этого хлама стоят не-сколько баллонов со сварочным газом ацетиленом.

Я подбегаю к ним

«Лили, осторожней!»

Срываю пальцы об вентиль. Начинает шипеть. Чем бы поджечь?

Отбегаю на несколько метров. Нам нечего терять. Нужно только заманить его сюда. И тогда всё.

Выстрел звучит посреди этой тишины словно пощёчина. Но пощёчина ли это? Скорее удар, жестокий шлепок действительности.

(Моника) «Том, здесь больше нет патронов!»
«Тогда отвлеки его к тем газовым баллонам, они скоро взорвутся!»

Раааааарррр!!! Крик ли это боли, страха или ещё чего-нибудь. Я не знаю. Оно вместе со взрывом ступает в провал. И – нет его. Словно ничего и не было.

Я смотрю вниз. Его тело, бесформенное, ужасное, на полу смотрится как студень. Это всё что осталось.

Я подступаю аккуратно. Стоит ли умирать из-за ошибки? Быть может оно просто оглушено?

И тут – пол трещит и проваливается. Я не мог этого предусмотреть. Ударившись головой теряю сознание…

...

Я открываю глаза. Вокруг клубы пыли от обвала, трудно дышать, я едва отплёвываюсь. Под-нимаюсь, осматриваюсь. Существо мертво, недвижно. Мы в холле первого этажа. Рядом со мной понемногу встаёт и Моника, обхватив голову руками и стоная. Лильен сидит на куске крыши и, судя по всему о чём-то думает.

(Моника)» Мне кажется, что мне-то как раз тут и не место. И почему я должна быть приман-кой?»
«Прости, но ведь ты сама сказала что стала безоружна. Я решил сделать проще. Оно могло нас всех убить»
«Спасибо за твою заботу. Оно могло убить и меня. Или тебе наплевать?»

Я смотрю вниз…и словно случайно замечаю предмет, явно не принадлежащий этому полу. Выглядит как небольшой талисман, впечатанный в камень. Скорее всего, упал с чудовища.
Делать нечего – видимо каждый предмет здесь – это ключ. К чему-либо.

Мы идём на выход… и встаём. Путь перекрывает турникет, перелезть не представляется возможным. Я со зла готов едва ли не разбить механизм… но тут же замечаю, что в паре проходов от меня искрит. И тут меня осеняет: ведь есть же у меня та проводка из Вудсайда. Нужно лишь соединить. Я замыкаю… но от старости проржавевшая конструкция обламыва-ется. Чёрт! Нам едва остаётся на выход.

Всё вокруг завалено мусором, едва ли проходимым. Главный вход вообще непробиваем, дверь завалена настолько, что нет никаких шансов её выкопать. Есть только один путь - че-рез подвал.

Мы спускаемся – и…

Целая картина-стена. Рисунок довольно странный: перед царём на коленях стоят несколько слуг, протягивая дары. Но в руках их ничего нет. Мало того, их дары выглядят словно объ-ёмные. Руки принимающие дары… они выступают из стены! И судя по всему вручить им придётся мне. По форме они как раз похожи на те камни, что есть теперь у меня. Перебрав несколько вариантов я нахожу наконец нужную комбинацию.

Мы поднимаемся наверх.

(Моника) «Мне плохо. Томас, ты не мог бы подождать?»

Я оглядываюсь. Она не умеет врать, она даже не умеет притворяться. Так ли реально ей пло-хо?

(с одышкой) «Я не понимаю, вы что, не можете подождать? Мне очень плохо!»

И вдруг она падает на самом краю лестницы. Её трясёт. Что за дела?

Я подбегаю, беру её за плечи.

«Лильен, что с тобой? Что случилось?»

Это страшно. Словно эпилепсия прокралась незаметно. Но она не может так трясти.

«Лили, скажи хоть слово!!!»

Она пускает пену. Я не могу смотреть. Мы не можем потерять её, никак не можем. Ведь это сон.… Всего лишь сон…

Останавливается дыхание. Я в ярости трясу бездыханное тело.

«Лили, очнись!!! Ты не можешь оставить нас!!!»

Она беззвучно скатывается на землю. Не может быть. Чтобы человек просто так умер, во сне, к тому же невиновным???...

Этого не может быть.

…

Я подхожу к ней, опускаюсь на колени. Слёзы не просто реальны. Ты потерял что-то серьёз-ное из своей жизни. Нечто что видимо стоит воспоминаний, даже нет слов описывать все ситуации. Она реально была твоим антиподом, твоей антисущностью. Твоим… Антитвоим. Удивишься, даже слово такое…

И вдруг… она встаёт!!! Сплевывая слюну, не обращая внимания ни на что. Я в ужасе отпря-нываю.

(поправляя причёску, отряхиваясь) «Что случилось? Как долго я была в отключке?»
«Ты… Ты едва не умерла! Что с тобой было?»
«Я не знаю. Я видела его»
«Кого?»
«Мужчину. В книжном хранилище»
«Мужчину? Какого мужчину?»
«Я не знаю. Я спросила его как нам отсюда выбраться. Он сказал, что мог бы помочь, если мы к нему подойдём. Но я не знаю этого города. Где здесь может быть архив? Я видела во-круг горы документов»

Вопросительно смотрит на меня. Что за мужчина? И как он может помочь нам выбраться из сна? Но… если сюда попал ещё кто-то…дело становится скверным. Быть может нам стоит действовать сообща.

Я смотрю в её глаза. Нет, не врёт. Я знаю только один архив города. И идти нам не очень близко. Файни стрит.

…

Мы всё бежим и бежим. Хранилище… Что именно увидела там Моника, кто может быть здесь ещё, кроме нас? Я задумываюсь… и тут…

Голову резко и внезапно пронзает дикая боль. Словно ударило сильным током. Обхватываю руками и непроизвольно уже открываю рот, чтобы закричать… и всё тут же проходит. Так же неожиданно и бесследно.

Я открываю глаза, отпускаю руки. Какой странный синдром. Вокруг всё то же, всё так же пусто, не изменилось ничего. К чему бы это?

Иду дальше. Осматриваюсь, вслушиваюсь. Всё та же тишина, вот только… она стала какой- то полной, идеальной, охватила всё… Стоп!

«Лильен, Лильен!»

Вот оно что – ответа нет. И шагов их не слышно.

«Лильен, Моника!»

Оборачиваюсь и… Я один. Обе спутницы куда-то исчезли.

«Лильен, Моника, где вы?»

Ничего, тишина. И тут… Раздаётся звук сирены, по городу пущена тревога. И холодея в ду-ше я вижу, что в конце улицы выползает огромная сплошная стена тьмы, пожирая всё на своём пути. За её краем нет ничего, как нет и самого края…

В страхе срываюсь с места, пытаясь убежать, но меня вдруг резко накрывает и поглощает, не дав сделать и шагу. Шансов нет. Сознание проваливается во мрак…

Часть 2 – Сон во сне

Глава 1:

Вот и ты. Возвращаешься, понемногу начиная чувствовать. Последний раз вдохнув открыва-ешь глаза…

Нет, это не реальность. Хотя… неужели и это сон?

Ты просыпаешься сидя за своим собственным журнальным столом в старом доме, в своей комнате. Да, именно там. Взглянув за окно видишь всё тот же туман, но… сквозь него блекло пробивается солнце. Да и весь воздух и мир вокруг словно окрашены светом прошлого тональности сепия. Словно ты блуждаешь в воспоминаниях…

Оглядываясь замечаешь что держишь в руке ручку, а на столе лежит дневник для записей. Открывая просматриваешь каждую страницу в надежде увидеть хоть что-нибудь, уловить хоть какую-то подсказку, но он пуст, идеально чист, словно ты сам лишь сейчас решился его вести. Нет ничего, за что можно было бы зацепиться. Поэтому ты закрываешь и кладёшь его вместе с ручкой на стол.

Обстановка в комнате не изменилась с тех пор как ты в последний раз был здесь. Даже ка-жется что стены и сами буквально только что ощущали тебя того, который стоя в дверном проёме печально оглядел всё принадлежащее уже ушедшему прошлому, так быстро сгорев-шему счастью, что пыхнуло как искра. И словно видишь и ты, как он беззвучно шевелит губами прощаясь, и выйдя, закрывает дверь. И щёлкающий звук ключа понемногу затихает блуждающим эхом.

Бесцельно бродишь кругами, знакомясь с уже и так известными вещами и не находя в них ничего примечательного. Наконец подходишь к двери. Она, как и положено заперта. Что же наконец мне здесь нужно? Что можно было оставить тут важного?

Шорох позади заставляет резко обернуться. Подходишь. На столе дневник и ручка. Откры-ваешь… и в испуге отшатываешься назад. На белоснежном листе из ниоткуда появляются строки:

Я оставил дом мой; покинул удел мой; самое любезное для души моей отдал в руки врагов его. Удел мой сделался для меня как лев в лесу; возвысил на меня голос свой – за то я возненавидел его. Удел мой стал у меня как разноцветная птица, на которую со всех сторон напали другие хищные птицы. Идите, собирайтесь все полевые звери, идите пожирать его. И простите мне всё, что мог я вам сделать или не сделать, рассказать или умолчать, всё что вы от меня ожидали, но не дождались. Я больше так не могу. Простите меня и прощайте. Томас Лоузли .

Почерк несомненно твой, об этом не может быть и речи, но ведь ты этого никогда не писал, ты знаешь это точно. В крайнем недоумении разглядываешь написанное… и вздрагиваешь опять, выронив дневник. Внизу появляется приписка:

Ты обернись и посмотри на самое начало, откуда взяли мы с тобой один и тот же путь. Я жду теперь, как и тогда когда тебя искала и лишь прошу – иди ко мне и осторожен будь.

Рука Стеллы. Невероятно. Что же ты хочешь этим сказать?

Размышляешь над словами. Самое начало-то помнится отлично, но ведь мы тогда стали про-сто друзьями. «Один и тот же путь»… Хм, вспоминается лишь боулинг Пит-О`Рама, где по-сле матча ты решился намекнуть ей. И тот её взгляд в ответ… Этого забыть точно невозмож-но. Но в этом ли сейчас дело? Хотя твои чувства, что испытал, услышав согласие – не срав-нить ни с чем. Кажется жизнь и живётся ради таких моментов.

Короче всего идти по Ренделл через небольшой туннель и повернуть наверх в конце улицы. Беда в том, что у тебя ничего нет, ничего даже отдалённо напоминающего оружие, оборо-няться будет нечем. Разве что на одной из книжных полок стоит пузырёк с синей жидкостью. Конечно отмахиваться им по меньшей мере глупо, а по большей ещё и бесполезно. Но не покидает ощущение что он стоит здесь не красоты ради, да и не было его когда ты уезжал.
Дотрагиваясь до ручки двери на этот раз с удивлением обнаруживаешь что она уже открыта, хотя ты не слышал ни бряцанья ключа в замке, ни вообще чьего бы то ни было присутствия кроме тебя в её пределах. Довольно странно, но видимо так нужно. Спускаешься по лестнице и выходишь на улицу.

Снаружи тьма, хотя ты и видел тот свет в окне. И вокруг удивительное спокойствие, даже редкие чудовища вокруг словно уснули в этой мертвенной тишине.

Переходя последний перекрёсток, перед самым туннелем начинаешь чувствовать что-то не-обычное у себя на груди. Расстёгиваешь рубашку… и достаёшь тот самый талисман на це-почке, что одел ты при первом возвращении в дом. Но если тогда камень внутри был без-жизненным, то сейчас он ровно и мощно пульсирует теплым ярко-синим цветом сквозь чи-стое незамутнённое стекло.

С неподдельным интересом и явным недоумением поднимаешь его в руке чтобы рассмотреть получше… как вдруг разглядываешь в темноте силуэт ребёнка. Это маленькая девочка лет 8-ми, не больше.

«Эй девочка, что ты здесь делаешь?»

Ответа нет.

«Ты меня слышишь?»

Понемногу приближаешься чтобы познакомиться и не испугать. Но она вдруг срывается с места и убегает от тебя в направлении туннеля со смехом.

«Постой, куда же ты?»

Гонишься за ней. Звук смеха всё отдаляется, превращаясь в эхо. Тут ты замечаешь что дверь в конце заблокирована. Рванувшись вперёд догоняешь её, хватаешь за плечо, разворачива-ешь, и…

Глава 2:

Резко подскакиваешь на стуле. Ты в той же комнате, за тем же журнальным столом. И на нём дневник и ручка.

Не понимая ничего озираешься вокруг испуганным взглядом и силишься вспомнить послед-ние мгновения. Нет, ты не успел увидеть ни лица, ни её самой, но что-то настолько тебя ужаснуло, что ты вздрогнул. И глядя сейчас в зеркало замечаешь, что ты сильно побледнел.

Немного успокоившись, садишься снова на стул в глубоких раздумьях. Кто такая эта девоч-ка, что она делала на том перекрёстке, почему убегала. И что же так в конце концов испугало тебя? Решительно непонятно.

Кто же эта девочка? И почему у тебя ощущение, что ты её где-то уже видел?

Ладно, после разберёмся. С трепетом и готовностью открываешь дневник. Ниже уже напи-санного появляется следующее:

Надеюсь помнишь как я там внезапно прослезилась, хотя ты видел у меня счастливые глаза. Ты просто знай что то любовь моя в слезе катилась. И всё хотела после я об этом рассказать

«Неужели ты помнишь это фото, Стелла? Ты ведь так стеснялась его после, говорила что оно тебя смущает, потому что ты тогда поступила глупо и всегда старалась спрятать его подаль-ше»

Это был тот же самый день в боулинге. И кстати, именно ты и предложила сделать его в знак того что теперь мы вместе, остановила какого-то незнакомца с фотоаппаратом и упросила его помочь нам. И в тот момент, когда он уже был готов щёлкнуть вспышкой – ты вдруг расплакалась. Я повернулся узнать, в чём дело – и тут сработал затвор. Так оно и получилось: ты со счастливой улыбкой и слезами, а я удивлённо смотрю на тебя.

И тут же сам останавливаешься на мысли: всё-таки бывают от жизни неожиданные подарки. Она иногда позволяла себе сделать какую-нибудь странную, порой и вовсе безумную и бес-смысленную, а потом то смеялась над собой, то вдруг начинала категорически отказываться от всего. Раньше ты не задумывался об этом, но сейчас понимаешь – без неё такой и ты воз-можно был бы не ты. Она тебе нравилась.

На полке книжного шкафа находишь пистолет и коробку патронов. Видимо дорога становится долгой и тернистой.

…

Ты идёшь по тому же маршруту, вдумчиво и неторопливо избавляясь от возникающих не-приятностей. Подходя к перекрёстку обращаешь внимание что талисман не подаёт никаких признаков жизни.

И встаёшь на месте. Вместо входа в туннель стоит глухая стена. Оглядываясь, понимаешь, что путь теперь пойдёт через заправку Текксон

Около входа в парк Роузвотер замечаешь кого-то бегущего впереди тебя, на этот раз кажется мужчину.

«Эй, постойте, кто вы?»

Он, услышав, побежал ещё быстрее, не догнать. Удивительно, он одет так же, как и ты. Хотя может показалось.

Вот и то самое здание. Кажется включи наружное освещение и сюда вновь вернётся жизнь. Потекут нестройными толпами отдыхающие и туристы. Но сейчас… сейчас здесь тьма, пу-стота. И зловещая тишина, тишина которую не нарушает даже ветер. Город мертвых, клад-бище уснувших кошмаров. И ты, в самом эпицентре.

Подходишь к двери… и стопоришься. Вход обмотан цепью закрытой на весомый замок. Но время всё-таки не обходит ничего стороной, да и вечный туман довершил всё дело. Кон-струкция эта настолько проржавела, что непонятно как не развалилась под собственным ве-сом. Нисколько не усомнившись, просто стреляешь в замок

Внутри большой беспорядок, но ведь ты сюда не за этим пришёл. Хотя отчасти мешает. Находишь на стойке в игровом зале целый запечатанный конверт, что оставлен тебе.

Поднимаешь его… и раздаётся вой сирены. Недоумевая озираешься по сторонам, и понима-ешь что уже не спастись. Мрак сползает прямо со стен…

Глава 3:

Просыпаешься там же, та же комната, тот же стол, стул. И рядом дневник и ручка. Но и пу-зырёк, и пистолет, и самое главное – конверт.

Почему здесь такой свет? Воздух окраса песка. Не к добру это.

Берёшь в руки конверт и неторопливо вертя осматриваешь со всех сторон. Адресат – Томас Лоузли. Наконец решаешь открыть его.

Достаёшь первое попавшееся и понимаешь: то самое фото. Как давно это было и как хорошо. Ты и она. Сзади твоей рукой: Я и моя Стелла. Вдоволь насмотревшись и печально вздохнув, откладываешь в сторону. Прошлого, увы, не вернуть.

Следующей в очереди лежит записка. Читаешь – Посмотри в дневник. Открываешь его, появляется следующее:

Мне без тебя теперь темно и сильно одиноко. И с каждым днём всё меньше сил спасения искать. Я так хочу увидеть вновь, приди ко мне, я здесь неподалёку. За поворотом у судьбы тебя я буду ждать.

Странно, на этот раз ничего непонятно. Родная, ты где-то здесь, ожидаешь на улице?..

В раздумьях непроизвольно переворачиваешь конверт вверх, вывалив всё оставшееся внут-ри. Осознав, что сделал, вдруг начинаешь изучать выпавшее. Ничем не примечательный ключ и кажется фото. Берёшь его в руки… и по спине пробегает холод.

Надпись сзади гласит: Стелла Гринвуд, 8 лет, детский лагерь округа Толука. Картинка вы-цвела и отчасти пожелтела, но даже и это не позволяет усомниться – перед тобой девочка из туннеля.

Почему ты раньше никогда не видел этого фото? Не очень она здесь похожа на саму себя, но скорее потому, что тогда она была ещё ребёнком. И ты помнишь все фотоальбомы, и ни в одном из них не было этого снимка. Вероятно существовала причина его так старательно скрывать.

Понемногу эмоции в тебе утихают, и остаётся вопрос: что делать теперь? Из строк в дневни-ке кажется что Стелла где-то рядом, стоит и ждёт, что-то хочет передать… но где? О месте не сказано ни слова. Остаётся лишь один вариант – идти уже известным маршрутом.

…

Приближаясь к перекрестку, вновь начинаешь чувствовать пульс амулета, сначала тихо, но с каждым шагом всё сильнее и сильнее. Замедляешься.

На перекрёстке стоит девочка, та самая, спиной к тебе, как и прежде.

«Стелла, это ты?»

Нет ответа. Даже не среагировала.

«Стелла? Это ты???»

Вкрадчиво, буквально по шагам подходишь в попытке не испугать и понемногу поднимаешь руку на уровень её плеча…

«Стелла, послушай, что ты…?»

Она опять срывается с места и убегает от тебя, но уже вверх по улице. Чёрт!

«Эй, да постой, куда же ты!»

Приходится вновь бросаться в погоню, ведь это единственный шанс узнать, в чём дело. Бе-жит она довольно быстро, да так что через тьму и туман едва различимы её очертания.

Перед самым поворотом налево Катц стоит очередное полусонное нечто. И девочка увлек-шись беготнёй от тебя видимо ничего не замечая на своём пути натыкается на это самое не-что. Оно в свою очередь кидается в ответ, не преминув воспользоваться ситуацией.

«Нет!!!»

На бегу выхватываешь пистолет и стреляешь в чудовище, пытаясь защитить ребёнка… но промахиваешься. Мало того, пуля попадает в ногу девочке. Вскрикнув, она заплакала и по-бежала дальше, оставляя на дороге лужи крови.

«Дьявол!»

Странно, но бежит она с прежней скоростью, еле поспеваешь. Да и незаметно чтобы она хромала.

Но это видимо уже мелочи. Дело в том, что через ноты её плача начал кажется пробиваться зловещий смех, всё громче и громче.

«Стелла, остановись, ты ранена, давай поговорим!!!»

Вновь на мгновение придав себе силы рывком настигаешь, хватаешь, поворачиваешь, и…

…

«Диана Гринвуд, Диана Гринвуд, вас вызывает лечащий врач, просьба пройти в кабинет для приёма!»

Прозвучало и затихло больничное радио. Диана встаёт с сиденья в зале для ожидающих.

Пошёл уже…хотя она сбилась. Она потеряла счёт этим дням, дням пустоты и одиночества. Когда приходишь домой и каждый раз встречает лишь тишина. Ушли лишь двое, но так словно они были здесь едва ли не всем. Хотя видимо это так и есть. Теперь они лежат недвижно, застряли в каком-то неизвестном непонятном сне. И временами приходит ощуще-ние, что они уже не вернутся, что стоит с ними проститься… но ведь так не должно быть.

«Диана? Здравствуйте. У меня мало времени, поэтому сразу перейдём к делу. Пройдёмте, вы увидите всё сами»

Она неспешно заходит в палату, закрывает за собой дверь, поднимает взгляд… и застывает в изумлении. Томаса дёргает и изворачивает буквально по всей кровати, он издаёт глухие сто-ны, судорожно хватается руками за постель, пытается вскрикнуть, но и при всём при этом он не может выйти из сна.

«Доктор, что с ним?» (испуганно)
«Это я и пытаюсь выяснить, но к сожалению мне не от чего оттолкнуться. Скажите, не пере-живал ли Томас никаких стрессов, особенно в последнее время перед подобным засыпани-ем?»
«Нет, он ничем не страдал, а к чему вы клоните?» (неуверенно и подозрительно)
«То есть и волнений он тоже никаких не мог испытывать?»
«Нет, разве что (с сомнением) в эти дни должна была быть годовщина со дня гибели его ма-тери и невесты, моей родной сестры. Они разбились в автокатастрофе. Вы думаете он сейчас может видеть это?» (со страхом)
«Не исключено. Но если всё обстоит именно так, тогда дела плохи. Если человек видит сон и не может из него проснуться – значит ему надо просто в нём разобраться, найти ответ. И беда в том, что лекарства здесь как помощь абсолютно бесполезны»
«Но ведь можно же хоть что-нибудь сделать? А что если он не сможет разобраться?»
«Тогда он либо умрёт сразу, либо так и останется в состоянии комы, пока не умрёт уже от истощения организма»
«Что же делать?»
«Я не знаю, мне нужно время подумать»

Диана выходит в коридор и в глазах её смятение. Выходит реально однажды уснуть вечером в кровати, попасть в кошмар и уже никогда из него не выбраться. Кажется просто – уснул и не проснулся, но заглядывая вот так внутрь… Её непроизвольно передернуло.

Присаживается на лавочку, и…

«Диана, постойте!»
«В чём дело?»
«Я вот сейчас подумал и вдруг вспомнил одну статью из известного журнала. В ней описы-вался случай с группой медиумов. На одном из своих собраний они как обычно вошли в состояние медитации, но то ли случилось что-то необычное, то ли они как-то по-особому настроились, но в общем по их словам они дружно трансгрессировали и видели при этом все одно и то же, что и подтвердили словесно. Я и подумал – а нет ли такой же связи и у снов?»
«Что вы хотите этим сказать?»
«Понимаете, если вы так близки с ними, быть может вам самой стоит помочь им? Заодно и узнаете что там творится»
«Это каким же это образом?» (удивлённо)
«Для лечения некоторых особенных больных мне пришлось обучиться практике гипноза. С его помощью можно вытравить из подсознания многие страхи, переживания, убрать сло-жившиеся комплексы. Очень эффективный метод»
«То есть вы хотите загнать меня в сон Томаса с помощью гипноза для того чтобы я ему по-могла? А как же Лильен?» (неуверенно)
«Совершенно верно. Насчёт же Лильен (взглянув на неё) остаётся надеяться что они видят один и тот же сон, просто Томас попал в тяжёлую ситуацию. Иначе проблем у нас больше чем может показаться»
«Тогда я согласна»
«Вы уверены? Учтите, это всего лишь теория, мои домыслы, которые могут ничего не иметь с действительностью. Да и если даже вы сможете попасть к ним – их видения могут реально оказаться довольно тяжёлыми. И вы рискуете вместе с ними остаться и погибнуть»
«Всё равно я согласна. Не прощу себе если они умрут, а в моих руках был шанс их спасти»
«Хорошо, это ваше решение, не мне его оспаривать. Просто помните о возможных трудно-стях»


И вот Диана уже лежит рядом, для верности сжав мою руку. Томас, где бы вы ни были – я иду к вам.

«Итак закройте глаза. Вы полностью расслаблены. Думайте о них, где они могут быть. Как только я досчитаю до десяти – вы будете спать. Один…»

…

Страх? Нет, не страх, хотя…Испуг? Скорее всего, но не только. Ужас. Да, и не он один. Что-то ещё, что-то… неожиданное? Точно. Ведь такого ты точно не ожидал.

Ты падаешь и быстро пятишься назад с широко открытыми от ужаса глазами, и едва перево-дя дыхание. Сердце выпрыгивает из груди и создаётся ощущение, словно на него вывалили ведро льда, так сильно и отчаянно оно бьётся. Трясущимися руками ощупываешь асфальт под собой в надежде поймать, зацепить что-то. И тут попадается выпавший пистолет. Вска-киваешь на ноги и остервенело открываешь огонь.

И вот она мертва. Ты роняешь оружие и бессильно садишься на дорогу, склонив голову на грудь. Смех её эхом затихает вдоль улицы.

Это не Стелла. Это был обман, иллюзия, очередное чудовище. Как и у многих у него было искривлено лицо, но куда как отвратительней и сильней смотрелось оно на ребёнке, настолько жутко… Лучше просто забыть его. Иначе такие воспоминания сведут с ума.

Сидишь и думаешь: что же теперь? Что же это за сон, если в нём есть обман? Быть может это даже и не сон, а само по себе обман, а ты на самом деле мёртв. Но если такова смерть… зна-чит отсюда не выбраться. Никогда.

«Стелла, есть ли здесь ты?»

Откидываешь в сторону свою последнюю защиту, тот самый пистолет, ведь он не поможет мертвецу. И вдруг через густую тьму становится слышен тихий шёпот «Иди, иди…»

Встаёшь. Твои ноги подкашиваются. Ты устал и непонятно от чего больше, от ходьбы, от непонимания или от непрекращающегося кошмара.

«Стелла, где же ты?»

Ты идёшь куда-то вперёд, непонятно куда. Глаза слипаются. Каждый шаг даётся всё труднее. И даже не замечаешь когда и почему ты отключился…

…

Ты чувствуешь себя снова. Но ещё не открыв глаза ты ощущаешь что-то необычное. Твоя рука против собственного желания двигается судя по всему что-то выводя, выписывая. Резко просыпаешься, и в этот же момент она выводит последний символ и ставит жирную точку.

Ты в той же своей детской комнате в старом доме. Журнальный стол. В твоей руке та самая ручка и она поставила точку в том самом дневнике. Но интересно, всё написанное ты уже знаешь, твоим почерком не добавлено ровно ничего. И точка поставленная тобой завершает то, что написано рукой Стеллы. Но ведь этого не может быть.

Это что, получается не она писала всё это? Сам себе писал всё это ты?

Явно ничего не понимая разглядываешь сначала ручку, потом написанное. Ясности это не добавляет ровно нисколько. Пытаешься вчитаться снова, уловить какой-нибудь скрытый смысл, но судя по всему его нет и просто не может быть. Перелистываешь всё снова… и вздрагиваешь.

В замочной скважине провернулся ключ. Холодея внутри медленно поворачиваешься и вглядываешься в столь же медленно открывающуюся дверь, в темноту коридора. И кажется ты видишь в ней…

Часть 3 – Поиск брошенного дома

Глава 1

Вскочил, еле переводя дыхание. Я снова в старом сне, на том самом месте, где упал. И тут же словно издалека слышу голос Моники, хотя она совсем рядом.

«Лильен, Лильен, он очнулся!»

Ощупываю себя. Вроде не повреждён. Но чувствуется что-то новое. И вскоре я понимаю что. Карман куртки оттопырен чем-то тяжёлым. Засовываю руку… и вытаскиваю дневник. Тот самый. Открываю его. Внизу всего написанного появляется последнее: Ищи заброшенный дом. Написано Стеллой.

Подбегает сестра.

«Том, что случилось, почему ты упал?»
«(в рассеянности) Послушай Лильен, я сам ещё ничего не понял, всё так странно произошло. Скажи мне только – почему вас не было рядом? Вы ушли куда-то, а потом меня заволокла эта тьма. И то что я видел дальше… тому просто видимо нет объяснения»
«Что? Что за чушь ты городишь? Мы никуда не уходили. Ты сам всё шёл, шёл, вдруг схва-тился за голову и упал. Мы ничего не успели сделать, сидели ждали когда ты придёшь в се-бя. А что ты видел?» (с сомнением)
«Я не знаю, это был какой-то бред, и я не могу сейчас ничего в нём понять. Вот, смотри»

Протягиваю записи. Случайно задеваю другой карман куртки, и из него падает конверт. С удивлением начинаю обшаривать себя. Поразительно, всё на месте, фото, ключ, пузырёк и даже выброшенный пистолет. Невероятно.

Подходит и Моника. Вместе внимательно изучают дневник.

«Чей это почерк?» (с удивлением и подозрением)
«Моей… (со вздохом) моей девушки»
«Что? У тебя есть девушка? А почему я об этом ничего не знала?» (с неподдельным интере-сом)
«А тебе есть до этого дело?»
«У тебя оказывается есть девушка! И при каких обстоятельствах я это узнаю!»
«И? Это что, круто изменило твою жизнь? Так разнообразило её новым знанием?»
«Да нет. Просто ты никогда не говорил, что имеешь ещё хоть кого-то кроме сестры. Я порой даже думала, что ты словно псих-одиночка. Ладно, прости, забудь. Вижу тебе это неприят-но»

Напряжённо вглядываюсь в неё. Что-то вижу, несомненно вижу, но что это? Не просто так уцепилась за это, неожиданно резко остыла, не вытягиваешь причин моего недовольства. Ты явно что-то скрываешь, темнишь Моника. Если тебе кажется, что ты мне так симпатична, то извини, здесь ты в глубоком пролёте. Меня интересует сейчас только то КАК ты попала в наш сон. И для чего.

«Всё нормально, не будем об этом. Скажи лучше, что именно ты видела там, у центра. Ты абсолютно уверена что это было хранилище?»
«А на что может быть похоже помещение с кучами документов и архивов? И тот мужчина… Он обещал помочь нам выбраться. Возможно он что-либо знает. Но я его не знаю, видела первый раз в жизни»
«Смотри, если что-нибудь будет не так… Это единственное место, которое похоже на твоё»

Заходим, осматриваемся. Ничего особенно примечательного, стеллажи, коробки с докумен-тами. Всё покрыто толстыми слоями пыли.

На столе персонала стоит раскрытая коробка, видно что часть бумаг разворошена, причём совсем недавно. Наклоняюсь и смотрю бирку. «Копии свидетельств о смерти»

Где-то в подсобном помещении хлопнула и защёлкнулась на замок дверь. Секунда на осо-знание, две на взаимный перегляд. Мы здесь не одни. Начинаем поиски. Через пару минут становится ясно – закрыта лишь уборная.

Громко стучусь, затем слушаю. Ответа нет. Видимо человек напуган и открывать вряд ли пожелает. Ломать дверь – пугать ещё больше. Что же делать?

В задумчивости провожу руками по карманам… и вновь касаюсь того ключа. Достаю его. Форма резьбы очень похожа. Пробую открыть… и вполне успешно.

Заходим все трое. За тумбой с зеркалом сидит мужчина на стуле в такой позе, словно решил облокотившись на неё немного вздремнуть. Притрагиваюсь к его плечу, но реакции нет. Поворачиваю его и с сожалением отмечаю, что нам уже не получить ответов на все вопросы. Он только что умер. На вид ему лет 60 с небольшим.

«Это тот человек, которого ты видела?»
«Эмм, да… но нет» (удивлённо-непонимающе)
«Что это значит – да, но нет?»
«Том, он очень похож, правда… Но в видении он был лет 30, а здесь он старик. Лицо похо-же, но ему словно добавили возраста. Разве такое возможно?»
«Я тоже не знаю, видимо здесь возможно всё, раз уж это сон. Мне интересно только одно – что нам делать теперь. Я устал бесцельно бегать кругами по этому городу и не понимать главной причины – почему нас затянуло сюда и не отпускает. Какого чёрта мы здесь забыли? Мертвецов должны отыскивать?» (с гневом и раздражением)
(Лильен) «Том, смотри, мне кажется или он что-то держит?» (неуверенно)

Действительно, этот человек пытался нечто сохранить перед смертью, зажав в руке и накрыв собой. Забираю это и осматриваю. Личный дневник в кожаном переплёте, а поверх него одно из свидетельств о смерти, взятое из коробки, на имя Ричарда Уильяма Денневера умершего в возрасте 32 лет по невыясненной причине во сне. Показываю бумагу Монике. Сходимся на мнении что отец не пережил смерти сына.

В дневнике вырваны все листы кроме нескольких последних.

«... я снова и снова слышу этот голос, всё громче, всё настойчивее он повторяет, что я мёртв. Безликие заполонили все улицы, я уже не представляю куда ещё от них можно спрятаться, они везде, везде куда бы я ни шёл.
Который раз уже мне всё мерещится эта коробка. Она стоит прямо под ногами и голос тянет, нудит: «Открой, открой…» И я наклоняюсь и тянусь открыть её наконец, но как только я касаюсь крышки – она исчезает. Что это за коробка, зачем я должен её от-крыть – одному Богу известно.
Я уже отчаялся в чём-либо разобраться, всё что я видел в тех своих видениях – это бред, куча бесполезных воспоминаний. К чему они ве-дут? Ни к чему. В бессильной злобе я вырвал все листы из этого днев-ника и хотел оставить от них одни клочья, ведь кто найдёт их там, где людей нет вообще? Кто узнает, что я здесь? Никто! Но что-то меня остановило. Я просто выбросил их в сторону и ушёл. И воз-вращаться не вижу смысла.
У меня нет больше никаких сил. Я просто останусь тут, пока не умру.
Ведь выхода отсюда нет»

Дальше он видимо писать просто не стал. Бедный старик, потерять пусть и взрослого, но сына…

Как только я закрываю дневник, по зданию вдруг прокатывается лёгкий толчок. Потом ещё один. Вдали что-то протяжно застенало. Свет понемногу начинает меркнуть.

(Моника) «Томас, бежим отсюда!» (с волнением)
«Согласен!»

Прихватываю всё, что нашёл и все трое выбегаем на улицу. Как только захлопываю входную дверь, из полумрака вдруг выбегает какое-то чудовище внушительных размеров и на полной скорости бежит на меня тараном, так же как и в отеле Вудсайд. От неожиданности отпрыгиваю в сторону, оно не успевает среагировать, со страшным треском пробивает дверь и летит куда-то вглубь.

Оставаться здесь больше никак нельзя. Пока оно не пришло в себя нужно скрываться. И де-лать это лучше по широкой Бахман врассыпную.

Пробежали во всё сгущающейся тьме два квартала, и тут… Я замечаю что над входом в Бал-канскую церковь горит уличный фонарь. Неужели здесь ещё есть кто-то живой?

Дружно вбегаем внутрь, я задвигаю засов на дверях. Только бы оно не прорвалось сюда. Иначе мы погибли.

Глава 2:

В зале светло, но пустынно. Строгие ряды лавочек для сидящих, вымытые до блеска полы, алтарь и крест над ним – всё как полагается. Но ни слушателей, ни проповедника, ни кого бы то ни было…

Я присаживаюсь на одну из лавок.

«Что теперь?»
«Не задавай таких вопросов, я знаю не больше чем ты. Снаружи бегает это чучело, и у меня нет ни малейшего желания с ним познакомиться. А мы – здесь, заперты, и без малейших по-нятий что теперь, куда теперь и что вообще происходит» (отрешённо и с нотой отчаяния)
«Не торопись, давай мыслить логически. Если мы сюда попали – то тем же путём можем и выбраться»
«Мы во сне! Тебе известен этот путь? И пока мы не можем даже понять ни одной причины, по которой сюда попали. А без этого ты можешь идти на все четыре стороны, я не держу. Как выберешься – сообщишь» (поднимаю на неё взгляд)
«И что ты предлагаешь? Сидеть здесь в церкви и ковырять в носу?»
«Мне интересно, что можешь предложить в этом случае ты»
«Нужно уходить, искать любую возможность, я не собираюсь оставаться здесь!»
«Вы никуда не уйдёте. Улицы полны чудовищ и все дороги заблокированы. Вы ведь не хотите рисковать своей жизнью?»

Чужой голос со стороны. Я оборачиваюсь… и моему удивлению нет предела.

«Что-о-о-о-о??? Но, но, но… н-но как??? Ведь вы же мертвы!!! Мы совсем недавно видели ваш труп!!!»

В боковом проходе от алтаря стоит тот самый старик из хранилища, одетый в строгий офи-циальный костюм со шляпой в руке.

«Я умер? Какой вздор! Я в полном здравии, как в принципе сейчас вы и видите»
«Но как же мы тогда видели вас там? Я лично проверил, ошибки быть не может»
«Уверяю вас, со мной всё в полном порядке. Возможно вам привиделось, тем более в этом кошмаре. Да, простите, я забыл представиться. Меня зовут Ричард Уильям Денневер» (про-тягивает руку)

Кажется я впал в ступор. Протягиваю ему свидетельство о смерти.

(изучив его) «Абсолютный вздор, полнейший бред. Я в полном порядке. Выкиньте это или оставьте себе. Не желаю этого видеть»
«Хорошо, вы живы, это даже лучше. Сейчас вопрос в другом: как оказались здесь вы, и для чего мы? Почему мы не можем проснуться?»
«Ну, для начала обо мне. Я приехал с семьёй в этот город довольно давно, поэтому могу счи-таться одним из старожилов. Хотя за последнее время столько всего случилось… Порой ка-жется, что нужно убегать отсюда. Но, как видите, некуда»
«Пусть так. Но как же тогда сюда попали мы? Тем более если это сон?»
«После разделения на светлую и тёмную часть город утратил грани реальности. Как можно заметить даже время пытается обходить это место стороной. Хотя всё и кажется здесь таким старым и ветхим. Но на самом деле каждое событие, каждый предмет здесь лишь обман, лишь иллюзия. И уж коли по-вашему это сон, то каждая иллюзия – это подсказка, причина вашего присутствия тут. Вы сами должны понять, что видите перед собой Томас. А мне ка-жется пора» (одевает шляпу и направляется к выходу)
«Откуда вы знаете моё имя? Я ведь кажется не представлялся» (с сомнением и недоверием)
«Мы ещё встретимся Томас, и я уверен нам будет что при этом обсудить. Но это время ещё не пришло. И до тех пор у меня есть несколько незавершённых дел»
«Скажите хоть что нам делать? Где искать эти чёртовы подсказки?»

Перед самой дверью он вдруг оборачивается и смотрит мне прямо в глаза. И во взгляде его читается то ли сожаление, мол ничего ты не знаешь ещё Томас, а когда узнаешь – вынесешь ли ту правду? То ли ожидание, окажешься ли ты силён, сможешь ли дойти до конца, дожить до той встречи. Есть и ещё что-то в этом взгляде, но здесь я уже не могу понять что именно вижу.

Отвернувшись и не сказав более ни слова, он открывает дверь и уходит куда-то во тьму. Я закрываюсь снова и сажусь.

Спокойно сидели мы очень недолго. Одно из окон-мозаик разлетается вдребезги и в пролом прыгает то существо.

«Лильен, Моника, быстро под скамейки! Там ему вас не достать»

Я истратил едва ли не все патроны, что у меня были, пока это нечто бегало за мной по про-ходам. Наконец последним выстрелом убиваю его прямо на ходу в центре. Тело по инерции пробегает вперёд, цепляется за алтарь и всей своей массой, словно строительной гирей летит прямо через него в стену. От удара та содрогнулась и пошла трещинами. Большой крест, качнувшись и не удержавшись, упал, пробив своим изголовьем в тех трещинах большую дыру.

Обе спутницы вылезают из своих укрытий, я убираю оружие. Вокруг вновь опускается пелена мертвенного спокойствия и тишины. И всё бы казалось даже ничего, но идиллию окружающей картины портят куча разноцветных осколков, разлетевшихся по всей кафедре, и густое облако пыли из стенной побелки, повисшее в воздухе.

Они подходят к нему, одна с интересом и небольшим отвращением, вторая в трепете и с не-скрываемым страхом. Да сестра, это тебе не тот обычный мир, где можно безнаказанно де-лать глупости и выводить из себя. Здесь правит то, с чем твой разум не в состоянии спра-виться. И ты ослабла, пала духом, ты видишь перед собой, но не веришь. И от этого начина-ешь сходить с ума.

(Лильен) «Том, что это?»
«Не знаю, очередное чудо с фабрики кошмаров»
«Почему ты говорил, что у тебя нет желания его видеть? Ты что, уже встречал его до этого?»
«Да, но тогда я его убил. Видимо это ещё одно»

Печально опускается на лавку, закрывает лицо руками и застывает. Не хватает мне только здесь нервных срывов. Я понимаю, что такое трудно видеть, но мы все здесь заодно. И ты не исключение. Будь сильной.

(Моника, от стены за алтарём) «Том, подойди-ка сюда!»

Голос уверенный и чем-то заинтересованный. Я оставляю Лильен и подхожу.

«Смотри!»

За дырой в штукатурке, что пробило упавшее распятие, виднеется что-то тёмное и с выпук-лым узором, словно барельефом. Это никак не подходит к оформлению стены. Видно здесь пытаются что-то скрыть. Я достаю кусок трубы и начинаю отдалбливать последние преграды к этой тайне.

Заканчиваю и отхожу. Это дверь, тёмная деревянная дверь с красивой рельефной резьбой. Странно, с какой целью она была заложена? Я притрагиваюсь к ручке и тяну её на себя.

Темно. Вслепую провожу рукой вокруг себя и натыкаюсь на масляную лампу, стоящую на тумбочке внизу. В её поддоне лежит коробок с несколькими спичками. Я освещаю комнату.

Бог мой, что это за комната? Повсюду на расставленных тумбах лежат какие-то книги, укра-шения и предметы, больше похожие на ритуальные. Наверху на шкафах скручены рулонами разные картины, одна из них расположена на стене слева от входа. На ней изображён вели-чавый то ли ангел, то ли демон со змеем на плече. Внизу надпись: Самаэль. До этого я до-вольно мало бывал в церквях, но здесь дело настолько очевидно, что не остаётся подозрений – всё это пахнет сектантством.

В одной из тумб я нахожу несколько пачек патронов – что, убедительные аргументы против неверующих? -, фонарик и батарейки к нему.

Оглядываясь снова замечаю, что из стены с картиной чуть по бокам словно виднеются про-светы. Догадка мелькает где-то в мозгу и я решаю проверить. Повернув ещё одну закреплён-ную лампу на стене обнаруживаю, что она есть рычаг. Стена отъезжает представив ещё один скрытый проход в комнату из которой вышел старик.

В ней светло и всё довольно обычно – скамья, небольшой столик с кипой христианских книг и столь же небольшая тумбочка рядом. На ней лежит фотоальбом. Снимки немного пыльные и на всех них видимо и есть те самые люди из клуба сектантов. Есть большой снимок всех на фоне большого особняка. «Второе собрание». Я достаю его из обложки и рассматриваю. Странно, по их виду никак не скажешь что они пришли вызывать самого дьявола. Простые улыбчивые лица, никакого официоза, разве что стоят одной группой.

Уже было потянулся вставить его обратно, как вдруг мне что-то померещилось. Беру снова, разглядываю внимательно… и опешиваю. Второй справа в среднем ряду стоит Стелла.

Глава 3:

Похоже моё замешательство отразилось и снаружи, поскольку это замечает Моника. Она подходит, вглядываясь сначала в меня, потом в фотографию.

«Это она? Твоя девушка?»
«Да, но какое тебе до этого дело?»

По её лицу пробегает тень злой усмешки, мол и не таких мы ещё видали.

«Что, связалась с сектантами? А ты и не знал?» (язвительно и с иронией)
«Ты не знаешь что говоришь. Она не была такой»
«Ну да, не была. А тут взяла и сфотографировалась просто так, за компанию»

С трудом сдерживаю гнев на эти слова, но и самого меня мучает вопрос: как же могла ты оказаться там? Ты, не верившая ни в какую чушь, не поддававшаяся ни лести ни лжи, и вдруг стоишь здесь и как ни в чём не бывало улыбаешься. Нет, я не верю в это.

«Если она была там, значит скорее всего она имеет ввиду именно этот дом. Секта могла рас-пасться, а дом забросить. Быть может в нём осталось что-то важное»
«Хорошо, и где он находится?»
«В этом вся проблема. Мы жили здесь довольно долго, но я никогда не видел такого здания на улицах города. Более того, если там находится центр секты, то я думаю что ему негде быть кроме как в лесу»
«И что нам делать?»
«Единственный вариант – это проверить все въезды в город со всеми прилегающими доро-гами. Возможно, мы что-нибудь найдём»

И тут же впадаю в раздумья. Выездов из города всего 4, проверять их все довольно долго. Хотя нужно ли – ведь к югу Натан нет ничего, кроме туннеля, и дорога идёт в гору. Невоз-можно расположить там жилой дом. А в начале Бахман пропасть за той сторожкой, откуда всё началось. Удивительно, но я всё ещё помню начало, то, как я сюда попал. Сколько уже времени прошло с этого момента, а я только сейчас уловил ту гнилую нить, что привела меня в этот всеми забытый мир.

2 выхода из 4-ёх закрыты. Остаются лишь 2: восток Мидвэй и запад Натан.

Авеню Мидвэй было заложено одним из последних перед тем как мы покинули город. И, быть может совпадение, но и в том районе находится ещё одна церковь и кладбище. Неуже-ли особняк находится там? Место весьма подходящее, ведь кому из обывателей придёт в го-лову, что у умерших вполне могут быть вполне реальные живые соседи.

Я смотрю на сестру. Внешне старается удержаться, не подаёт виду, но в глазах видна вся та адская каша, что твой рассудок пытается размешать.

«Лильен! (поднимает голову) Мне кажется я нашёл часть объяснения почему мы здесь. Но многое всё ещё не понятно, нам нужно продолжить поиски. Ты готова помочь?»
«Серьёзно? И мы сможем выйти отсюда?» (в лице появляется слабая улыбка надежды)
«Я сам очень на это надеюсь»
«Хорошо, я постараюсь чем смогу»

Путь долог: Блок – Кричтон – Мидвэй. Что ждёт нас там?

И перед тем как захлопнуть входные двери церкви я вдруг замечаю надпись под потолком над тем местом, где висел крест. Она гласит: «Призови имя Господне – и ты спасёшься»

…

Тьма с улиц ушла. Вновь спокойствие и плотный белый туман вокруг. Но появилось и нечто новое. Эти существа, хм… Они сильно похожи на людей, но их движения, их походка боль-ше напоминает движения роботов или кукол. А лица… Их вообще нет, словно у манекенов из магазина. И тут я вспоминаю слова из дневника Ричарда: «Безликие, заполонили все ули-цы…». Видимо это они и есть.

Не спеша пробиваем безопасную дорогу к месту, уже поворачиваем с Кричтон на Мидвэй…

(Моника) «Том, я тебя люблю»
(рассеянно) «Что?»
«Том, я тебя люблю, ты мне нравишься» (немного громче и твёрдым голосом)

И тут до моих ушей доходит смысл сказанного. Я останавливаюсь и в немом удивлении смотрю на неё.

«И это говоришь мне ты? После всех ссор и разговоров?»
«Забудь о них, я исправлюсь. Я хочу остаться с тобой» (несколько застенчиво)
«У меня есть любимая. И ты ей не чета» (чётко и бесцеремонно)
«Так ведь она мертва. И к тому же была сектанткой, много ли ты знал о ней тогда?»
«Это совершенно ничего не меняет, а то как она оказалась на фото – я ещё выясню, состояла она в секте или нет»
«То есть её ты предпочитаешь больше?» (холодно и со злобой)
«Да, мы познакомились очень давно. И я очень её люблю»
«Знаешь, а пошёл ты тогда Томас Лоузли (голос резко наполняется ненавистью). Мне-то ка-залось сидит рядом человек, с виду ничего, взгляды на жизнь имеет, а живёт лишь с сестрой и ни с кем не знакомится. Значит думаю он одинок. Оказывается я ошиблась, и он предпо-чтёт меня сектантке. Но ничего. Прощай, Томас!»

Она отворачивается и идёт в другую сторону улицы. Я бегу за ней.

«Моника, постой, мы можем просто остаться друзьями! Остановись, тебя одну убьют!»

Идёт склонив голову, то ли плача в бессильной злобе, то ли просто пытаясь подавить её. И на мой голос не отвечает.

Я притормаживаю на месте. Вскоре её силуэт исчезает за плотными клубами тумана.

…

Оборачиваюсь и смотрю на Лильен. В её лице читается целая гамма чувств, она впервые увидела что за меня оказывается есть кому спорить.

Немо киваю ей головой в сторону – пойдём, у нас ещё есть дела. Она соглашается, и мы сле-дуем дальше.

Вот и конец. Мы встаём и оглядываем всё вокруг. И да, проклятье, я ошибся. Выезд здесь заложен непроходимой стеной и строительным мусором.

Я подхожу и начинаю забираться на эту гору, аккуратно ступая чтобы не упасть. Стена мо-жет быть ложной и нужно убедиться в этом. Но увы, на самом верху я вижу за её краем лишь белёсую мглу, не ведущую никуда…

Сзади раздаётся какой-то шорох. Я оборачиваюсь…

«Лильен, Лильен!!!» (кричу)

Она пропала. Ни возгласа, ни криков о помощи, ничего, только один звук. Как же так?

Я спускаюсь вниз в надежде что-нибудь увидеть, но что можно тут разглядеть? Ни крови, ни следов, н-и-ч-е-г-о. Я присаживаюсь, закрываю глаза руками чтобы подумать ни на что не отвлекаясь, но тут вдруг из кармана раздаётся громкий треск радио…

Часть 4 – Есть ли здесь правда

Глава 1:

Открываешь глаза посмотреть в чём дело и в сильном испуге отшатываешься и заваливаешь-ся на спину. Ты помнишь что буквально мгновение назад было светло и спокойно, но сейчас вокруг чёрная непроницаемая тьма и прямо перед тобой стоит толпа монстров! Ошарашен-ным взглядом озираешься по сторонам. Мусора сзади, как и света словно и не было. Един-ственное что осталось – это лист бумаги под рукой, который ты только что нащупал. Хвата-ешь его и на карачках отползаешь в сторону.

Переведя дух и немного успокоившись понимаешь, что чудища на тебя не среагировали, даже не шелохнулись. Они спят. Поднимаешься на ноги, отряхиваешься от пыли, включаешь фонарь и заглядываешь в найденный лист. На нём проступают строчки: Путей будет много, но выбери верный. Из нескольких будет он только один. Снова рука Стеллы. Неужели ещё один сон? Но почему все предметы тогда с тобой, всё что найдено?

Достаёшь её дневник и вкладываешь в него запись. Затем поворачиваешься оглядеться, но сзади стена как стояла – так и стоит. Значит выход не здесь, и остаётся лишь единственный вариант – запад Натан и его глухие леса Паллевиль. Если и там нет ничего – это конец.

Акадиа и Уивер стрит позади, необычно тихие, разве что с редкой стрельбой. Осталась лишь длинная Сэндфорд.

Подходишь к повороту на Кричтон… и тут откуда-то спереди раздаётся лязг металла. Сосре-доточившись и с оружием наизготовку начинаешь изучать окрестности.

Приближаясь к гаражам у маяка становишься свидетелем немой сцены: на старика что был в церкви напал один из бродячих повсюду манекенов и привалив его к старенькой машине пытается или съесть, или задушить. Старик в свою очередь пытается присесть и дотянуться до ломика, который видимо и нашёл здесь для обороны, и звук падения которого и привлёк твоё внимание.

Несколькими выстрелами успокаиваешь уже начавшее было побеждать нечто, оно растяги-вается на полу. Ричард кряхтя начинает приводить себя в порядок.

«Спасибо мистер Томас, если бы вы не подоспели вовремя – я был бы мёртв»
«Что вы здесь делаете Ричард?» (подозрительно)
«Я хотел завести эту несчастную колымагу, но безрезультатно. А потом на меня напало то что вы видите под ногами. Насчёт остального вы уже в курсе»
«Для чего вы пытались завести машину? Ведь вы знаете не хуже меня что уехать отсюда не-возможно!» (ещё более подозрительно)
«Попытка не пытка Томас, я просто хотел проверить это на деле. Нас не могут держать здесь вечно, и рано или поздно хотя бы один выезд да откроется. И я был бы тут как тут»
«Хорошо, ладно (смущаюсь). Послушайте, вы не видели сейчас здесь поблизости хотя бы одну из моих спутниц?»
«Ваших спутниц, поблизости? Хм, кажется когда я спускался сюда по улице сверху я видел ты высокую черноволосую девицу что была с вами в храме (это Моника). Я было окликнул её, но она на меня так взглянула и пошла в другую сторону»
«А вторую?»
«Вторую? Нет, не видел»
«Что вы теперь собираетесь делать?»
«Я рассчитываю дойти до своего дома и остаться на время там. Но дорогу мне преграждают как вы сами видите некоторые личности (указывает)»
«Это о них вы писали в своём дневнике как о безликих?»
«Что? Дневнике??? (на несколько мгновений потерялся и задумался) Ах да, дневнике (как-то странно улыбнулся). Да, я повсюду их вижу, город кишмя кишит. И они сильно усложняют мне жизнь»
«Так может мне стоит вас проводить? У меня есть чем защищаться» (показываю)
«Нет спасибо, мистер Томас. Я человек старый, и смерть уже не так пугает меня чтобы бе-жать от неё. Да и к тому же в моём доме есть некоторые вещи, о которых я не хочу распро-страняться, так сказать мои личные секреты»
«Ну что ж, это ваше право. Хотя можете и передумать»
«Согласен, но не буду. Ладно, мне пора идти» (вновь одевает шляпу и уходит)
«Постойте, а как же тот разговор, в котором как вы сказали нам будет что обсудить?»
«Да, я помню, но давайте не сейчас и не здесь об этом Томас. Иначе не ровен час нас съедят»
«Но как же?..»
«У нас будет время и место, но после. Удачи вам»

Он поворачивается и уходит во мрак.

Некоторое время стоишь в раздумьях. Как-то довольно необычно он отреагировал на упоми-нание о дневнике, словно не знал о чём речь. И эта его улыбка…Хотя он наверно просто забыл, старческий маразм и только. Неопределённо хмыкнув отправляешься в путь.

…

Конец Сэндфорд, поворачиваешь на запад Натан. Но сделав несколько шагов встаёшь в смя-тении.

Дорога обрывается. Ты стоишь на самом краю её и смотришь вниз под свои ноги. А под ни-ми разверзла свою пасть всепоглощающая бесконечная бездна, та что не имеет ни конца ни края.

Стоишь, и буря чувств начинает одолевать изнутри, сжигать, давить тебя всё сильнее пламе-неющим страхом, отчаяньем: неужели выхода отсюда нет? Ведь возвращаться назад смысла нет, в городе гуляет лишь смерть по улицам во всех возможных её проявлениях. Она властвует здесь безраздельно и кажется ты уже начал покоряться ей.

Оборачиваешься назад и видишь: это билет в один конец. Смотришь под ноги – и это в дру-гой. Больше вариантов нет. И тут вдруг в памяти всплывает момент, когда ты уходя из церк-ви последний раз взглянул вокруг. И на стене напротив была надпись: «Призови имя Гос-подне – и ты спасёшься»

И сейчас ты понимаешь: если есть Бог здесь – он услышит, если нет - … Опускаешься на колени и с сокрушённым сердцем и смятённой душой начинаешь: «Господи, прости меня, за то что…»

Ты молился не очень долго, но когда закончил то вдруг ощутил в себе тепло и спокойствие.

Открываешь глаза. Перед тобой хорошая и целая дорога, словно и не было той пропасти. А справа где-то в глубине леса засветилась звезда, словно указывая путь. Видимо Бог здесь всё-таки есть, и только что он помог тебе. Ты встаёшь и идёшь к той звезде.

Глава 2:

И вот она угасает в твоих руках. Поднимаешь взгляд – и вот оно, то самое место. Дом двух-этажный, не гигантских, но довольно внушительных размеров, из такого вполне мог бы по-лучиться отель пригородного типа. Вытаскиваешь снимок и всматриваешься в детали. Судя по всему снимали его на террасе позади дома, поскольку здесь у ворот нет ни одного похо-жего места. Значит во что бы то ни стало ты должен попасть именно туда.

Перед тем как войти замечаешь слева от двери табличку на стене: Дом построен и принадлежит мистеру Уильяму Стэнли Денневеру и членам его семьи за большой вклад в развитие здравоохранения города. Отец старика, Уильям Стэнли? Это что получается, здесь родовое гнездо?

Дотрагиваешься до ручки двери, тянешь, но она не поддаётся. Наклоняешься посмотреть что с замком – и изо рта невольно вылетает проклятие. Он кодовый, причём кодом служит надпись из 5 непонятных клинописных знаков. Чёртовы культисты видимо боялись непро-шенных гостей, потому и засекретили доступ к любой возможной информации. Только что придётся делать тебе?

Оглядываясь по сторонам, смотря под ноги… замечаешь что из-под входного коврика что-то торчит. Наклоняешься и поднимаешь чистый белый лист. Правда несколько сырой, что впрочем неудивительно из-за постоянно висящего здесь тумана. Быть может стоит подсу-шить его теми каминными спичками что лежат тут в почтовом ящике?

Поджигаешь, сушишь… и на листе вдруг проступает последовательность знаков, но таких нечётких, таких бледных, что ты решаешь подвести их чернилами из найденного когда-то тобой пузырька. Додумались ведь, ничего не скажешь. Подбираешь нужное на замке и с лег-ким щелчком двери наконец входишь.

Темно и пустынно. Освещаешь лучом фонаря холл и в этот момент где-то сверху скрипнули шаги. Поднимаешься на второй этаж и начинаешь искать источник. Вскоре видишь что за дверью библиотеки мелькают проблески света. Толкаешь… и снова закрыто.

Надпись на листе, аккуратно приклеенном к двери: Поскольку дети мешают и ча-сто меняют книги в шкафах местами – я придумал один хитро-умный способ и теперь библиотека открывается ровно в 8 часов вече-ра, когда все немного успокоятся. Уильям Денневер.

Странно, что ещё за хитроумный способ?

Слева от двери стоят большие напольные старые часы с пляшущими фигурками при каждом перезвоне. Стрелки циферблата остановились на 7:59.

Открываешь их, трогаешь, пытаешься сдвинуть, но ничего не происходит. И тут замечаешь, что в передающем механизме сломаны несколько шестерёнок. И найти им замену не пред-ставляется возможным.

Что же делать? Немного подумав, снимаешь свой кулон с цепочки и, замкнув, примеряешь её на длину. Хватило едва-едва. Одеваешь, но ничего не происходит вновь. Нет завода. Осматривая завод удивляешься – какой странный механизм. Маленькое перекрестие, как ключ должно быть повёрнуто несколько раз для приведения всех деталей в действие. Поте-ряв несколько минут, я вдруг вспоминаю о таинственном амулете, найденном мною в боль-нице. Достав его отмечаю с некоторым изумлением, что центральный крест идеально по размерам подходит для этого. Примеряю, проворачиваю, и через несколько мгновений стрелки отмеряют ровно 8:00, и вместе с мелодией раздаётся тихий щелчок подобранных замков. Действительно хитро придумано. Забираешь цепь и входишь.

За журнальным столом сидит старик и что-то внимательно изучает.

«Ричард, это вы?»
(оборачиваясь) «Томас? Как вы меня здесь нашли?»
«Дорога привела меня сюда.(немного помолчав и собравшись с мыслями, доставая снимок) Скажите что это? Я знаю, что это фото было сделано в этом доме»
(со вздохом) «Вот и пришло нам с вами время того разговора. Присаживайтесь»
«Спасибо, я постою»
«Как знаете. (начиная расхаживать по комнате) Мой отец, мистер Томас, приехал в эти места ещё в молодости. К тому времени он заканчивал своё медицинское образование по классу фармацевтики, которые к тому же изучали свойства и лекарственных растений, и на их основе могли разрабатывать и сами новые лекарства. В чем мой отец и преуспел, имея незаурядный талант как бы сказать алхимика. Изучив ближайшие окрестности города, он открыл несколько новых видов растений, из которых, впоследствии изучив все их свойства, изобрёл несколько специфических растворов. Это очень помогло местным горожанам и в знак благодарности они построили и подарили нашей семье этот великолепный дом. К завершению его постройки и родился я»
«И? Какое отношение это имеет к нам?»
(не обратив внимания) «Отец думал что я появился на свет с теми же талантами, что и у него, и поэтому с самого детства пытался передать мне свои знания. Здесь он конечно был прав, но увы – не во всём»
«И как? Это было успешно?»
«Во многом да, мне и самому в какой-то мере это было интересно. Но когда он умер я поду-мал – быть может, судьба уготовила мне свой личный шанс, который я возможно сейчас и упускаю. И в том порыве, поиске себя я временно уехал отсюда на несколько лет. Я пытался изменить что-то, чем-то увлекался, тянулся к неизвестному. Но время шло, и однажды я про-сто понял, что остался у разбитого корыта. Мне пришлось вернуться сюда, к родному дому, и заняться тем единственным, что я умел»
«…»
«Первое время я работал на испытаниях новых методов лечения в госпитале Алхемилла. Потом меня заприметили и повысили в должности до лаборанта, который отвечал и за поставку и хранение лекарств. И в этот момент я познакомился с Майклом Кауффманом»
«Кто он такой?» (не выдержав и присев наконец к столу)
«На тот момент один из старших врачей в госпитале. Однажды он забежал ко мне в лабора-торию с одним очень странным цветком и спросил, что как сын травника не знаю ли я этот вид. Рассмотрев растение я понял, что именно такого я как раз никогда не видел. Я забрал его домой в надежде, что записи отца прояснят ответ, но к своему удивлению обнаружил, что и отец не знал этого цветка. Получается мы нашли новый вид»
«Что дальше»
«При изучении цветка мы наткнулись на одно интересное его свойство. У принявших в пищу его сок временно помутнялось сознание и то состояние, которое они пытались после описать – оно просто не могло быть объяснено здравым рассудком. Мы несколько раз совещались, пока однажды не придумали, как нам обратить этот факт себе на пользу»
«Другими словами вы просто изобрели наркотик»
«Совершенно верно. И с того времени я считался ответственным за него поставщиком. В город стали всё чаще приезжать туристы, народу нравилось здесь. Мы торговали по-тихому, бизнес процветал. И всё бы кажется так и шло дальше. Но Майкл взял и просто однажды всё похоронил»
«Как это?»
«Было дело»

Глава 3:

«В один не столь прекрасный день он познакомился с некой Даллией Гиллеспи. Она и так была сама по себе странная, а под воздействием наркотика и вовсе становилась безумной и начинала нести непонятную чушь про какого-то бога Самаэля. Но всё это было бы полбеды, если б она просто говорила. Она ведь однажды решила возродить его в человека. Мало того, она увлекла этим и Майкла. Они создали некое подобие культа, в который пришлось войти и мне. Мы проводили тайные собрания, общались на разные темы и прочее, но всё это было мишура. Главными были лишь те двое»
«Постойте, но какое это отношение имеет ко мне и моей девушке?»
«Не перебивайте. Вскоре после первого собрания был проведён ритуал возрождения, но при нём была допущена серьёзная ошибка, в результате в мир пришла лишь одна полу-сущность этого бога, причём довольно мощная и злая. Я знал, что Далие нельзя доверять и, судя по всему, произошедшее было её виной. Ритуал возрождения второй половины было решено отложить до лучших времён. И вот тут мы подбираемся к вопросу о вас и вашей семье. Ведь через некоторое время после первого ритуала в культ была принята ваша супруга»
«Как это случилось?»
«К сожалению я не могу знать причин которыми она руководствовалась при зачислении в наше общество, мистер Томас. Но она довольно упорно стремилась это сделать и в результа-те смогла. Через некоторое время мы смогли провести и второй ритуал и призвали и вторую сущность Самаэля. Но что-то вдруг пошло не так, возможно по той причине, что эти две сущности совершенно не могли соседствовать. Да и в бизнесе начались серьёзные пробле-мы, поскольку от передозировок наркотика скончалось много людей, в том числе и чиновников города, таких как мэр и шеф полиции. Мир начал рушиться»

Он остановился, печально глянул в пустое тёмное окно, потом снова на тебя и продолжил.

«Люди начали уходить из нашего общества. Далия вне себя от гнева попыталась уничтожить первую призванную часть, что была в её старшей дочери Алессе. Её заперли в доме и подо-жгли. Но той сумасшедшей видимо было невдомёк что этим бога не убьёшь, а только разо-злишь. (сокрушённо опустив глаза) И она решила, что раз не получается у неё, значит кто-то другой должен сделать всё заново и объединить две половины в одном теле. И выбор пал на вашу жену. Я сожалею»
(в непонимании и наливаясь гневом) «Что-о-о-о-о-о???!!! Вы с ума сошли??? Натворили дел, а кто-то разбирайся за вас?! Чем вам могла помочь Стелла после всего этого?»
«Я с вами полностью согласен, она даже подумать не могла, как расхлёбывать такую кашу. К тому же она довольно мало была на собраниях, видимо семейная жизнь тяготила её больше. И когда она узнала что именно ей предопределили, то заявила прямо и открыто, что не потерпит такого отношения к себе и за наши ошибки отвечать не собирается. Гиллеспи на правах лидера пыталась настоять, но ваша супруга была непреклонна. В результате Далия прокляла её. В ответ ваша жена сказала, что общество её больше не интересует и она уходит. Но сумасшедшая судя по всему ещё имела планы на неё. Вечером я слышал как она бормотала какую-то ересь в своём кабинете, и в её словах проскальзывало имя вашей жены. Тогда я не придал этому особого значения, но через несколько дней нам стало известно что ваша супруга погибла в автокатастрофе. Выходит что она была проклята на смерть»
(закрыв лицо руками и потерянным голосом, почти шёпотом) «О Господи!»
(участливо) «Правда не лечит, мистер Томас, правда калечит. Мы пытались найти вас после этого, чтобы всё объяснить, но не смогли. Дома нам сказали, что вы в больнице и никого не принимаете. И мы оставили свои попытки. Теперь вы знаете всё, что должны были знать, и у вас есть время всё это обдумать. Я же оставлю вас пока одного, поскольку мне ещё нужно прибрать некоторые вещи здесь внизу. Я скоро вернусь»

Выходит из библиотеки и шаги гулко удаляют его по коридору.

Глава 4:

Ты остался один. Сидишь упершись локтями в стол, ладонями в лицо и безмолвствуешь, не издаёшь ни звука, само спокойствие. Но если б ты решился выпустить хоть слово, хоть эмо-цию из того что сейчас испытываешь – этот дом бы сотрясло. Ты ненавидишь в данный мо-мент всех, всё и вся… но ты сидишь и молчишь.

Ты само терпение, само благоразумие Томас. Ты помнишь все эти моменты что назвал тебе старик, но ты не думал что за этим стоит, не мог даже помыслить чем это обернётся. И те-перь за всё это расплачиваешься именно ты, сеньор Томас Лоузли. Но ты молчишь – и дела-ешь правильно. Ведь не виноват никто кроме…

Стелла, родная, почему? Почему ты так стремилась в эту секту, к этим недоумкам, что они могли наплести тебе? Ты никогда не верила в сказки если кто-то пытался тебе их навязать. Нет, я не верю, и никогда не поверю, что ты могла так сделать.

И сейчас, перебрав всё и разложив по полкам, всё что ты узнал вдруг ощущаешь – это и есть истина. Ты знаешь – то что надо – и идти стоит только так. Хотя… у тебя к Ричарду осталась ещё пара вопросов.

Встаёшь, оглядываешься, словно ты здесь только что. Старик сказал что будет внизу и уточ-нить оставшееся.

Спускаешься по лестнице, идёшь по холлу, как вдруг за гардеробной…

«Ричард, куда это вы так спешите?»

Он вынырнул из-за угла так, словно спешил на последний в своей жизни поезд. Судя по ударенной и занывшей руке – мог бы и успеть, причём с большой долей вероятности

«Я рассказал вам всю правду, а вы так поступили со мной? Нет уж мистер Томас, больше я для вас ничего не сделаю. Вам следует соблюдать хотя бы учтивость, когда люди делают вам простое одолжение» (с гневом и ненавистью)

Вглядываешься в него получше и удивление растёт с каждой минутой. Одежда местами по-рвана, на лице крупные синяки. Не иначе как кто-то его избил, причём довольно сильно, но кто бы это мог быть?

«Что с вами, кто вас избил?» (с явным непониманием и недоумением)
«Не задавайте дурацких вопросов чтоб не получить на них столь же дурацких ответов. Вы прекрасно знаете, кто это сделал»
«Нет, я не знаю»
«Это вы и сделали. И если вы решили издеваться надо мной, то вы ошиблись. Помогать я вам также больше не стану. И единственное что я сейчас хочу сделать – это откланяться пе-ред вами» (надевает шляпу и бежит на выход)
«Постойте, но как я мог вас бить? Ведь я был наверху в библиотеке, и…»

Он выбежал, со всей силы хлопнув входной дверью. Озадаченно смотришь вслед и думаешь: что могло произойти пока ты был наверху? От чего он так бежал? И каким образом наконец его мог избить именно ты, сидя в это время на самом деле в библиотеке?

В задумчивости оборачиваешься в ту сторону откуда он бежал, и тут вдруг под ногой что-то звякает. Наклоняешься и поднимаешь в руке ключи. На бирке надпись - «Подвал». Видимо старик выронил их при столкновении с тобой. Стоит посмотреть какие срочные дела могли быть у него в подвале, ведь уходил он поспешно, словно торопился.

Странно, хоть ты и нашёл сейчас эти ключи, но внутри вдруг появилось чувство тревоги, чувство того, словно ты взамен что-то потерял. Оно встало в душе комом и попытки отвя-заться и думать о другом не приводят ни к чему. Быть может и ты обронил что-нибудь в этой стычке? Оглядываешься, проверяешь карманы на предмет утечки, но всё вроде бы на месте. Интересно, что может быть причиной этому?

Ладно, разберёмся после. Подходишь к двери подвала, открываешь и спускаешься по лест-нице вниз.

Там также темно, но как-то по-особому зловеще тихо. И свет фонаря рассекает пространство вокруг, словно луч прожектора корабля в бурю в надежде увидеть хоть один намёк на спасе-ние. Или словно он способен разбудить целую армию живых кошмаров, что притаились по углам в одном ожидании что ты посветишь на них.

Первая комната справа. «Конференц-зал». Здесь они видимо и проводили свои собрания. На столах лежат какие-то книги, листы, документы, но в них ничего полезного. Выходишь в коридор.

Табличка на следующей двери – «Личный кабинет». Смотришь на замок… и диву даёшься.

В нём нет ключевой скважины, абсолютно никакой. Более того, закрывающие шкивы видимо находятся в стене и приводятся в действие каким-то механизмом. Их 7, но один не задвинут. Как же можно открыть это? Уверен, многие ответы хранятся именно там.

Следующий - винный погреб. Не отказался бы ты и от вина, но вход изнутри завален настолько, что дверь едва можно дёрнуть, видно лишь что она не заперта.

Последняя надпись – «Хранилище». На удивление легко открылось. Но ещё большее удив-ление ждёт внутри.

Светло от горящих масляных ламп. Вдоль одной из стен стоят шкафы со всякой всячиной: книги, картины, бутыли и пузырьки с разным содержимым, религиозная символика, ворохи бумаг. Но в этом нет ничего интересного. Тем более по сравнению со стеной противополож-ной. Ведь вдоль неё расположены 7 каменных столбов от пола до потолка. На каждом при-креплена бронзовая пластина с выбитым текстом, и под каждой табличкой высечены три кнопки. Вчитываясь понимаешь что на пластинах выбиты загадки, а кнопки – это варианты ответа на них. Судя по всему это и есть открывающий механизм от замка в кабинет. Инте-ресно, кто мог придумать, а главное и оформить такое? Вдумываешься в загадки, отвечаешь. И с каждым нажатием кнопки где-то в холле раздаётся слышимый щелчок. Лишь одна загад-ка осталась тебе непонятной и ты не нажал ничего.

Возвращаешься к кабинету. Всё как ты и ожидал, ничто больше не мешает узнать тайн скрывшихся здесь.

Темно. Поводя фонарём видишь на столе массивный ключ от той самой террасы. Подходя к нему замечаешь, что по полу разбросаны какие-то листы. Берёшь в руки один и узнаёшь по-черк Ричарда из дневника. Собираешь все до единого, вставляешь на место… как вдруг они прирастают, словно и не были оторваны… и из глубины дневника раздаётся тихий шорох…

Открываешь последние страницы… и в ужасе роняешь всё на пол. Те листы, что изначально были чисты и не дописаны, начинают покрываться новыми строчками! Невидимой рукой мертвец дописывает все, что должен был, но не успел. Ты садишься и начинаешь читать это письмо с того света.

И, дочитав до конца, поднимаешь глаза, полные страха и ошеломления. Ведь то что ты видел в церкви, у гаражей и здесь – это НЕ старик.


Глава 5:

Ричард Уильям Денневер действительно умер. И в этот момент ему действительно было 32 года, так что старым он никак не мог быть. Просто страх внушил ему этот обман, и он пове-рил в него. И ты действительно видел его труп там, в хранилище. Более того, судя по его дневнику, вы появились в этом городе, в этом сне в одно и то же время! А то, что ты видел до сих пор, то что ходит рядом с тобой – это ложь, дьявольски похожий клон, существо при-кинувшееся другом, на самом деле могущее быть самым злейшим и хитрым врагом. И вра-гом достаточно мощным, раз оно умеет принимать чужой вид. А его слова – лишь ухищре-ния, попытка уйти от правды, хотя… если вокруг происходит такое, то есть здесь она вооб-ще, эта самая правда?

Вертя в руках ключ от террасы думаешь: если и там не найдётся истинной причины вашего появления здесь – ты выходишь из игры. Нет смысла метаться из угла в угол города - паноп-тикума если результатом должны быть либо смерть, либо сумасшествие. Ведь этот выбор невелик, да и по сути несущественен.

Наконец встаёшь полный решимости идти до конца. Но прежде чем сделать это ты оборачи-ваешься и кладёшь на него дневник ушедшего навсегда хозяина. Пусть родной дом хранит тепло твоих о нём воспоминаний Ричард. Мир твоему праху.

Поднимаешься наверх и идёшь к последней точке. Но едва выйдя в коридор вдруг начина-ешь чувствовать себя плохо. Кружится голова, двоится и расплывается в глазах, мутится со-знание. Ощущение что тебя сейчас вырвет. Из последних сил открываешь сначала дверь гос-тиной, затем террасы и скорчившись от сильной судороги валишься на пол

(сверху) «Вот уж кого я точно никак не ожидал здесь увидеть!» (насмешливо и с ехидной)

Голос до боли знакомый, но ты никак не можешь вспомнить чей. Открываешь глаза и дожи-даешься пока в них остановится безумная цветомузыка. И в изумлении замечаешь что над тобой стоишь… ты

«Кто ты?» (через утробный кашель)
«Как, неужели нас не познакомили? Меня зовут Томас Лоузли, а вас?» (с той же интонацией)
(перевернувшись и встав на четвереньки) «Хватит притворяться шутом, скажи кто ты!»
«Так ли ты хочешь это узнать? По моему тебе не должно быть до этого дела» (горделиво и с лёгким оттенком злобы)
«Тогда что тебе от меня нужно?»
«Скажи о чём поведал тебе старик»
«Он рассказал о культе, и о том, как оказалась там Стелла, но мне кажется он просто солгал, ведь и стариком он на самом деле не является» (злобно подняв взгляд)
«Насчёт не является – это ты конечно прав, но вот о секте и твоей жене ему, увы, лгать не было резона. (усмехнувшись) А что он сказал насчёт поисков тебя культом?»
(подозрительно) «Что они пытались связаться со мной, но в то время я был болен, и потому меня не стали тревожить»
«Ай да старик! Ну хитрец! (хохотнув, а после злорадно) После смерти твоей жены было ре-шено возложить её обязанность на тебя, но из-за твоей болезни было решено не рисковать и отложить это до лучших времён, когда ты будешь в кондиции. И собственно вот он, этот момент!» (победно улыбнувшись)

Так вот оно что!!! Ах вы уроды!!! Переполняемый яростью пытаешься вскочить, но новый приступ невыносимой боли скручивает тебя ещё сильнее.

«Почему? Почему я? Ведь я ничего не знал ни о культе, ни о том, что Стелла связана с ним»
«Это ничего не значило. К тому же был расчёт что из-за её смерти ты помешаешься и сам будешь рад обратиться к высшим силам лишь бы её вернуть»

Он начинает прогуливаться вокруг и тебя снова начинает мутить. Со стоном переворачива-ешься на спину… и вдруг краем глаза замечаешь что на его шее висит твой кулон на цепоч-ке.

Недоуменно ощупываешь себя и вдруг словно из ниоткуда снисходит озарение: так вот что пропало после стычки в коридоре! Но стоп! Как он мог оказаться у него, если украл старик? Хотя причина этому наверное проще простого…

«Кто ты?» (злобно, глядя исподлобья)
«Ох прости, ты это имеешь ввиду? (приподнимает на пальце) Эта вещь моя и я вообще не понимаю как она могла оказаться у тебя»
«Тогда я заберу её у тебя»
«Ну попробуй»

Он сжимает кулон в руке и в этот же момент тебя словно пронзает сразу несколькими кин-жалами. Боль настолько острая, что ты едва не теряешь сознание, и с не сорвавшимся криком рухаешь навзничь.

«Это ещё не всё Томас!» (зловеще и злорадно)

Вновь начинает двоиться в глазах. Приподнимаешься на руках, дожидаясь пока всё вновь не станет нормально, всматриваешься в приближающуюся фигуру… и в испуге шарахаешься в сторону.

Это Лильен. Но не та, что твоя сестра, а какое-то мерзкое мёртвое чучело, её кошмарное по-добие. И оно тянется к тебе.

Выхватываешь трубу из рукава и вложив всю свою силу наносишь удар… но предмет про-ходит насквозь, не причинив ей никакого вреда. О Господи, это фантом! Оглядевшись пони-маешь, что он здесь не один. Стелла, дядька, даже мама – все они здесь, твои галлюцинации. И самое страшное – они могут убить тебя. А ты их – нет.

Нужно выбить у твоего двойника украшение из рук, оно даёт ему власть творить над тобой всё что угодно. И сделать это лучше той же самой трубой, поскольку в твоём состоянии сей-час попасть из пистолета или ружья просто невозможно.

…

Несколько раз ты промахнулся и чуть было не стал задушенным призраками, когда упал в последний раз. Но наконец сгруппировавшись подскочил к своему клону, который словно издеваясь шёл именно на таком расстоянии чтоб ты его едва доставал, и тычком роняешь его. Талисман отлетает на несколько метров, подбегаешь, подбираешь его… и в момент всё плохое самочувствие проходит, словно ничего и не было.

(он, с ненавистью) «Ты что, думаешь оказаться сильнее меня?!»

Ну, раз уж самочувствие вернулось к норме, то можно доставать и огнестрельное. Да и свои слабые места ты уж точно знаешь.

…

Всем людям свойственно ошибаться. Ошибся и ты, насчёт слабых мест, ведь убивал ты не себя, а лишь копию, похожего на тебя. И у него таких мест не было. И бой был очень долог. Да и дело было далеко не в талисмане. Он размешивал твой рассудок, создавая всё больше иллюзий, всё больше бреда. И этот бред в свою очередь озлобленно прыгал на тебя со всех сторон, зажимал в углы, пытался съесть, задушить, свести с ума. Клон же, прибавив в росте и обретя столь же зловещий мёртвый вид, как и фантомы, иногда подходил и пытался забить своими руками размером с хорошее бревно, но ты успевал уклоняться, словно воздух в это же время пытаясь застрелить, поскольку это не наносило ему видимого вреда. Но ничто не может длиться вечно. Он всё-таки устал, да и раны оказались не настолько безобидны, как могло показаться вначале. Он стал притормаживать, харкать кровью, а вскоре и вовсе оста-новился и тяжело дыша повалился на бок. И тут же все призраки и галлюцинации разом ис-чезли.

Приближаешься, держа оружие наготове. Он не умер и не умрёт, но и встать и сражаться дальше сил ему уже не хватит.

«Я недооценил тебя» (через хриплый смех)
«И что теперь?» (настороженно)
«Теперь? Я дам тебе шанс уйти. Если ты конечно сможешь»

Он указывает на террасу. На площадку, где стоят 5 ворот – арок. Ты поворачиваешься и ви-дишь, как они начинают светиться, каждая своим цветом.

Подходишь к первой и уже издали чувствуешь жар. И внутри волнами колышется огненная завеса, готовая с громким треском поглотить любого прикоснувшегося.

Вторая покрыта тёмной мутной пеленой, из которой время от времени проскакивают фиоле-товые вспышки молний. И стоя рядом слышатся страшные звуки, перемежающиеся со сви-стом откуда-то из глубины.

В третьей словно застряло облако, зацепившись своей белёсой дымкой. И поразительно, из неё дует ветер.

Прикасаясь к четвёртой чувствуешь, что пальцы понемногу замерзают от испарений синева-той, словно водяной глади.

У последней чёрное, словно шёлковое покрывало. Немного необычно, но приблизившись ты слышишь около какой-то шёпот.

Всматриваясь в каждую из них, вдруг мимолётно вспоминаешь слова из найденного листа: «Путей будет много, но выбери верный. Из нескольких будет он только один». Ты именно это имела ввиду? Но Стелла, откуда ты могла это знать? Или и правда знала? Но и тогда выбора быть не может, ведь и я знаю, что бы ты выбрала.

Поворачиваешься и решительно идёшь в его направлении.

«Ты уверен в своём выборе?» (со стороны сзади)
«Абсолютно, потому что я знаю его»
Входишь и закрываешь глаза, морально готовясь ко всему. И земля, содрогнувшись еди-ножды, внезапно проваливается под ногами и ты летишь в бездну…

Часть 5 – Долгая дорога домой

Глава 1:

«Томас, что с тобой, Томас???»

Встревоженный голос сестры. Я открываю глаза и непонимающе смотрю на неё. Она присе-ла на корточки и пытается привести меня в чувство. Затем оглядываюсь по сторонам.

Конец Мидвэй, то самое место с тупиком. Значит это и правда был сон, а здесь меня отклю-чило на пару мгновений, которые там оказались едва ли не вечностью. Зато теперь всё по-нятно, для чего мы сюда попали и что делать дальше.

(уверенно) «Слушай Лильен, я выяснил наконец что мы здесь делаем, и даже знаю где выход отсюда. Идём со мной»

Беззвучно вопросительно смотрит и подаёт руку, чтобы я поднялся. Встаю и неторопливо трогаемся в путь. Маршрут тот же: Акадиа – Уивер – Сэндфорд.

Последнее слово моего длинного рассказа – и на её лицо выплёскивается всё то волнение, что она старалась удержать и со временем подавить в себе.

«Я не могу поверить Том. Я и подумать никак не могла, что Стелла способна на такое» (сла-бым голосом)
«Она и не была способна. Её просто обманули, сыграв на доверии, а когда всё стало понятно – было уже слишком поздно. И, захотев уйти, она просто подписала себе смертный приговор. А…»

Я продолжил бы и дальше свою мысль, но неожиданно раздался треск радио, предупрежда-ющий о появлении нечисти. Мы как раз подходим к тем гаражам, где нечто напало на стари-ка. Среагировав на звук оба разом умолкаем и вдумчиво следуем вперёд.

Вскоре из тумана вырисовывается фигура. Судя по размерам и одежде это Моника. Идёт неторопливо, склонив голову, видимо расстроилась из-за произошедшего случая.

«Моника, постой, давай поговорим!» (кричу)

Не отвечает. Я срываюсь с места догонять её забыв о всякой безопасности, ведь радио тре-щит не умолкая.

«Моника, прости меня. Мы ведь в конце концов можем остаться друзьями. Я даже…»

Тянусь в попытке остановить, но тут же получаю хлёсткий удар и не удержавшись падаю на землю. Не поняв что случилось я недоуменно смотрю как она поворачивается. И читаю в лице полное отсутствие эмоций.

«Моника, что с тобой?» (поднимаясь на ноги, настороженно)

Её зрачки пусты и бесцельно смотрят прямо сквозь меня, походка неуверенная и покачива-ющаяся. Что за чёрт?

«Ты меня слышишь?»

Вдруг кидается на звук голоса, точно как те существа обильно населяющие всё вокруг. И пытается задушить. О нет, Моника, где же ты успела это подцепить?

«Лильен, не подходи, она одержима!!!» (кричу)

Вновь бросается. Я отпрыгиваю и открываю беспорядочный огонь. Но она всё идёт и идёт…

Заряжаю в очередной раз и понимаю – последняя обойма. Прицеливаюсь и спускаю курок…

И тут она запинается и падает. Молниеносно подбегаю наготове, но этого уже не нужно.

Щёки розовеют, взгляд обретает смысл. Она снова стала нормальной. НО…

«Томас, ч-что случилось? П-почему м-мне т-так…?» (прерывисто дыша)
(хватая за руку и сжимая) «Прости, прости меня, Моника» (почти шёпотом)

Глаза округляются от шока и ужаса. Она всё поняла.

«Н-но, н-но почему? З-за, з-за что, Том?»

Я приподнимаю её на руках. Частое дыхание становится всё реже, всё медленнее. Пока в один момент не останавливается вовсе…

…

В полном молчании опускаю её на асфальт. Открытые застывшие глаза смотрят теперь куда-то вдаль словно видя там что-то сокровенное, что-то, что мечтали видеть всегда. И, быть может, если они правда любила меня, то снится ей сейчас что я наконец рядом, стою рядом и просто обнимаю её. Хотя отчасти это и есть так. Прости меня Моника.

Лильен, отвернувшись от нас, садится на землю в нескольких шагах и начинает тихонько подвывать.

Сзади, по улице вверх неожиданно доносится звук бегущих ног. Он приближается, становится всё громче. И внезапно останавливается рядом. Я оборачиваюсь, и…

«Диана???! Как ты сюда попала??? И каким образом смогла найти нас?» (с восклицанием)
«Том??? (непонимающе озираясь по сторонам) Я сошла с ума или мы снова в старом горо-де?»
«Нет, с ума ты не сошла»
«Но что мы тогда здесь делаем??? Я очнулась у Алхемиллы и сначала глазам своим не пове-рила, даже пришлось ущипнуть себя за руку. Потом начала обходить всё и вдруг услышала стрельбу вдалеке. Со всех ног побежала – а тут вы. Том, объясни, что вообще происходит? Почему вокруг такой туман?»
(со вздохом) «Диана, у меня нет сейчас времени всё это объяснять. Да лучше б я и сам этого не знал. Пойдём, и ты сама всё увидишь» (встаю на ноги)
«Кто это?» (кивает головой на тело)
«Это… (сокрушённо глянув и отвернувшись), это моя знакомая. Бывшая знакомая» (с печа-лью в голосе)

Она хотела спросить ещё что-то, но увидев что я расстроился при последнем упоминании понимающе промолчала.

Мы встаём и все вместе уходим. Но через несколько шагов я останавливаюсь и бросаю по-следний прощальный взгляд назад. И трогаюсь в путь.

Прости меня Моника.

Глава 2:

Позади вся Вест Сэндфорд. Диана была немало удивлена несколькими встречами с нынеш-ними обитателями города. Нет смысла говорить, что именно в них её больше всего поразило до глубины души. Но в этой дороге не было ничего особенного, ничего примечательного. И вот она уже позади. Мы поворачиваем на Натан.

Иногда случается такое. Ты много раз делаешь одно и то же, одну и ту же вещь по одной и той же схеме – и выходит. И ты уже не задумываешься над этим, ведь и процесс и результат отработаны до автоматизма. Но в очередной раз ты берёшь обычные исходники, творишь обычные действия… а результата нет. Сначала, ничего не поняв, ты думаешь что что-то упу-стил, в чём-то ошибся при сотворении процесса. Делаешь всё заново… и результата нет. Третий раз – и результата снова нет. Привычная логика вещей созданная однажды, внезапно разрушилась по неизвестным причинам. И осознав это, ты вдруг чувствуешь себя беспомощ-ным. Ведь другой логики для создания такого процесса ты просто не знаешь.

Вот и сейчас я подхожу поближе, а у самого на сердце с каждым шагом всё вырастает, всё уплотняется ком. Ком страха, отчаянья и безнадёжности. Почему? Ответ сложен и одновре-менно прост до безумия. Запад Натан действительно, а не только во сне обрывается в про-пасть.

Неужели всё зря? Неужели всё и должно закончиться здесь?

(Диана) «Мы что, не туда пришли?»
(потерянно) «Пришли мы туда, н-но…н-но я не понимаю. Здесь обрыв, а других путей нет»

Подходит и мы вместе смотрим вниз.

(через некоторое время) «Том, смотри!» (указывает рукой немного вправо)

Я приседаю на четвереньки и сквозь туман тоже начинаю видеть что-то длинное и большое. Скорее всего это канализационная труба. Но канализация здесь? Разве возможно в неё по-пасть? К тому же конца трубы увидеть невозможно, и неизвестно доведёт ли он нас туда, куда нужно.

«Это наверное канализация. Но я не знаю как в неё спуститься. Говорят все входы и выходы в неё были заложены очень давно»
«Ты уверен?» (с сомнением)
«Абсолютно. Разве что могли оставить вход неподалёку от тюрьмы, в него никто не лазил особо. Но уверенности в этом у меня никакой, да и идти нам довольно далеко»
«Но если ты говоришь что нам нужно на другую сторону бездны – значит больше выбора не остаётся. Мы должны лезть» (убедительно)
Я и сам это понимаю, она права. Но опять идти на поиски, не зная что нас может ожидать?.. У меня есть немного другое предложение.

«Хорошо, идём. Но смотрите по сторонам, быть может есть колодцы чтобы был шанс по-пасть туда пораньше»

…

Шанса не было. Да и сам вход у тюрьмы зарос настолько, что мы едва нашли его. Спустив-шись внутрь, мы попали в самый настоящий лабиринт коридоров и труб, кишащих нечисто-тами и всеми обитающими в них. Блуждали довольно долго, пришлось даже однажды в вен-тильной комнате покрутить вентиля, и использовать при этом кусок трубы, что был со мной в качестве оружия, по его прямому назначению. Вода блокирующая последнюю дверь слива-ется, и мы входим.

…

Я последний вылезаю из этой трубы, нити, что связала нам шанс на выход отсюда. И она более ненужная обламывается и летит в пропасть, отрезав путь к отступлению.

Зала с несколькими широкими сливными отводами и бассейном для отложений мусора. Раньше я думал что нет большего горя, чем потерять любимого человека. Наверное я оши-бался. Ничуть не меньшее горе оказаться в таком месте как мы сейчас, ведь от стоящих тут запахов у любого человека уже через пару минут начнётся предсмертная агония.

(Диана, через позывы рвоты) «Господи, что здесь за вонь???»

Облокачивается на стену в попытке привести себя в чувство и в этот момент получает удар в спину. Из одной из нескольких дыр высовывается огромный червь и нападает на неё. Начать отбиваться от него в таком воздухе – самый верный способ остаться здесь навсегда. Я примечаю под потолком недостроенную конструкцию и недолго думая стреляю. Ломая всё под собой она падает, открывая огромную течь. Хлынувшая жижа быстро скрывает пол под ногами.

«Диана, Лильен, быстро отсюда!!!»

Мы забегаем в боковую дверь и дружно поднимаемся по железной лестнице наверх.

…

Вот и она, та самая другая сторона. И она наверное далеко от первой, ведь даже встав на са-мый край пропасти ничего нельзя увидеть за белой мглой. Но не это сейчас главное. Главное что мы здесь. А значит скоро выход.

Первое что бросилось в глаза как только мы вылезли – это огромная яма посреди дороги. Течь из стен видимо подмыла землю под асфальтом, и он ничем более не удерживаемый провалился под собственным весом. Вряд ли червь мог выжить при этом. Мы постояли некоторое время, словно прощаясь с несостоявшимся противником, и пошли по выездной дороге наверх в лес в надежде что она и есть начало конца. Конца этому кошмару.



Глава 3:

Вот и ворота с тем самым витиеватым узором из железных прутьев. Приоткрывая их краем глаза замечаю как Диана смотрит на особняк с неким сдержанным восхищением, но сказать ничего не решается. Несомненно, дом красив, быть может я и сам не отказался бы пожить в таком хоть несколько дней. Но сейчас меня это вдруг в душе покоробило.

В почтовом ящике нашлась записка с шифром, больше похожим на код к сейфу. Входя внутрь неожиданно вижу, что дверь подвала распахнута настежь. Все комнаты внизу закры-ты, за исключением конференц-зала. Но прежде чем войти в него я с немалым удивлением рассматриваю новую необычность. Между личным кабинетом и винным отделом прямо в стене образовалась новая дверь, причём она не похожа ни на одну из виденных мною ранее. Массивный монолитный кусок чёрного материала с квадратной выемкой посередине для найденного мною камня. Вставляю его и слышу в глубине тихий скрип. Остаётся лишь найти ключ к замкнутому поперёк засову.

(Диана, подходя сзади с Лильен, удивлённо) «Что это? Я никогда не видела таких дверей. Из чего она сделана?»
«Я тоже впервые вижу, и понятия никакого не имею»

С интересом ощупывает, оглядывает…

«Диана, постойте здесь, я сейчас подойду»

Захожу в конференц-зал. Прямо на столе боком стоит сейф, словно специально приготовлен-ный для меня. Открываю его и высыпаю на стол кучи бумаг. Это досье на каждого состояв-шего в культе. Разглядывая их вдруг понимаю, что на Ричарда Уильяма Денневера ничего нет. Тянусь в карман за фото, достаю его, разворачиваю… и застываю.

То самое фото, «Второе собрание» - его нет. Вместо него в кармане у меня лежит обыкно-венный чистый лист, сложенный вчетверо. И судя по его состоянию лежит давно. Что за чёрт?

«Эй, отпусти меня, что ты делаешь?!»

Голос Дианы из коридора. Они вместе рассматривали эту необычную дверь. И нечто напало на них. Я выбегаю, но слишком поздно. Их уже уволокли и скорее всего убили. Я поднима-юсь наверх и внезапно вижу свет через приоткрытый вход на всё ту же террасу.

…

Едва не сорвав двери с петель тараном влетаю и столь же резко встаю, немного опешив. Впереди стоит старик спиной ко мне и в руке его горит масляный фонарь.

«Кто ты?» (через одышку, ненавистно)
«Неужели ты так ничего и не понял, Томас Лоузли? Тебе стоило подумать, что если я при-творяюсь кем-то, то возможно я пытаюсь скрыть от тебя свой истинный облик. Ричард Уиль-ям Денневер никогда не состоял в этом культе, более того, он был самым обычным челове-ком. Я выдумал всю эту историю и ты поверил в неё. Кауффман никогда не был с ним зна-ком и вообще работал в одиночку. И в этом доме просто не могло быть сделано то фото, что ты видел, ведь его владелец даже не знал о нас. Я лишь делал так подсказки о том, для чего ты здесь»
«Ты не ответил на мой вопрос!»
«Хорошо, будь по-твоему»

Неожиданно он, посмотрев мне в глаза, распрямляется. И в бликах света от фонаря я вижу чёрные тени за его спиной, по форме сильно напоминающие крылья.

«Люди зовут меня Самаэль. Если это имя тебе о чём-нибудь говорит»

Нет, это не ошеломление, это что-то попроще. И даже не испуг, возможно ты именно этого ответа и ждал, поскольку ничем другим происходящее уже невозможно объяснить. И неваж-но, окажется ли это очередной ложью. А может и не ложью.

Сердце начинает биться быстрее, зрачки расширяются, дыхание сбивается. Не страх. Просто осознание КТО сейчас стоит перед тобой.

«Так значит, ты и есть тот демон или бог, которому поклонялся культ?» (нервно, глядя ис-подлобья)
«Демон я, или бог – решать, увы, не тебе»
«Что тебе от меня нужно?»
«Не вижу смысла рассказывать тебе снова историю моего разделения. Скажу лишь что здесь со мной только одна моя половина. Мне нужно вернуть и вторую. Для тебя это не будет слишком сложной задачей»
«А если я не соглашусь?»
«Тогда ты останешься здесь навсегда. Но сначала увидишь их смерть»

Он указывает рукой в сторону и через темень я вижу Диану и Лильен лежащих без сознания.

«Сны – великолепный мир. Я и так обладаю достаточным влиянием в жизни, но сны делают любую силу, особенно мою, по-настоящему безграничной. И отсюда никуда не уйти без мое-го на то ведома. Не уйдёшь и ты, и они»
«Ты не тронешь их!» (гневно)
«И не хотел бы. Я отпущу всех вас, если ты дашь мне обещание привести сюда Шерил»

Я опускаю взгляд в раздумьях… и поднимаю его.

«Нет. Из-за тебя разрушена моя жизнь, моя семья, да и я сам убедился, как легко ты можешь кривить реальность. И после всего этого ты хочешь, чтобы я перешёл на твою сторону?..»
«Что ж, это твой выбор Томас. Каждый имеет право на выбор, жить ему или умереть»

Мутнеет и двоится в глазах, вокруг обступают кошмары, словно в ожидании, что ты сам сдашься, и уже лезут обнимать в последний раз. Он сам превращается в огромного змея и сшибает тебя с ног. И тебе уже словно чудится, что кто-то всё стреляет и стреляет…

Глава 4:

Последний выстрел – и он падает измождённый, вновь обретая вид человека.

Пуля действительно последняя, защищаться больше нечем. Но и он стоит на коленях, из его многочисленных ран на теле течёт кровь. Демоническая кровь. Первый и последний раз в жизни я вижу её.

«А ты силён, ты действительно силён, Томас Лоузли» (через сильный кашель)
Опускаюсь на землю в полном изнеможении, от одышки и усталости всё в глазах ходит кру-гами.

«Я знаю это»
«Впервые я понимаю, что ошибся в человеке, я не смог сломить тебя. Но ты скорее исклю-чение из правил, и ты не единственный. Найдутся и другие. И с их помощью я завершу начатое. А тебя – тебя я отпущу (поднимает взгляд снизу вверх). Ты свободен Томас Лоузли. Пусть твои сила и дух и дальше берегут тебя. Прощай»

И вспыхнув ярким огнём он рассыпается в пепел. На месте остаётся ключ от засова.

Вдруг кто-то тронул меня за плечо. Я встаю, оборачиваюсь, и…

Она стоит виновато смотря мне в глаза.

«Том, прости, я не могла тебе тогда обо всём этом рассказать, я боялась что ты не поймёшь»

Печально смотрю на неё.

«Я понял всё теперь, понял всё, кроме одного – Зачем? Зачем ты пошла на это?»
«Я и сама теперь не знаю. Мне казалось что так будет несколько проще мне самой, мне хоте-лось верить, что за этим стоят добрые силы, люди, намерения – но как же я ошиблась! Когда мне рассказали правду – я возненавидела их. И я ушла, но… Теперь я здесь. Я очень люблю тебя. Но вернуться уже никак не смогу» (очень печально, опустив глаза)
«Я не виню тебя. Это никак не твоя вина. Прости и ты, видимо я сам недостаточно уделял тебе внимания»
(подходя и обнимая за плечи) «Всё хорошо. Помни, теперь я здесь. Я люблю. И я вечно жду тебя»

И обняв меня и поцеловав в губы, она исчезает во всё быстрее рассветающей дымке.

Сзади тихо подходят Диана и Лильен. Они всё видели.

«Пойдём, Томас»

…

Мы спускаемся в подвал. Я вставляю ключ и оглядываю в последний раз спутниц. Лильен печально смотрит вниз, и о чём-то думая меланхолично сжимает мне руку. Диана морально готовится и в её взгляде читается радость. Она нашла нас, и все мы живы. Все. Кроме одного.

Я поворачиваю ключ и тяну дверь на себя. Всё вокруг заливает тёплый яркий свет…

Глава 5:

Я вскакиваю, и… Я в больничной палате. Рядом со мной лежит спящая Диана, на соседней кровати – Лильен. За окном светит солнце, в коридорах слышны голоса. Здравствуй, уже было забытый нами реальный мир.

…

«Доктор, вы и правда думаете что кошмаров не будет? После всего, что было я уже начинаю сомневаться в своих дальнейших суждениях. Да и вообще, все мои понятия перевернулись с ног на голову. Вы уверены, что это никак не отразится на моей и на нашей жизни в дальней-шем?»
«Вы видели лишь сны, мистер Лоузли. И я не берусь толковать их. Возможно вы переняли оттуда какой-нибудь для себя опыт, возможно нет. Поймите одно – эти сны предназначались именно вам. И если вы видели в них правду – значит правда эта предназначена именно вам, и никому больше. И забыть или переоценить всё сможете только вы сам»

Через 15 минут после моего пробуждения встаёт и Диана, затем Лильен. Я рассказываю Ди-ане всю историю от начала до конца. И вдруг меня осеняет одна мысль.

«Алло, здравствуйте! Могу ли я услышать Монику?»
(через слёзы и всхлипывания) «Моника умерла сегодня ночью, кто её спрашивает?»
(расстроенно) «Это коллега по работе, её несколько дней не было видно»
(уже через рыдания) «Моника все эти дни спала не просыпаясь. А сегодня ночью так и умер-ла, непонятно почему»
«Мне очень жаль, я вам соболезную»

Голос пожилой матери. Я печально опускаю трубку. Увы, иногда наши сны становятся чуть реальнее. Чем нам хотелось бы.

Нам пора домой. Я забираю вещи из хранилища и, внезапно глянув на стену, замечаю кален-дарь. И глядя в него мне вдруг становится страшно. 21 день. 21 день переживания и непони-мания. 21 день страха и выживания. 21 день смерти и небытия.

Эпилог:

Я выбрался. Бог знает каких трудов мне это стоило, сколько сил было потрачено, сколько неизвестного и нереально сложного может быть в жизни каждого… но я жив, я вернулся.

Я и Лильен были на похоронах и лично попрощались с Моникой. Какой бы она ни была: странной, злой, придирчивой, порой и глуповатой – сейчас всё это неважно. Главное, что она была с нами и без неё мы может быть не узнали бы ничего. И я порой задумываюсь над тем нашим разговором, над её последними словами. Ведь всё вполне могло было быть и так… но не было.

Сестра после пробуждения стала замыкаться, хиреть, впадать в прострацию. Мы всё меньше говорим, меньше видимся. Я боюсь потерять и её.

Диана сказала что теперь будет жить только с нами, она пытается поддержать и меня, и сест-ру. Но и ей самой трудно.

Нас всё так же трое. Мы вернулись, мы живы… но не это главное.

Каждый раз я смотрю туда и думаю: почему именно мы? Почему именно я? Почему всё это?.. Хотя к чему вопросы. Мне уже не получить на них ответа.

Читаю на обратной стороне: Я и моя Стелла. Переворачиваю вновь и думаю: зачем я вернулся в этот мир, ведь в нём нет больше ничего. Ты там, ждёшь меня. А я – тут. И между нами два мира, две бесконечности.

И знаешь… я приду, я обязательно приду. Мне так этого хочется. Поверь, ради тебя, ради тебя одной я вернусь. Я найду, я обязательно найду снова ту самую, ведущую к тебе дорогу, я обещаю. Эту чёртову дорогу в рай.

Моё имя Ричард Уильям Денневер.
Прошу – если кто найдёт этот дневник – похороните меня. Я не хочу остаться здесь навсегда.

День 1:
Я проснулся и не поверил своим глазам. Я точно помню вечер перед этим. У меня до сих пор не выходит из головы мотив той грустной песенки, что напевала тётушка Элизабет, как обычно прибираясь на кухне вечером. Нелли, моя младшая сестра, сидя за обеденным столом перебирала документы и была вся на взводе. Её в этот день уволили с работы, и она в свою очередь очень сильно переживала это. К тому же мы всё ещё не оправились от смерти отца. Аптекарь, травник, уважаемый в городе человек, он умер тогда, когда все меньше всего могли этого ожидать. И всё пошло прахом. С каждым днём жизнь становилась всё труднее и труднее. Нас, его родных детей никто просто не воспринимал всерьёз, надменно указывая сначала на его заслуги, а затем и на дверь. Я относился к этому просто, но Нелли буквально впадала в бешенство. Отец, сам того не подозревая, установил нам слишком высокую планку, и мы не смогли ей соответствовать. Но всё же он передал мне часть своих знаний, в результате чего я смог занять должность лаборанта в госпитале Алхемилла. Денег едва хватало на жизнь, и мы не могли бы держать горничную, спасибо тётушке Элизабет что осталась в семье в честь памяти об отце и не оставила нас наедине с нашими проблемами. К тому же она и жила с нами вместе помогая по хозяйству. Нелли же очень хотела быть непохожей на отца, она хотела сделать себе карьеру сама и далеко не в той же области. Но увы, люди часто не приемлют личных стремлений, тем более когда есть пример для подражания. И это печально. Я весь проклятый вечер тщетно пытался её успокоить, искренне при этом понимая. Но она осталась непреклонна, упорно не желая примириться со столь тяжёлым положением вещей. В конце концов я не выдержав долгой дискуссии просто закончил разговор на мирной ноте. Приобняв её я пожелал нам всем доброй ночи. Они хором и тепло отозвались тем же. Со спокойной душой я поднялся в свою комнату и с мыслями, что завтра всё обязательно будет лучше, чем сегодня, я закрыл глаза.
Я открыл их и просто изумился. Я даже поначалу в страхе и отползая просто не поверил в происходящее. Я, вместо привычного дома и мягкой кровати проснулся в старой покосившейся будке для инструмента, на куче грязи и опилок!
Ничего не понимая я поднимаюсь на ноги. Будка эта настолько ветхая, что грозит в любой момент развалиться. И как только я выбегаю наружу – она это и делает, похоронив собой все, что было внутри.
Не слишком зациклившись на этом, я через несколько мгновений начинаю оглядываться вокруг. Кажется я нахожусь на одной из строек недавно начатых на Мидвэй авеню. Но поразило меня не столько это, как то что в городе как-то чересчур тихо, не слышно ни голосов прохожих, ни лая собак, ни даже ветра. Да и всё окружил какой-то непонятный густой белый туман, настолько плотный, что его можно скатать в шар. Идеальная тишина. Довольно странно.
Мне нужно домой. Я должен знать как здесь очутился и что вообще происходит.
Я открываю чёрный выход, следую через здание и наконец щёлкаю ручкой последней двери. Выхожу на улицу… и застываю в удивлении.
Улицы действительно пусты. Ни единой души вокруг.
«Эй, здесь кто-нибудь есть?!»
Тишина. Даже туман не шелохнулся.
«Кто-нибудь слышит меня???!»
Нет, не слышит. Недоуменно озираюсь… и вижу прямо у себя под ногами. Пистолет. И в нескольких шагах коробка патронов к нему. Уронено явно на бегу. Но кто от кого здесь мог так убегать? Подбираю всё и направляюсь дальше.
У моста на Бредбери я вдруг слышу шум проезжающей вдали машины. Скорей всего мне показалось, но чёрт возьми, звук не мог быть настолько реален.
«Эй, постойте, подождите меня, я тут есть!!!» (во всю глотку)
Срываюсь с места и бегу изо всех сил. Но нет, физически никто не в силах угнаться за автомобилем. И в конце концов я останавливаюсь. Нет, мне показалось. Даже дымом не пахнет.
Город, пустынный город, снизу доверху покрытый этим холодным белым пухом… Дома, мертвенно-спокойно смотрящие пустыми рамами окон со всех сторон… И зловещая тишина… Вчера здесь кипела жизнь. Сегодня я проснулся и не узнал это место. Что же могло случиться пока я спал???
Удручённо я иду домой. Нелли не могла оставить всё не предупредив меня. Пусть хоть она объяснит, в чём дело.
…
Я закрываю входные двери, оборачиваюсь, и по привычке –
«Нелли, Элизабет, я дома!»
А в ответ – ничего. Впервые. Лишь тёмные коридоры отозвались коротким эхом. И я мгновенно вдруг вспомнил один из моментов, когда я и Нелли ещё маленькие пробегали однажды здесь, и в это время в дом вошёл отец. Увидев что мы бегаем, он по-доброму пожурил нас и стал раздеваться. И смотря сейчас в эту темноту мне вдруг становится очень печально. Отсюда ушли все. Все. Остался лишь я один. И память, одиноко блуждающая в коридорах и не находящая себе места между безответными узкими стенами.
Я поднимаюсь в свою комнату, открываю дверь и встаю. Под ногами в проходе стоит коробка. И вдруг я слышу чей-то настойчивый шёпот со стороны: «Открой её, открой коробку, открой…». Испуганно оглядевшись я понимаю что вокруг никого нет, и что этот голос прозвучал лишь в моей голове. Я наклоняюсь и рассматриваю её. Обычная картонная коробка, скорее всего из-под обуви, а может и нет. Я тянусь, касаюсь рукой крышки… и вдруг она исчезает. Вся коробка сразу. И тут же голос, безостановочно нывший, так же резко затихает.
Недоуменно застыв на пару мгновений я на корточках рассматриваю пол под собой. Только что здесь был предмет, я даже нащупал крышку пальцами – и вдруг ничего. Удивленно хмыкнув я встаю на ноги, подхожу к кровати и разваливаюсь на ней пластом…

День 2:
«Ты мёртв, ты мёртв!!...»
Резко открываю глаза, подскакиваю на месте и сидя осматриваюсь. Нет, никого. Но голос был настолько явен, настолько силён что я проснулся. Я не знаю точно сколько я спал, но встал я в полной кромешной темноте. И этот голос… Сначала он просил меня открыть коробку, а теперь утверждает что я мёртв. Хм…
За окном по-настоящему темно. Я подозрительно шагами выхожу в коридор и вслушиваюсь. И тут же неожиданно в соседней комнате Нелли раздаётся звонок телефона. Со всех ног бегу туда.
«Алло!»
«Ричард, это ты? Слава богу, хоть кто-то есть дома. Ричард, у меня будет ребёнок!!!» (радостно)
«Стоп!!! Ребёнок??? Но как??? Ты ведь только полгода как родила Сэма!»
«Что??? Какого Сэма??? Ты о чём Рич???» (непонимающе)
«У тебя уже есть сын, а ты спрашиваешь о чём я. Ты его на что воспитывать-то будешь?»
«Сын??? Ричард, ты ничего не путаешь??? Я только сейчас узнала что у меня будет мальчик» (неуверенно)

И тут я осекаюсь и ложу трубку. Ведь полгода назад у Нелли случился выкидыш. А мы так ждали рождения, даже решили что назовём малыша Сэмюэль. Больше всех конечно ждал отец, ведь это был бы его первый внук. Но однажды Нелли почувствовала себя плохо, мы вызвали скорую. В больнице появилась угроза здоровью. Через несколько дней сестра выздоровела, но узнав какой ценой, чуть было не покончила с собой. Только наши внимание и поддержка помогли ей остаться на плаву. Да мне и самому порой кажется, что малыш жив, слишком неожиданно всё получилось. И порой я думаю что именно это и подкосило отца. После того случая он как-то осунулся, потускнел видом. А через месяц с небольшим и вовсе умер. И я вспоминаю сейчас этот крик, «Ричард, у меня будет ребёнок!!!». Именно так радостно прозвучал он тогда, когда мы ещё ничего не знали. А то, что произошло сейчас – это лишь воспоминания. Мои воспоминания.

Я подхожу к тёмному окну, вглядываюсь в пустую террасу и вновь начинаю слышать голоса, но откуда-то издалека, словно во сне.

(Нелли) «Что с ним? Почему он не просыпается?»
(Элизабет) «Не знаю. Только что звонили с его работы, спросили какова причина опоздания. Я поднялась сюда, а он спит. И не разбудить. Если он работает в клинике, может стоит показать его тем, кто его знает? Ведь вторые сутки здесь, вчера его не было видно. Там должны знать что можно сделать» (неуверенно)
«Хорошо, я звоню туда»

Странно, не припомню реального случая, чтобы я был в Алхемилле в качестве больного, да ещё и спящего. Какое странное воспоминание. Быть может там какой-то знак?..

…

Я выхожу за ворота и…

«Слава богу, хоть один живой человек. Вы не могли бы объяснить..?» (на бегу)

Останавливаю, заглядываю в лицо. И с каждой секундой мои глаза всё расширяются.

Это не человек. Хотя похож. Я сразу заметил его движения: дёрганные, неуверенные, как у робота. Или как… Хотя нет, не может этого быть. Но его лицо… Его вообще нет. Словно это манекен или мумия, замученная заживо. И это существо явно не желает мне помочь. Более того, оно кидается на меня, валит с ног и пытается задушить.

Пара выстрелов – и оно ослабляет хватку. Я скидываю с себя труп и обескураженно двигаюсь в путь. Что это было, и откуда оно взялось – я не знаю.

…

Пока я шёл вокруг начало понемногу рассветать. И всю дорогу от дома до самого госпиталя я слышал этот зловещий шёпот в голове. «Ты мёртв, ты мёртв!!...» - не прекращая ни на минуту стенал он внутри и метался из стороны в сторону, пытаясь пробить стенки моего черепа в поисках единственно возможного выхода, и причиняя этим невыносимую боль. И всю дорогу мне то здесь то там встречались эти непонятные творения чьего-то больного разума, от которых я предпочёл уклоняться. Но вот я открываю вход в госпиталь – и всё утихает. Вновь словно через сон становятся слышны голоса:

(Нелли) «Что-нибудь можно с этим сделать?» (неуверенно)
(незнакомый голос) «Такой случай у нас впервые. Но я думаю что это не смертельно, пару дней поспит, а потом встанет. По крайней мере не нужно выяснять почему его нет на работе. На это время мы оформим ему больничный лист. Думаю стоит положить его в палату 204…»

И – тишина.

Палата №204. Не так давно последний лежавший в ней был выписан и сейчас она пустует. Но не это так беспокоит меня. Если это лишь воспоминание – то почему я не могу вспомнить насколько оно давнее? И почему у меня навязчивое ощущение, что этого НИКОГДА не было?...

…

Я долго бегал по этажам в поисках ключа от отделения для больных который имеет постоянную привычку оказываться в чьём-нибудь кармане, попутно находя довольно странные предметы и символику, которые в свою очередь открывали проход дальше. Никогда бы не подумал запирать столько дверей, но в конце концов я нашёл ключ от раздевалки. И в одном из халатов внутри то, что мне нужно. И вот я с некоторым волнением касаюсь ручки двери 204 и тяну её на себя.

Внутри никого. Я оглядываюсь вокруг в надежде зацепить что-нибудь, уловить что-то знакомое, но нет. Никаких признаков что я был или мог быть здесь. Отчаявшись внутри себя я опускаю глаза… и стопорюсь.

Коробка, картонная, под ногами. В недоумении я подхожу к ней, присаживаюсь на корточки чтобы рассмотреть… и вновь откуда-то издалёка, из глубин собственной головы я слышу этот голос. «Открой, открой её, открой коробку!!...» - взывает он словно ржавой пилой дёргая по натянутым струнами нервам. И ощущение, что треск их разрыва слышим мне реально. Не выдержав я тянусь открыть наконец её, дотрагиваюсь… и вновь передо мной ничего. Всё снова исчезло, словно мираж. Что же это за коробка, и что в ней такого важного спрятано для меня? И почему она каждый раз исчезает?

Я встаю на ноги, поднимаю взгляд… и вдруг чувствую в воздухе запах духов Нелли. Как будто она только что стояла рядом. И внезапный скрип приоткрытой двери словно подтверждает это.

«Нелли, Нелли!!!»

Резко сорвавшись с места выбегаю в коридор… и так же резко встаю на месте в изумлении.

День 3:

Всё здание заполонила тьма, сверху донизу, залезла в каждый даже самый неприметный угол. И вместе с собой привела неисчислимые орды этих кошмарных существ. И я, вжавшись в уже закрытые двери, с ужасом и всё возрастающим отвращением смотрю на них, стоящих повсюду. До чего же они мерзкие! Мне кажется что даже труп после недельного гниения выглядит куда лучше каждого из этих. И их много, ОЧЕНЬ много. И мне нужно выбираться.

В проходе мне вдруг становится не по себе. Я наяву слышу голос сестры направленный в меня… но адресованный не мне.

(взбудоражено, но печально) «Он лежит здесь уже четвёртый день, и до сих пор непонятно почему, а ты хочешь убедить меня, что он ещё не начал умирать?!» (гневно и крикливо, но с нотами плача)
(Элизабет, испуганно) «Господь с тобой Нелли, наш Ричард и не из таких ещё передряг выберется. Он никак не может умереть»
(плача) «Твой Господь только и может нам сейчас помочь. Если и Рич умрёт, то я не вынесу этого. Я просто покончу с собой»
«Нелли, успокойся, всё будет хорошо. Рич знает как всё плохо, он не может оставить нас, он не станет»

Элизабет стояла здесь, там же где и я. И её голос прозвучал так, словно и был сказан именно сейчас, и был её просьбой ко мне. Какое странное воспоминание…

«Я иду домой. Мне нужно время, время подумать над всем этим. Мне кажется…» (нервно и твёрдо)

И вновь разговор обрывается. Пару секунд я ещё стою, не успев ничего понять.

…

Спустившись вниз по холлу притормаживаю у приёмной и вдруг – будто вспышка – и я вижу. Блекло-серый свет в окнах и шум затяжного ливня, доносящийся с улицы. Сестра стоит передо мной надевая пальто. Наконец сделав это она берёт с большого стола при парадном входе зонт и, раскрыв его, оборачивается и оглядев меня выходит наружу. И всё вроде бы ничего, всё как и было тогда, в один из первых моих дней здесь, когда я только устроился. Она зашла просто проведать меня, без какой-либо особой причины, и убедившись что всё в порядке пошла дальше по своим делам. Всё казалось бы в норме вещей… но ведь это лишь воспоминание, картинка из далёкого прошлого. Интересно, как долго вы ещё будете мучить меня, проплывая перед глазами из ушедшего небытия? Ведь лишь момент – и вокруг вновь лишь тьма, пустота и зловещая тишина. И ничего больше. Хотя… странно. На столе, где лежал зонт, на том же самом месте появился камень с нарисованным на нём символом чёрного цвета. Несколько удивившись я подхожу и ложу его в карман.

На улице так же темно. Закрыв входные двери я на несколько секунд застываю в раздумьях. И вдруг вспоминаю тот момент, когда я только очнулся здесь. И, возможно мне это только померещилось, но неожиданно внутри у меня появилось ощущение, что в той самой куче подо мной что-то лежало, то, на что я тогда не обратил внимания. И это что-то может являться чем-то важным.

…

Не то чтобы я очень долго добирался до того места, нет, путь был недалёк. Единственное что его затрудняло – это толпы существ, стоявших то здесь то там. Большого труда стоило обходить их так, чтобы ни одна тварь не почувствовала моего приближения. Но вот наконец и то самое здание. И я уже выхожу из него…

Дьявол, кажется в куче действительно что-то важное, ведь двое стоят около неё и по всей видимости ждут только меня! Отбежав в другой конец двора резко выхватываю пистолет и начинаю остервенело стрелять. Но они, словно издеваясь, всё приближаются и приближаются. Их походка… Я понял, что она мне напоминает, но нет, я не верю… я не верю… и от этого становится по-настоящему страшно. Я не верю что в этом городе могло ТАКОЕ произойти.

Но – последний выстрел – и они оба уже лежат на земле, бездвижные, как тому и положено быть. Не спуская глаз медленно и нервно обхожу их стороной и направляюсь туда, зачем и пришёл.

Разрываю и раскидываю всё – и вдруг в моих руках показывается небольшой овальный камень. И тут же в необъяснимом порыве дежа-вю я тянусь к своему карману. И – точно. Они абсолютно похожи. С той лишь разницей, что найденный здесь камень белого цвета. И на нём другой символ. Для чего они могут быть нужны? Порывшись ещё нахожу две упаковки патронов. Громко проглотив страх рассовываю их по карманам. Просто ради забавы их никто не мог здесь оставить.

Я поднимаюсь на ноги, и – куда же теперь? Но… ведь Нелли сказала, что направляется домой. Что ж, мне тоже некуда больше идти в этом опустевшем мире.

…

Выходя из здания я вижу что в город вновь возвращается свет. Но в густых плотных клубах тумана, висящих везде, это мало что изменило. Идёшь по знакомым с самого детства улицам, а ощущение будто блуждаешь по задворкам ада, в который тебя почему-то забыли впустить. Тебя… и ещё некоторых. И от взгляда, снова брошенного тобой вокруг, становится страшно. И немного тоскливо. Они везде, их много, и с каждым разом становится всё больше и больше. Это даже не зависит от тьмы или света. А ты… ты один. И скоро… скоро просто не останется вариантов.

До дома я решил добираться окольными путями и настолько осторожно, насколько придётся. Перспектива быть убитым здесь меня нисколько не прельщает.
Акадиа – Уивер – Сэндфорд. Моему удивлению не было границ когда они оказались почти пусты. Лишь двое заблудших выродков сонно покачивались стоя на перекрёстках, их ничего не помешало обойти. Но вот я ступаю на Сэндфорд, и…

(Нелли, истерическим голосом) «Я не желаю ничего слышать! Либо вы сделаете это, либо…!!!»
(голос Нельсона, моего напарника) «Послушай, я всё понимаю, но ты же сама видишь что мы не можем его разбудить! Мы даже не знаем причин такого долгого сна! А вколов лекарство мы можем вообще убить его!»
«Либо я уезжаю отсюда к чертям собачьим!!! Я не могу оставаться одна!»

Немая сцена. Почему-то мне представилось, что она стоит у стены опустив взгляд в пол и прислонив ко рту указательный палец левой руки, словно пытаясь саму себя так заставить замолчать. Её тело и руки так и ходят ходуном от расшатанных нервов.

(Нельсон) « Но что ты предлагаешь тогда делать?» (в недоумении)

Пара секунд на раздумье…

(резко сорвавшись с места) «А катись оно всё!!! Я устала!!!»

Громкий быстрый цокот каблуков, мощный хлопок дверью. Нельсон в некотором удивлении смотрит ей вслед.

(Элизабет, удручённо) «И вот так она уже почти с неделю…»

И – тишина.

Я невольно ускоряю шаг. Нелли хороший человек, но зная её всю я понимаю – сорвавшись, она может натворить бед.

Хоть день и не был долгим, но неожиданно быстро начало темнеть…

День 4:

Я не сделал и 50 шагов как вновь оказался во мраке.

Подбегаю к перекрёстку с Бахман, и тут…

На полной скорости сшибая каких-то непонятных существ, с ревущим мотором и горящими фарами откуда-то спереди вылетает машина!!! И, не сбавляя оборотов, сворачивает на главную Бахман и уносится вдаль. Не успев как следует опомниться как следует я изо всех сил бросаюсь в погоню.

«Нелли, стой!!! Остановись!!! Я здесь!!! Не оставляй меня, Нелли!!!»

Она видно обезумела от страха и ничего не слышит. Вскоре машина пропадает из виду.

…

Я всё бежал и бежал в попытке догнать и ухватить этот последний, ускользающий прямо из рук шанс, шанс во всём разобраться, шанс понять и простить, шанс на спасение. И плевать было на то что я уже не видел и не слышал больше ничего. На полном ходу я едва ли не таранил встречавшихся на пути уродов, даже не обращая на них внимания, и страх потерять её, страх остаться в одиночестве лишь подстёгивал меня. Если все покинули этот город всего за одну ночь – значит тому были веские причины, и мне тоже пора убираться отсюда пока не поздно. И вот впереди уже замаячил выезд из города… как вдруг от неожиданности я торможу, запинаюсь и падаю.

Встаю, но не отряхиваюсь. Ведь мой внешний вид – это ничто, по сравнению с увиденным.

Несколько мгновений я просто стою в шоке и не могу поверить в происходящее. Выезда из города нет. Начало Бахман обрывается в бездонную пропасть. И на самом её краю видны следы автомобильных шин…

Немного придя в себя я осматриваюсь вокруг и замечаю оброненный кем-то фонарь. Включив его я направляю луч за край обрыва в попытке разглядеть хоть что-нибудь, но всё бесполезно. За чёрной мглой нет ничего. И как только я осознаю это – в моей голове снова раздаётся зловещее «Ты мёртв!»

Но это уже неважно. Она тоже мертва. Я потерянно склоняюсь, сажусь прямо на асфальт и закрываю лицо руками…

…

«…мы не можем его разбудить…мы убьём его…он лежит здесь уже четвёртый день…почему он не просыпается?»

Резко открываю глаза, отнимаю от лица руки. Обрывки фраз всё ещё хаотично мелькают в мозгу, но постепенно утихая, укладываясь в ровные ряды воспоминаний. И сейчас, анализируя всё произошедшее я кажется начинаю понимать: а воспоминания ли это? Быть может их голоса я на самом деле слышу наяву, а всё происходящее здесь – всего лишь сон? Но если это действительно так – тогда почему я и правда не могу проснуться?

Встаю на ноги и неторопливо изучаю окрестность. И с каждой секундой моя уверенность что это сон только растёт. Могла ли такая пропасть возникнуть всего за одну ночь? И что было тому причиной? Куда подевались все люди? Что за существа бродят вокруг, да и откуда они взялись?...

Поводя фонарём по сторонам замечаю невдалеке какую-то необычную коробку. Подойдя вплотную вижу что это увесистая шкатулка на механическом кодовом замке. Изрядно помучившись и наконец открыв её нахожу внутри ещё один камень. И… ключ от дома Нельсона.

В немом удивлении я несколько минут верчу его, тщетно пытаясь угадать что может скрываться за этим. В том доме я был всего два раза, и то случайно, буквально мимоходом. Ни одного случая, ни одной даже мелочи не может связывать меня с ним. И тем более странным от этого становится появление ключа здесь, во сне, именно на этом месте. Хотя… отсюда не так уж и далеко до места.

…

По пути начало рассветать. Сворачивая на бегу на запад от заправочной станции я едва не налетел на собственную смерть. Лишь вовремя сработавшая реакция на чужое, осязание чего-то постороннего спасло меня в тот миг. Застыв на мгновение я рассматриваю… и от страха по телу пробегает конвульсия.

Впереди в нескольких метрах стоит нечто, нечто большое. И оно не похоже на тех существ, что я видел до этого. Оно больше, массивнее, да и внешне никак не напоминает тех кукол-марионеток. Его лицо…чёрт побери…оно человеческое, безусловно человеческое, но…оно мертво, мертво довольно давно, настолько, что трупные черви объели его, превратив в чудовищную омерзительную маску. Передо мной словно кадавр, не меньше года разлагавшийся в своём гробу, а теперь вылезший забрать, сделать меня подобным себе. И сейчас именно я допустил ошибку, по неосторожности слишком близко подойдя к нему. Он почувствовал это.

Ступая как можно тише, я с ужасом и нескрываемым отвращением довольно быстро ретируюсь, и забежав за угол ближайшего дома начинаю подглядывать. Может стоит отвлечь его как можно дальше, а потом просто обходить то место стороной? Ведь я не смогу убить его. А может…?

Но, то ли не заметив куда я отошёл, то ли посчитав что я убежал вперёд, он через несколько мгновений проходит мимо и направляется вдоль по улице, не обратив на меня никакого внимания. Несколько удивившись, я ещё долго провожаю его взглядом до самого моста. И только было подумал, что проблема решилась сама собой, как вдруг услышал звуки боя.

Обернувшись я увидел разъярённую тушу, прыгавшую и бесновавшуюся меж двух существ поменьше, которых из-за плотного тумана почти невозможно было разглядеть. Странно, но мне показалось, что оттуда слышны ружейные выстрелы. Но разве здесь ещё могли остаться люди? Посмотрев ещё раз, я снова передёрнулся. Нет, вряд ли эти двое могут быть людьми. И, насколько я вижу, у них нет никаких против него шансов. Вспомнив его лицо я поспешно удаляюсь. Не хватало чтоб оно снова меня почуяло.

…

Вот и дом. Почти рядом школа. Нельсон постоянно мечтал вырастить ребёнка, причем такого, чтобы тот был куда лучше отца. Не один раз он хвастался своими воспитательскими умениями и при удобном случае намекал на положение дома, мол будет совсем недалеко от знаний. Но мечты порой так и остаются мечтами. Хотя он упорно старается не подавать виду, временами даже пытаясь шутить. Но выглядит это нелепо: у Нельсона совершенно нет семьи.

Я захожу в подъезд, поворачиваю налево и открываю дверь.

В лицо резко дохнуло затхлой пыли и ещё чего-то. Похоже здесь давно не убирали. Сморщившись и закрыв нос рукой я прохожу по коридору и вдруг замечаю кое-что.

Приближаюсь к дивану, и моя рука словно сама тянется уже закрыть и рот. На диване сидят трое: сестра, Элизабет и Нельсон. И все трое мертвы. Мертвы очень давно, трупы превратились в высохшие мумии. Превозмогая порывы тошноты я вглядываюсь в них и понимаю – их лица… Чудовище у заправки… Вот что за запах стоит здесь кроме пыльного. Наконец не выдержав я бегом бросаюсь в уборную и освободив желудок теряю сознание…
День 5:

Очнулся я там же в уборной лёжа на полу. Встав и приведя себя в порядок я на момент вспомнил их вид и не удержавшись вновь испортил туалет. Почувствовав же улучшение пошёл изучать дом. Не просто так меня сюда завело

Выйдя в коридор замечаю что вокруг темно. Включив фонарь иду осматривать трупы. Но у дивана встаю в изумлении.

Их нет. Ни одного. И никаких следов пребывания. Ни складок на диване, да и запах исчез. Что за …?

С минуту я таращился на пустую мебель пытаясь понять, что же на самом деле это было, видение или правда. Но тут громкий шорох со стороны кухни заставил меня отвлечься.

Я подхожу к обеденному столу. На нём стоит коробка. Та самая. Закрытая. И тут же снова раздаётся шёпот: «Открой её!»

Я протягиваю руку, спокойно но неуверенно, ожидая всего что угодно. Касаюсь крышки… и всё резко исчезает. Успев вовремя отдёрнуть кисть, я внезапно замечаю, что исчезло далеко не всё. На месте коробки лежит какая-то папка. И глядя на неё я вдруг вспоминаю.

Это был второй мой визит сюда, несколько дней назад. Нельсон очень торопился, всё время упоминая какие-то важные дела. Пока он возился с документами я приметил в его сумке эту папку. На мой вопрос что в ней он отмахнулся сказав что в ближайшее время сам начнёт с этим разбираться. Перед самым уходом он достал её и демонстративно бросив на стол, как на самое видное место, пошёл на выход. Странно, но кажется она так и лежит с тех пор.

Первым листом оказался лист первичного осмотра пациента. Заполнен красивым ровным почерком, но удивительно непонятным языком, словно кто-то дурачась решил написать всякую ахинею, коверкая при этом слова и переставляя буквы. Пролистав дальше я убедился, что так оно видимо и есть, вся медицинская карта просто нечитаема из-за этой белиберды. Не слишком зациклившись ложу её на место… и сзади раздаётся ещё один шорох.

Развернувшись и осветив пространство вокруг я заметил что картина на стене висит как-то не так, немного криво. Подойдя к ней я обнаружил что это не что иное как тайник. И в нём что-то есть. Но как открыть? Картина с места не двигается.

Непроизвольно делаю шаг в сторону… и моя нога задевает что-то. Наклоняюсь, поднимаю и осматриваю. Статуэтка из папье-маше, довольно увесистая, по всей видимости упавшая с небольшой полки рядом с картиной. Ставлю её на место… как вдруг полка приходит в движение, смещаясь вниз как рычаг… и картина отваливается. Внутри лежит ещё один камень, бледно-белый как мрамор. И какой-то непонятный предмет, то ли рычаг, то ли ключ, больше всего напоминающий ручку от механической мясорубки.

Разложив всё по карманам я возвращаюсь к столу и вновь беру в руки папку. Может всё написанное – это какой-то шифр? Судя по буквам это вполне возможно, хоть текст и кажется совершенно непонятным. Но тогда встаёт вопрос: кто и для чего сделал это? Для чего нужно шифровать медицинскую карту, если кроме персонала её больше никто и не прочитает? И как она попала в руки моему напарнику если он не является лечащим врачом? Я начинаю вглядываться в слова, пытаюсь понять что они значат… как вдруг совсем близко от меня, справа, раздаётся третий шорох…

Я поворачиваюсь… и чуть не получаю апоплексический удар. Нельсон, мёртвый, засушенный, идёт прямо на меня, вытянув вперёд руки! И его рот при этом шевелится, словно он хочет мне что-то сказать!

Выронив от ужаса документы и запнувшись об стул, некстати оказавшийся сзади, я падаю на спину и в страхе как можно быстрее отползаю назад. А он всё идёт и идёт, со свистом и шипением что-то бормоча себе под нос. Я напряжённо вслушиваюсь… и тут вдруг различаю, что он говорит. Приятный, спокойный его голос. «Ричард, Ричард, просыпайся! Ричард, что с тобой?». Приятный… Приятным он был бы услышан от живого нормального человека. Но передо мной тухлый засушенный труп. И такой диссонанс между видом и голосом никак не может внушать доверие. Я достаю пистолет и открываю огонь.

Встав и убедившись что он умер окончательно, я подхожу и подбираю папку, сунув её за пазуху. Всё найденное здесь имеет какой-то скрытый смысл, какую-то тайну, и может быть найдя ключ и узнав суть написанного я пойму что меня здесь держит. И сон ли это? Голос шёл прямо от трупа, а не со стороны и не над ухом. Это он говорил со мной, именно здесь и именно сейчас.

…

Я закрываю входную дверь, оборачиваюсь… и в душе становится ещё страшнее. Весь подъезд сверху донизу и снизу доверху забит безликими, которые только того и ждали. Как только раздаётся щелчок закрытого замка они со стонами всем скопом кидаются на меня. Изо всех сил расталкивая и раскидывая их по сторонам я бросаюсь вон из дома. Но и на улице ситуация не лучше. Они вокруг, везде. На бегу достав пистолет и отстреливаясь от самых близких я не заметил, как добежал до другой стороны улицы. Неожиданно земля исчезла и пролетев несколько метров я упал и отключился…

…

Придя в себя от сильной ноющей боли и наконец встаю и оглядываюсь. Надо было смотреть под ноги, хотя… разве можно заметить в кромешной тьме открытую канализацию под своими ногами, да ещё и убегая? Вот сюда я на полном ходу и сверзился. Безумно болит отбитая ключица, но мне ещё очень повезло что приземлился я на мягкую кучу мусора, иначе разбился бы насмерть. Не знаю сколько времени прошло с моего падения, но глядя вверх я вижу свет через отверстие люка. И увы, мне до этого света не добраться – часть металлической лестницы, капитально прогнив, отвалилась весомым куском от стены и разбилась на куски. Пути обратно нет. И я оборачиваюсь к пустынным коридорам.

Это был самый настоящий лабиринт, я блуждал по нему так долго, что несколько раз мне казалось что выхода просто-напросто нет. Я ходил кругами пока не запомнил примерно все ходы и тупики. Но в конце концов я наткнулся на стену, на которой были изображены четверо каких-то мифических героя, и под каждым в стихах написана его история. Над головой же каждого находилась овальная выемка. Поражённый внезапной догадкой я достаю камни и начинаю на разные лады примерять их к выемкам. Так и есть, вскоре я подбираю нужную комбинацию, и из стены выезжает какой-то механизм. Присоединяю к нему рукоять, найденную у Нельсона, и начинаю крутить. Стена поднимается, и…

Я цепенею. Из освободившегося узкого прохода на меня идут всего двое, но… эти двое, чёрт побери… эти двое – Нелли и Элизабет, и они мертвы, так же как и Нельсон. И они так же шевелят губами. И каждая, своим собственным спокойным до жути голосом, обе вторят друг другу в унисон: «Ричард, просыпайся! Ричард, не оставляй нас, не уходи, пожалуйста!». И кажется, словно по их лицам текут слёзы. По мёртвым испорченным лицам. Не выдержав и заорав от ужаса я закрываю глаза и, отвернувшись, начинаю палить.

И вновь – тишина. Стараясь не смотреть на них я пробегаю вперёд и найдя путь наверх поднимаюсь. А внутри вместе с тем поднимаются боль, страх и отчаянье. Боль – я только что убил самых близких себе людей. И плевать на то что они уже были мертвы. Они ведь… Страх. Говорят что люди, испытав страх или ужас во сне мгновенно просыпаются. Я не проснулся. Значит это не сон. Отчаянье… Если это НЕ сон…

Я вылезаю весь в грязи и поднимаю печальный взгляд вверх. И тут же, словно по заказу всё начинает темнеть.

День 6:

Это не сон. Нет, это никак не сон. И дело даже не в том, что я не проснулся. Просто мои ощущения… Они реальны. Я трогаю асфальт под собой, и я чувствую – он реален. Я вдыхаю плотный, висящий комками в воздухе туман – и он втягивается в меня как дым. Холодный сырой дым. И я чувствую – он реален. Я могу запустить камнем в окно дома, и оно расколется, я уверен – и оно реально. Но если подумать, что и всё происходящее вокруг реально – нет, не может этого быть. Но это и не сон. Или всё-таки?...

Нужно идти домой. Если это не сон – значит нужно во всём разобраться. Я не мог беспричинно оказаться здесь в одиночку.

…

Я закрываю входную дверь и…

«Рич, ты уже вернулся?»

Опешив, я поднимаю глаза. Прямо передо мной стоит отец.

«Ты в порядке? Как дела на работе? Мне передали, что в последние дни у тебя не всё гладко» (спокойным голосом)
(потерявшись) «Д-да нет, у меня всё нормально, с чего бы быть неприятностям?»
«Не знаю, заведующий фармацевт почему-то уверен в обратном. Может что-то не так?»
«Да нет же, всё отлично. Просто всё это время я…»

Внезапно моя рука отяжелела. Недоуменно опустив взгляд вдруг обнаруживаю, что держу дневник.

Секунда на размышления, и…

(протягивая руку) «Просто всё это время я вспоминал о твоём скором дне рождения, может потому и выглядел как-то не так. Держи пап. Я ведь знаю, как ты любишь всё записывать, все свои знания. Поздравляю тебя»
(тоже протягивая руку, радушным тоном) «Вот уж спасибо. Я как раз подумывал приобрести что-нибудь подобное, нужно расписать последние найденные виды. Слушай, а ты не пробовал поговорить с…?»

И тут внезапно – вспышка – и ничего не осталось. Тьма, тишина и мёртвые коридоры. И я, как истукан стою с вытянутым в руке подарком.

Это был его последний день рождения. И всё было именно так, как и произошло только что, с той лишь разницей что тогда я подарок отдал. А сейчас при виде его начинают кошки на душе скрести. Отец видимо так и не успел им воспользоваться, все листы чисты как и прежде. Значит теперь он пригодится мне. Я должен вспомнить и записать всё произошедшее здесь с самого начала. Все эти знания – ключ к тому, что здесь происходит.

…

Я весь чёртов день писал этот дневник, закрывшись в кабинете у отца я сидел и вспоминал все чёртовы мелочи, всё что случилось за эти дни здесь. Тьма, свет – это сутки – решил я, и стал записывать так, как именно всё происходило с момента, как я проснулся и до настоящего времени. Я не упускал ни одной мелочи, ни одной даже казалось бы несуразной вещи, ни одного звука, ни одной мысли. Но нет. Обдумав и рассмотрев всё, со всех сторон, и как бы оно не звучало – но я не нашёл ничего, что могло бы объяснить моё появление здесь. Ничего, абсолютно. Я обдумывал каждую минуту, каждую секунду, каждое переживание и так и эдак. И каждым из них я проникся настолько, что едва ли не за минуту прожил всё заново. Нет, мне не разобраться, да и по сути, что я видел за эти дни?

Я возник, проснулся невесть где; я, во тьме и по закоулкам брожу неизвестно зачем; я, сомневаясь и страдая пытаюсь наконец собрать всё воедино… но ответа нет.

Каждый день здесь страшнее предыдущего, я сам становлюсь всё отчаяннее, при этом я снова и снова слышу этот голос, всё громче, всё настойчивее он повторяет, что я мёртв. Безликие заполонили все улицы, я уже не представляю куда ещё можно от них спрятаться, они везде, везде куда бы я ни шёл.

Который раз уже мне всё мерещится эта коробка. Она стоит прямо под ногами и голос тянет, нудит: «Открой её, открой...». И я наклоняюсь и тянусь открыть её наконец, но как только я касаюсь крышки – она пропадает. Что это за коробка, зачем я должен её открыть – одному Богу известно.

Я уже отчаялся в чём-либо разобраться, все, что я видел в тех своих видениях – это бред, куча бесполезных воспоминаний. К чему они ведут? Ни к чему! В бессильной злобе я вырвал все листы из этого дневника и хотел оставить от них одни клочья, ведь кто найдёт их там, где людей нет вообще? Кто узнает, что я здесь? Никто! Но что-то меня остановило. Я просто выбросил их в сторону и ушёл. И возвращаться не вижу смысла.

У меня нет больше никаких сил. Я просто останусь тут, пока не умру.

Ведь выхода отсюда нет. Нет выхода – нет проблемы. Есть только я. Запертый в мире собственных кошмаров.
…

Я сижу и читаю эту папку. Ну ведь бред, полнейший бред, бессвязный набор букв. Не понятно абсолютно ничего. И чем она меня так заинтересовала?

Хотя нет. Почерк красивый, убористый. Сразу видно, писано если не одним разом, то одним человеком. Но какая-то сила переставила буквы местами. Что бы это могло быть?

Пролистав всё что есть, я открываю последний лист. И с удивлением вдруг замечаю единственную разборчивую надпись карандашом, сделанную рукой Нельсона.

Стоит занести это в городской архив на Файни стрит. Первый уникальный случай, зарегистрированный в городе. Думаю документоведы по достоинству оценят описанные факты

Какие ещё факты? Что ещё за «уникальный случай»? Может мне самому стоит взглянуть на это? Из кармашка папки выпадает небольшой ключ. Скорее всего он и есть от архива. Наспех собрав все вещи я выбегаю из дома.

И тут же всё тихо обступает тьма…

День 7:

Целую ночь я бежал и бежал к цели. Запыхавшись и отдуваясь, уже к рассвету я подбегаю к двери, трясущимися руками вставляю ключ в замок, открываю, и…

Мои глаза закрыты. Но словно видение я вижу девушку, стоящую где-то на улице. Темноволосая, одетая как офисный работник она смотрит на меня непонимающим взглядом и словно хочет что-то сказать.

«Кто вы? Что вы здесь делаете?»
«Меня зовут Ричард, приятно познакомиться. Я живу в этом городе. А вы, простите?»
«Я Моника. Мы с друзьями попали сюда по ошибке и не совсем понятно как. Вы не могли бы помочь нам выбраться отсюда?»
«Возможно, если мы найдём выход вместе. Подходите ко мне, если вы недалеко. Я нахожусь на…»

И тут всё резко обрывается. Я даже не успел назвать адрес.

Постояв и немного осмотревшись я прохожу в залу. Стеллажи с архивами покрыты толстыми слоями пыли, словно здесь давно никого не было.

«Эй, здесь кто-нибудь есть?»

Тишина. Слышны лишь мои шаги.

…

Обходя и изучая весь зал вдоль и поперёк при повороте я, случайно задевая одну из полок, запинаюсь и падаю, выронив из-за пазухи папку. От резкого движения она открывается прямо на полу. Встаю, наклоняюсь, подбираю… и мои глаза удивлённо лезут вверх.

Странный текст, что до этого был полной ахинеей… Он в полном порядке. Все слова абсолютно нормальны. Я вчитываюсь… и на место удивления приходит полное непонимание.

Медицинская карта составлена на имя Ричарда Уильяма Денневера, то есть на меня. Она гласит что я попал в больницу с диагнозом странной комы, летаргического сна, из которого не могу выйти. Описаны странные факты бормотания, телодвижений во сне и прочих непонятных вещей. Но больше всего меня поразило что последняя запись сделана через полторы недели с момента поступления, то есть ещё в далёком будущем для меня. Разве такое возможно? Да и сама папка и её листы имеют такой вид, словно не менее 30 лет прошло с той поры, всё ссохлось и пожелтело как пергамент. Но как такое может быть? Неужели это всё-таки сон?

Я отрываю глаза от записей… и испытываю шок. Передо мной на стеллаже чуть повёрнуто стоит ОНА. Передёрнувшись от испуга я аккуратно подхожу и недоверчиво притрагиваюсь. Она реальна. Та самая коробка, что я видел всё это время. Но которая с каждым разом исчезала. Теперь она реальна, физически ощущаема. И голос, постоянно нывший до этого – сейчас упорно молчит. Дрожащими руками я беру её и несу к столу.

Ставлю и осматриваю. Бирка сбоку: Копии заключений о смерти. Странно, для чего они могут быть мне нужны? Снимаю крышку и начинаю вникать.

Инфаркты, смертельные болезни, отравления лекарствами… Просмотрев большую часть я так и не нашёл ничего особо интересного. Некоторые я видел уже не в первый раз. Эти люди умирали в дни моей работы, порой даже приходилось видеть как их увозят из палат. Но в этом нет ничего необычного. У каждого свой конец, и за каждым она придёт в строго назначенный час. Смерть. Самая пунктуальная сущность на свете.

Но вот остаётся всего 2 копии. Беру очередную… и холодею.

Ричард Уильям Денневер. Поступил…числа, обследован, окончательный диагноз - … Умер по прошествии 10 дней с момента поступления не выходя из состояния продолжительной комы. Причина смерти не может быть установлена.

Господи Боже!!! Я в оцепенении опускаюсь на стул и немигающим взглядом устремляюсь в пустоту.

Вот оно что! Оказывается физически я уже давно умер, а мой дух навечно застрял в этом городе, в этом сне. Вот почему я не могу проснуться, не могу выбраться отсюда! Я мёртв, и пути обратно для меня просто нет. А семья, Нельсон… Убив их здесь я можно сказать попрощался так с ними, сам того не подозревая. И теперь я остался один, здесь. Навсегда.

Внезапный стук входной двери подкинул меня с места. Нет, я не один. Монстры добрались до меня уже и тут. Но я не сдамся. Я не дамся вам уроды. Лихорадочно подхватив документ и остатки дневника я, прячась по углам, начинаю искать выход. И вскоре натыкаюсь на двери уборной. Точно, здесь вам меня не достать. Забегаю и закрываюсь изнутри.

Удивительно, но здесь горит свет, хотя казалось бы откуда ему взяться? На стене висит зеркало, прямо под ним стоит тумба с моющими принадлежностями. Непонятно зачем рядом с ней стоит стул. Туалет, раковина. Больше ничего примечательного.

Я подхожу к зеркалу и всматриваюсь в своё лицо. Я мёртв. И этого уже не изменить. И тут же я начинаю вспоминать, как совсем недавно я мечтал стать таким же, как отец. Добиться цели в своей жизни и уйти из неё в почтенной старости. Я хотел чтобы меня помнили. Но вышло всё не так, далеко не так. И теперь, стоя здесь, я печально провожу рукой по лицу. И словно по мановению волшебной палочки оно мгновенно начинает стареть. Да, я хотел именно этого. Вот только… эти мечты так и останутся мечтами, несбыточной утопией. Печально вздохнув, я пододвигаю стул, и сев на него склоняю голову к тумбе, прижав к себе заключение и дневник. Они… вот вся память, что осталась обо мне. И закрыв глаза, я словно откуда-то издалёка слышу прощальные слова, плач Нелли. И стук гробовой доски…

…

Я открываю глаза. Комнаты нет. Исчезло всё. Вокруг меня полыхает тёплый, обвивающий всё тело огонь. А впереди стоит огромная лестница куда-то вверх, в небо. На её конце виден очень яркий свет. И тихий голос зовёт меня туда. И на душе вдруг становится так легко и спокойно. Я всё иду и иду, туда, наверх…

Вот и конец. Осталось 10 ступеней. И вдруг откуда-то сзади раздаётся странный звук, похожий на поворот ключа в замке. Я удивлённо оборачиваюсь, но вокруг всё то же. И постояв с мгновение я прохожу остаток пути. Вытягиваю вперёд руку. И свет поглощает меня…