Путь Изгоя
Беренгар уходил из Каэр Морхена. “Наконец-то уйду отсюда” – думал он. “Проживу как-нибудь. Всё-таки не впервой…”. Беренгар вновь уходил из замка, из этого места, так ему ненавистного. Ведьмак… Зачем его сделали ведьмаком? Кому он помешал, кто его возненавидел? Зачем ему поломали всю судьбу? Жил бы он сейчас в Вызиме, трахал бы какую-нибудь деревенскую бабу, и радовался бы жизни! Но нет… Он ненавидел всех ведьмаков в Каэр Морхене, всех до единого, а в особенности Весемира. По его приказу его выкрали из семьи, вырвали его из беззаботного детства… Сукины дети…
“ НЕНАВИЖУ” – закричал Беренгар, ринулся к ближайшему дереву, и начал молотить ствол руками. Он вымещал свой гнев, гнев за то, что у него отобрали всё, но взамен сделали его ведьмаком, паршивым выродком… Затем Беренгар сел под дерево, и… зарыдал. Зарыдал навзрыд, так, как рыдают, когда что-то или кого-то теряют… Но ведьмак знал кого он потерял. Он потерял Себя. Он понимал, что стал чудовищем, злом, которым выжигают зло, но в душе он остался человеком. И это придавало ему силы, он взял себя в руки и продолжил свой путь, вытирая на ходу слёзы…
Несколько дней спустя, Беренгар остановился в предместьях, так как его не пускали в Вызиму из-за введённого карантина. Вот ведь суки эти стражники! Отказались впустить за 100 оренов. Богачи хреновы… Помедитировав часок у костра, Беренгар направился к местному “ главному”, некоему Преподобному… Тот дал ему задание: Если он убьёт Зверя, то Преподобный даст Беренгару пропуск, ну а если нет… значит нет. Ведьмак пообещал, что он выполнит задание, и начал готовиться к встрече со Зверем. Все заметки он заносил в личный дневник.
Приготовив несколько зелий, дождавшись ночи, он пошёл к тому месту, где Беренгар видел Зверя в последний раз… И вдруг, вся округа огласилась воем. Из ниоткуда появился Зверь и спросил ведьмака: “ Кто повинен в моём появлении?”. Беренгар не смог ему ответить, и Зверь исчез. После этого Беренгара охватил ужас, ужас оттого, что он уже не может даже убить простого монстра… хотя нет, не совсем простого. Чёрт бы вас всех побрал, да у этого существа есть все признаки Демона Альзура! Беренгар понял, что ему лучше убраться отсюда подобру-поздорову, и найти другой путь в Вызиму…
Пять дней спустя
“Суки, суки, суки! Выпустите меня! Что я вам сделал? Вы, хренососовы амфибии, а ну выпустите меня сейчас же!” – орал Беренгар, сидя в какой-то клетке с завязанными глазами, и закованными в какие-то магические браслеты руками. Он уже понял, что эти браслеты не дают ему пользоваться Знаками. “Не сопротивляйся, и всё будет хорошо, выродок” – Сказал ему какой-то странный голос. Беренгар был в полном отчаянии. Он находился в этом подвале уже три дня, и всё ещё не мог придумать, как ему сбежать отсюда… Хотя у него была идея… “ Эй вы, там, развяжите меня, я хочу поговорить с вашим главарём” – закричал Беренгар. “ Вот так-то лучше… эй, вы развяжите его” – Беренгар снова услышал этот голос. Пока Беренгара вели к кому-то, он успел запомнить весь путь от камеры до комнаты, в которую его посадили и сказали ждать. Затем, в комнату зашёл какой-то маг, и вкратце рассказал, что им нужно от ведьмака. Ага, значит им хочется открыть Башню на болотах… Ну что ж, это шанс… “ Я согласен” – ответил Беренгар и потребовал, чтобы ему вернули его снаряжение, ну или хотя бы часть того, что у него было.
Беренгар убегал от преследователей, которые гнались за ним через всё болото. Возле глиняных ям, он понял, что его окружили. В голове его промелькнула мысль, “ Ну вот и всё, вот и конец”. Он понял, что ему никогда не вырваться из плена Саламандр. Никогда. Никогда.
Конец

Из воспоминаний Лютика.
(рассказанных им после изрядной порции темерийского пива, выпитого в таверне «Под кудлатым мишкой»).

Махакам – говорил Геральт. Невысокие предгорья, населённые краснолюдами. Давно уже я не чувствовал такой подавленности. Я свыкся с необъятными просторами Темерийских лесов, с миром деревьев и солнца, а здесь меня окружали горы и до ближайшего поселения было несколько часов пути. Даже запах и вкус воздуха были для меня чужими. А вокруг нашего костра, словно насмехаясь над своим названием, возвышались низины.
Я встал, поправил плащ, поднял с земли серебряный меч Геральта; этот длинный холодный клинок постоянно притягивал моё любопытство и ко мне пришла идея полюбоваться его рунами под лунным светом на вершине ближайшего холма.
- Пойду поброжу.
Геральт смотрел мне вслед, но не сделал ни движения, чтобы последовать за мной. Я повернулся и полез на вершину холма. Оказавшись наверху я взглянул вниз и увидел костёр и чёрный силуэт Геральта, уютно устроившегося около огня.
Что-то ударило меня в спину. Я выругался, отпрыгнув в сторону и напряжённо вглядываясь в темноту, запутался в переплетении теней и споткнулся о камень. Взор мой упал на небольшую ложбинку с другой стороны холма.
Камни. Обычные камни, но не все одинаковые, гладкие, словно их подбирали и специально полировали. Они лежали рядышком и образовывали длинную изогнутую линию, похожую на ожерелье из алмазов. В свете луны камни казались чёрными, настоящий их цвет можно было определить только днём. Я прошёл вдоль цепочки, пока последний камень не встретился с первым – встретился бы, если бы я случайно не откинул его ногой с законного места, когда поднимался на холм.
Усмехнувшись, я наклонился и подобрал отброшенный камень. Он был прохладным, гладким и покрытым какими-то странными не то письменами, не то закорючками. Его прикосновение вытянуло последние остатки раздражения, наполнив меня лёгкостью и радостью; если бы я не оставил лютню у костра, над этими мрачными предгорьями заструилась бы великолепная музыка! Наклонившись, я неохотно расстался с ним, и он лёг в тот пустой промежуток, из которого был выброшен неуклюжим движением моей ноги. Я удовлетворённо кивнул: круг был восстановлен.
Меня захватила волна удовольствия. Я уже не чувствовал тоску и одиночество, весь мир радовался мне и я должен был поделиться с кем-то этой радостью. Я выпрямился.
- Эй, Геральт! – эхо разнесло мой крик. – Не хочешь размяться и насладиться потрясающим видом? – я перешагнул через камень, который только что положил на место, вошёл в круг и только тут вспомнил о мече. Серебряный клинок заблестел в лунном свете. Сквозь блеск немного отсвечивали пурпурным руны, выдавленные в металле, и меня вдруг захлестнула волна ненависти к мечу. Но неприятное чувство исчезло так же быстро, как и появилось.
- Ну давай, Геральт… что ты плетёшься?
Геральт медленно поднимался на холм – тень среди теней.
- Что ты кричишь? – сварливо поинтересовался он. – Мне было так хорошо в тишине у костра, а ты всё испортил, да и местность тут дикая, только беду накличешь.
Я показал.
- Видишь круг? Правда, необычайно красиво?
Ведьмак нахмурился.
- Какой круг… - внезапно запнувшись, он резко изменил тон. – Выходи оттуда! – приказал он. – Быстро выходи оттуда!
- К чёрту, почему?
Он словно не слышал моего вопроса.
- Ты там трогал что-нибудь? Что-нибудь внутри или сам круг?
- Я случайно отшвырнул камень и вернул его на место. А в чём дело?
Геральт выругался. Белые волосы сияли в лунном свете и развевались в поднявшемся ветре.
- Это кольцо фреки, Лютик. Я не могу в него войти, но ты ещё можешь успеть выйти. И выходи быстрее, пока они не проснулись.
- Геральт, не смеши меня. Здесь никого нет.
Уже есть. Я это почувствовал.
Что-то ударило меня под колени. Меч Геральта выпал из рук, когда я шлёпнулся на землю, загребая пальцами траву. Что-то держало меня, хотя рядом никого не было – ни рук, ни верёвок. Просто сила, и эта сила затягивала меня в землю.
Я лежал пластом, на животе, пригвождённый к земле. Моё лицо, повёрнутое на бок, вжималось в траву, потом глубже – в землю, в темноту, которая заползала в глаза, нос, рот. Я хотел закричать, но только заглотнул землю и траву. Где-то в другом мире находился Геральт и я его не слышал. Мои уши засыпала земля.
Я дёрнулся и кашлянул, пытаясь выплюнуть влажную землю и захватить хоть глоток воздуха. Я чувствовал почти непристойное стремление моего тела войти в землю как мужчина входит в женщину.
Почва была живой. Она ползала по моему телу: травинки связывали волосы, пальцы рук и ног, щекотали ноздри и рот, теребили веки, стараясь добраться до глаз. Я крепко зажмурился и снова попытался закричать, но, как только я открыл рот, в него сразу полезла настырная трава. Сочные стебельки заползли в горло, и я уже не мог издать ни звука.
Ну же, Геральт, сделай что-нибудь!
Он сделал. Он вытащил из кармана янтарное ожерелье, купленное для Трисс и бросил в круг:
- Возьми это! – властно крикнул он. – Возьми и отдай мне человека!
Я знал, что к тому времени превратился в холмик земли и травы по форме напоминающей человека. Ещё минута и от меня не осталось бы ничего. Но оно уже не затягивало меня. Оно обдумывало слова Геральта. И изучало его подарок. И согласилось его принять.
Я вырвался из-под слоя земли и травы, слыша как протестуют рвущиеся корни и расползающиеся стебли. Я встал, пошатываясь, упал, снова поднялся, сосредоточившись только на том, чтобы перебросить тело через кольцо камней.
- Меч! – закричал Геральт. – Не оставляй им меч!
Каким-то чудом я нащупал оружие, сжал его и вытащил из круга, где Геральт схватил меня за руку. Я был слаб и непонимал, где нахожусь и что происходит. Ведьмак потащил меня от камней.
- Геральт…
- Нужно как можно быстрее собирать вещи и молиться, чтобы им подольше хватило ожерелья, - решительно объявил он. – Серебряный меч не одолеет фреки без особого оружейного масла, даже за пределами их круга…

…Так Геральт в очередной раз спас мою никудышную душонку, даже, заметьте, не показав ни одного своего ведьмачьего приёмчика. А кто такие фреки? – Предвижу я ваш вопрос и тут же отвечаю: А баргест его знает! Геральт только поведал, что словечко это краснолюдское, а сами они бестелесные и голодные, хотя и немного тупые, как вы уже успели заметить.

Раннее утро. По дороге, озаренной восходящим солнцем, меланхолично и неторопливо двигались двое всадников. Один был явно человеком искусства, а точнее бардом, если судить по прикрепленной к седлу лютне. Второй был воином, об этом говорил его устрашающий вид и два клинка за спиной.
-Геральт, давай вернемся в Вызиму, у меня очень плохое предчувствие.
-Перестань ныть, Лютик. В письме Весемир явно дал знать, что это очень важно.
-Если бы Анарьетта все еще властвовала в Боклере, то я бы вообще не поехал.
-Ты меня достал, Лютик, больше никогда тебя не возьму с собой.
После этих слов бард обиделся, и долгое время оба ехали молча. Но тишина длилась не долга…
-Надеюсь, что эту нильфгаардку Фрингилью Виго мы не встретим в замке. А то мы отсюда уедем не скоро.
-Кто эта Фригилья Виго? Лютик, ты же знаешь, что я ничего не помню.
-Да, извини. Это одна чародейка, с которой ты замечательно провел время.
-Все, молчи, я все понял. Трисс знает?
-Это ты сам у нее спроси.
-Ладно. Смотри, мы почти приехали. Ну же, Плотва, быстрее.
На горизонте сквозь утренний туман ясно стали вырисовываться башни замка. Друзья подъехали к воротам и постучали. Никто не откликнулся.
-Странно, это же Туссент, самая веселая страна в мире. А так тихо.
-Будь начеку, Лютик. Привяжи пока коней, а я пойду дальше. Догонишь.
Геральт аккуратно отворил ворота и вошел в город. На улице – никого. Ни звука. Следов борьбы не было, все словно испарились. Ведьмак вытащил серебряный меч – тут явно поработали не разбойники. Геральт решил идти в самый центр Боклера – родовой замак правителей Туссента, построенный еще эльфами. Вскоре его догнал бард.
Вместе, озираясь удивленно по сторонам, они дошли до парадного входа в крепость, так никого и не встретив. У самого входа медальон ведьмака как будто взбесился.
-Геральт, а может не надо? Ну, его, этого Весеимра с его важным заданием.
-Успокойся, все будет нормально. Только слушай, Лютик, ничего не трогай. Понял?
Бард послушно кивнул. Геральт, с мечом наготове, вбежал в главный зал. За ним засеменил Лютик.
Эльфийская работа поражала своей красотой и величием. Своды зала были сделаны из какого-то диковинного камни, повсюду были барельефы с различными сценами древнего эльфийского быта. Потолок подпирали мраморные статуи. В зале было очень темно, но света хватило, чтобы понять, что друзья были не одни. На троне кто-то сидел. Ведьмак и бард подошли поближе. Незнакомец встал. Был он очень большого роста, выше даже Геральта.
-Как же просто заманить вас в ловушку. Ничего вам этот старый дурак не писал, зато писал я. Схватить их!
В зал хлынули как саранча толпы людей, с ног до головы замотанные в тряпки так, что лиц их не было видно. Они окружили парочку, но атаковать явно не решались, боясь меча Геральта.
Их предводитель подошел поближе, свет факелов упал на него. Лютик непроизвольно ахнул. У незнакомца были кошачьи глаза и белые волосы, как у Геральта. Одежда его была необычного фасона, такого не встретишь ни в одном уголке этого мира. Лет ему было много, на довольно неприятном лице был не один шрам.
-Ты, Геральт, уже помешал нам дважды: убив Якова, на которого мы возлагали большие надежды, и предотвратив покушение на Фольтеста. Наше терпение подошло к концу. Пришло время тебе отправиться к своей мамаше, сынок.
Незнакомец вытащил из-за спины два гигантских меча и встал в боевую стойку. Его слуги, увидев это, набрались храбрости и все больше сокращали расстояние между ними и ведьмаком.
-Беги и не спорь, Лютик. Я расчищу тебе путь к выходу.
-Сейчас я вынужден согласиться с тобой, Геральт.
Закипел бой. Геральт сменил серебряный меч на стальной и зарубил смельчака, осмелившегося подойти близко. Воспользовавшись замешательством остальных, ведьмак убил еще одного, проделав брешь в рядах противников. Лютик смог выскочить. Сражение продолжилось. Еще трое приняли на себя всю ярость пламени знака Игни. Сделав изящный пируэт, Геральт чередой ударов разрубил нападающего на куски. Кровь лилась ручьями. Ведьмак стал подобен Богу Войны, каждую секунду кто-нибудь умирал от его меча. Один из слуг хотел подобраться к Лютику, притаившемуся у двери. Геральт увидел это и, вложив максимум сил в создание Аарда, пустил заряд в противника. Его подбросило к стене и опустило, прям на охотничьи трофеи владык Туссента - рога висящего там животного прошили несчастного насквозь.
Ряды атакующих почти иссякли, оставшиеся в живых уносили ноги, прихватив с собой раненных. На Ведьмака ринулся их предводитель. С первых же секунд Геральт понял, что его противник превосходит его в мастерстве владения мечом. Схватка длилась недолго. Скоро Геральт был сбит с ног, а его оружие валялось далеко от него. Верзила занес свои мечи…
Вспышка света. Еще одна. Тут из странного света появилась одетая в кожаные доспехи девушка с пепельными волосами. В руках она держала меч. Быстро, подобно молнии, она разбежалась и прыгнула громиле на спину. Тот не успел опомниться, как клинок неизвестной вошел по рукоять в его тело. Хрупкая воительница сделала сальто назад – ее противник повалился на землю.
В сознании Геральта что-то переменилось, заработал какой-то внутренний механизм – он сразу понял, что перед ним именно та, о которой он слышал в Темноводье. И он вспомнил, как дорога ему была эта девушка.
-Ц-и-и-и-р-р-и-и!
Девушка повернулась к нему.
-Извини, Геральт, я должна идти. Прощай.
Она исчезла также стремительно, как и появилась.
Геральт, ошарашенный происходящим, встал, огляделся и поднял свой меч. Подошел к лежащему на полу верзиле. Тот еще был жив, но находился на последнем издыхании.
-Что-то начинается, кх-кхх, Ведьмак. Кх-кх-кххк, знай, что мы везде и не только в ЭТОМ мире. Ха-ха-ха!
Сказав это, он умер.
-Издох, курва.
Ведьмак помог подняться другу и вместе они отправились исследовать замок. Вскоре в обширных тюремных помещениях они обнаружили всех пропавших людей. Разумеется, никто не помнил, как он тут оказался…
-И тогда я ударил посмевшего приблизиться ко мне и убил его с одного удара, ик.
-Хватит тебе на сегодня, Лютик. Иди, проспись. Завтра в дорогу.
Произнеся это, Геральт вышел на улицу и с задумчивостью посмотрел на звездное небо. «Что-то начинается».
Тяжела жизнь ведьмака...