Rambo J.J.
16.07.2010, 21:28
Снова пейсательствую!
Ночь. На улице лил сильный дождь, гроза периодически освещала улицы и здание с какими-то старинными архитектурными изысками, подчеркивая его готичность, нагнетая мрак и чувство безысходности.
http://funkyimg.com/u2/109/816/_JPG.jpg
В одной из комнат здания лежал мужчина крупного телосложения, привязанный к кровати прочными ремнями.
- Берите все что здесь есть, пожалуйста, возьмите это и уходите, - пытаясь убедить кого-то эхом сказал мужчина в дорогом костюме.
- Заткнись!
*звук выстрела*
- Нет! - раздался женский крик, - Пожалуйста! Брюс! Беги, прячься! ААА!
*раздалось ещё два выстрела*
Появился шум сирен, с каждой секундой он был все ближе и ближе
Мужчина открыл глаза, он весь был мокрый от пота, по его лицу скатывались капли и впитывались в подушку. Сирены продолжали шуметь у него в голове, он повернул голову в сторону окна за его кроватью настолько, насколько это позволяли ремни, по комнате стали гулять отблески маячков: красный-синий-красный-синий-красный-синий. Мужчина окинул взором комнату: его кровать была справа под окном, с противоположной стороны у окна была раковина с зеркалом, в углу возле двери за небольшим ограждением стоял унитаз, по другую сторону от двери располагался стол, возле которого стоял стул, возле кровати была небольшая тумбочка. Весь интерьер в комнате был прибит к полу болтами, на окне были решетки, а дверь была металлическая с небольшим окошком.
Мужчина стал нервничать и пытаться вырваться, но ремни были наглухо закреплены и прижимали человека к кровати. Несмотря на комплекцию атлетического типа мужчина не смог высвободиться, - тот, кто закрепил ремни, знал свое дело.
- Что это за место? Где я? Как я сюда попал? - стал перебирать мысль за мыслью пленник.
Стало светать, за дверью послышались шаги. Мужчина насторожился.
- Добрый день, - поприветствовал пленника вошедший человек в белом халате, - как спалось? Всю ночь гудели эти сирены, вы хоть выспались?
Пленник не отвечал, лишь смотрел уставившись с недоумением в гостя.
- Что такое? Вас что-то беспокоит, мистер Уэйн? - сказал человек в белом халате, улыбнувшись, но даже когда он не улыбался казалось, что на его лице застыла некая ухмылка.
- Где я? Кто ты такой? Отпустите меня! - начав разговор с тихих тонов, криками закончил мистер Уэйн.
- Успокойтесь, Брюс, я ваш лечащий доктор, Джонатан Керриган, - успокаивающим тоном попытался утихомирить доктор взбунтовавшегося пациента.
- Что здесь происходит? Как я сюда попал?
- Успокойтесь же, - все тем же мягким тоном продолжал доктор, - вероятно, это осложнение шоковой терапии. Говорил же им, надо было снизить вольтаж, - продолжал врач, отведя взгляд в сторону окна, - но, думаю, мы справимся, мистер Уэйн, не стоит так просто сдаваться, - улыбаясь успокоил пациента доктор, - как ваше самочувствие, Брюс? Ничто не беспокоит? Может боли какие-то?
- Нет, - агрессивным тоном проговорил Уэйн.
- Я сейчас по очереди освобожу одну вашу руку, а затем другую, мне необходимо проверить сухожильные рефлексы, я надеюсь вы не будете буйствовать? - сказал врач, доставая молоточек, - Брюс? - продолжил доктор не получив ответа.
- Постараюсь.
- Вот и славненько.
Доктор освободил левую руку, и только он склонился над пациентом, как тут же почувствовал крепкую хватку у своей груди. Брюс Уэйн схватил доктора и подтащил его к себе, лицом к лицу.
- Кто ты?! Как я сюда попал!? Освободи меня! - закричал пациент.
- Санитары!!!
В палату ворвались два крупных санитара и оттащили врача от разъяренного пациента.
Доктор поправил халат и приказал прибежавшей на шум медсестре ввести пациенту снотворное.
- Все не так просто, как мне казалось, - задумчиво проговорил врач, уставив взгляд на пациенте.
***
Смиренную гармонию нарушило звонкое чирикание воробьев за окном. Они словно переговаривались между собой, перебивали, спрашивали, отвечали. Внезапно по обонянию ударил запах свежевыстиранного и выглаженного постельного белья, а через мгновение глаза, сквозь закрытые веки ощутили лучи солнца, пробивавшиеся сковзь густую листву деревьев. Это и заставило Брюса Уэйна открыть глаза.
Открыв глаза он осмотрелся: ничего не изменилось. Все тот же стол, стул, та же дверь, та же комната. Ужасный кошмар оказался реален. "Как же, все таки, я здесь оказался?", "Что произошло?" - один вопрос за другим перебирались в голове Брюса. "Они знают меня", - внезапно пришло к нему понимание, - "они знают кто я, кто такой Бетмен. Надеюсь Джим вовремя заметит мое отсутствие. Боже, надеюсь, с Альфредом все в порядке. Мне надо выбираться отсюда."
Ход мыслей прервал шум за дверью, напоминающий катание тележки и, последовавший за ним, звук отпирания двери. В комнату зашла молодая веселого вида девушка, в ушах у неё были наушники, музыку из которых было слышно и поодаль. Напевая что-то, она вошла в палату и сняла наушники:
- Доброе утром, мистер Би, - нежным тоненьким голоском поприветствовала девушка пациента, - как спалось ночью? Наверно, не очень приятно спать под транквилизаторами, но поверьте, это для вашего же блага и безопасности.
- Харли Квин! - громко прокричал Уэйн и стал пытаться вырваться из заключения, дергая всем, что не было зафиксировано. На шум сбежался медперсонал, находившийся неподалеку.
- Все хорошо, - успокоила прибежавших девушка, - ремни крепкие, и не таких выдерживали. Мистер Уэйн, настоятельно вас прошу успокоиться.
- Что вы сделали с Альфредом? - закричал Брюс, продолжая попытки вырваться.
- С Альфредом? А почему мы что-то должны были с ним сделать?
- Не пытайся меня одурачить, Харли! Где Джокер? Что он задумал на этот раз?
- Джокер? Вы имеете ввиду доктора Джонатана Керригана? Его сегодня не будет, он на ежегодном съезде научного общества психологов Готэма. Разве что к вечеру, может быть, подойдет.
- Какой съезд? Замышляет очередной терракт?
Что вы, мистер Уэйн, на нем он в очередной раз представит ваш случай и будет обсуждать с коллегами тактику терапии.
- Какой ещё терапии?
- Да уж. Доктор Керриган золотой человек: другие на его месте уже опустили бы руки. А он верит и продолжает лечить.
- Что ты несешь?
- Так, мистер Уэйн, хватать болтать и тем более грубить. Я пришла вас кормить, так что успокойтесь. Я сниму верхние ремни, так, чтобы вы могли сесть, - заботливо сказала девушка и подошла к кровати.
- Да не нужна мне еда, тем более от тебя!
- Мистер Уэйн, если вы не будете есть, мы будем вынуждены поставить вам зонд и капельницу. Вы этого хотите?
Брюс несколько успокоился, медсестра подошла и раскрыла ремни, фиксировавшие его грудную клетку к кровати.
- И да, меня зовут все же Харлин Квинзел, - с некоторой обидой сказала девушка и поднесла ложку к Брюсу.
Весь день Брюс провел прикованным к кровати, в размышлениях. Весь день он перебирал в голове способы побега, каждый раз совершенствуя их и вспоминая о деталях. А за окном в это время стало смеркаться, народу на улице стало меньше, и потому громче и четче был слышtн грохот автомобилей, проезжавших неподалеку. Довольно часто раздавались сирены полицейских машин, пожарные сирены.
Вскоре за дверьми вновь послышались шаги. В палату вошел доктор Керриган и, заметив напряжение Брюса, сменил постоянную ухмылку на своем лице на добрую улыбку:
- Зачем вы так, Брюс? Мы ведь здесь все свои, мы хотим вам помочь. Я слышал вы сегодня не сильно возражали против кормления, молодец, я горжусь достигшими успехами, в том числе и моими, конечно, - лицо его озарила ещё большая улыбка.
- Что ты задумал на этот раз? - сверля доктора своим взглядом, спокойным и размеренным тоном спросил Брюс.
- Все что у меня на уме сейчас, Брюс, это только ваша терапия. Я не перестаю верить в ваше полное излечение, ведь мы добивались стойких ремиссий на долгие месяцы. И вы осозновали, что больны, а это - один из главных, главнейших шагов в сторону выздоровления, - доктор говорил так, будто вещал с трибуны, слушать его можно было вечно, - Харлин мне сказала, что вы сегодня называли её Харли Квин, это так?
Брюс не отвечал, но продолжал сверлить доктора взглядом.
- И ещё вы спрашивали по поводу Альфреда? - продолжил Джонатан.
- Что вы с ним сделали? - обеспокоенно и все более возбуждаясь спросил Уэйн, услышав про Альфреда.
- Мы ничего с ним не делали, - улыбаясь ответил доктор, - он у себя, точнее у вас, в особняке, и, вероятно, уже готовится ко сну, час поздний, - продолжил доктор посмотрев на часы.
- Кто ты? - все тем же размеренным тоном спросил Брюс.
- Я, мистер Уэйн, ваш лечащий доктор, Джонатан Керриган. Вы больны, у вас тяжелая форма шизофрении, вероятно, имеются симптомы раздвоения личности. После смерти ваших родителей, Брюс, вы стали очень замкнутым мальчиком, с вами работало много психологов. Но вскоре, по мере вашего взросления, чем больше вам становилось лет, тем больше и выраженнее стали себя проявлять симптомы. Вы стали убегать из дома и подлогу не возвращались. Однажды вы зверски избили юношу, который учился с вами в одном классе. Вскоре, вы возомнили себя борцом с преступностью. По вашему мнению, вы - Бэтмен - боритесь с преступностью по ночам, одеваете костьюм летучей мыши. Вы нашли забавным, что имя медсестры созвучно с известным клоуном арлекином и стали называть её Харли Квин, меня вы стали называть Джокером, вы считаете, что Альфред, ваш дворецкий - знает правду о вас и помогает вам, но это не так. Да, он ваш дворецкий, но он взял на себя обязанность вырастить вас и дать вам воспитание, он любит вас и всем сердцем надеется на ваше выздоровление. Вы считаете, что комисар Джеймс Гордон вызывает вас специальным фонарем, установленным на крыше одного из домов в Готеме, а большую часть мед. персонала нашей больницы вы так же, как и меня и Харлин причислили к неким "суперзлодеям".
Брюс не отводил взгляда от доктора, пока тот говорил, захлебываясь в собственных словах. На его лице безразличие постпенно сменялось отчаянием. Он не желал признавать, что болен, но доктор был слишком убедителен.
- Все так и есть, - сухие слова со скрипом вышли из уст Брюса, но его лицо выдавало отчаяность попытки отрицания.
Играю вот Бетмена на ящике(тащемта прошел уже), вот навеяло =)
буду писать, пока прет :3
Ночь. На улице лил сильный дождь, гроза периодически освещала улицы и здание с какими-то старинными архитектурными изысками, подчеркивая его готичность, нагнетая мрак и чувство безысходности.
http://funkyimg.com/u2/109/816/_JPG.jpg
В одной из комнат здания лежал мужчина крупного телосложения, привязанный к кровати прочными ремнями.
- Берите все что здесь есть, пожалуйста, возьмите это и уходите, - пытаясь убедить кого-то эхом сказал мужчина в дорогом костюме.
- Заткнись!
*звук выстрела*
- Нет! - раздался женский крик, - Пожалуйста! Брюс! Беги, прячься! ААА!
*раздалось ещё два выстрела*
Появился шум сирен, с каждой секундой он был все ближе и ближе
Мужчина открыл глаза, он весь был мокрый от пота, по его лицу скатывались капли и впитывались в подушку. Сирены продолжали шуметь у него в голове, он повернул голову в сторону окна за его кроватью настолько, насколько это позволяли ремни, по комнате стали гулять отблески маячков: красный-синий-красный-синий-красный-синий. Мужчина окинул взором комнату: его кровать была справа под окном, с противоположной стороны у окна была раковина с зеркалом, в углу возле двери за небольшим ограждением стоял унитаз, по другую сторону от двери располагался стол, возле которого стоял стул, возле кровати была небольшая тумбочка. Весь интерьер в комнате был прибит к полу болтами, на окне были решетки, а дверь была металлическая с небольшим окошком.
Мужчина стал нервничать и пытаться вырваться, но ремни были наглухо закреплены и прижимали человека к кровати. Несмотря на комплекцию атлетического типа мужчина не смог высвободиться, - тот, кто закрепил ремни, знал свое дело.
- Что это за место? Где я? Как я сюда попал? - стал перебирать мысль за мыслью пленник.
Стало светать, за дверью послышались шаги. Мужчина насторожился.
- Добрый день, - поприветствовал пленника вошедший человек в белом халате, - как спалось? Всю ночь гудели эти сирены, вы хоть выспались?
Пленник не отвечал, лишь смотрел уставившись с недоумением в гостя.
- Что такое? Вас что-то беспокоит, мистер Уэйн? - сказал человек в белом халате, улыбнувшись, но даже когда он не улыбался казалось, что на его лице застыла некая ухмылка.
- Где я? Кто ты такой? Отпустите меня! - начав разговор с тихих тонов, криками закончил мистер Уэйн.
- Успокойтесь, Брюс, я ваш лечащий доктор, Джонатан Керриган, - успокаивающим тоном попытался утихомирить доктор взбунтовавшегося пациента.
- Что здесь происходит? Как я сюда попал?
- Успокойтесь же, - все тем же мягким тоном продолжал доктор, - вероятно, это осложнение шоковой терапии. Говорил же им, надо было снизить вольтаж, - продолжал врач, отведя взгляд в сторону окна, - но, думаю, мы справимся, мистер Уэйн, не стоит так просто сдаваться, - улыбаясь успокоил пациента доктор, - как ваше самочувствие, Брюс? Ничто не беспокоит? Может боли какие-то?
- Нет, - агрессивным тоном проговорил Уэйн.
- Я сейчас по очереди освобожу одну вашу руку, а затем другую, мне необходимо проверить сухожильные рефлексы, я надеюсь вы не будете буйствовать? - сказал врач, доставая молоточек, - Брюс? - продолжил доктор не получив ответа.
- Постараюсь.
- Вот и славненько.
Доктор освободил левую руку, и только он склонился над пациентом, как тут же почувствовал крепкую хватку у своей груди. Брюс Уэйн схватил доктора и подтащил его к себе, лицом к лицу.
- Кто ты?! Как я сюда попал!? Освободи меня! - закричал пациент.
- Санитары!!!
В палату ворвались два крупных санитара и оттащили врача от разъяренного пациента.
Доктор поправил халат и приказал прибежавшей на шум медсестре ввести пациенту снотворное.
- Все не так просто, как мне казалось, - задумчиво проговорил врач, уставив взгляд на пациенте.
***
Смиренную гармонию нарушило звонкое чирикание воробьев за окном. Они словно переговаривались между собой, перебивали, спрашивали, отвечали. Внезапно по обонянию ударил запах свежевыстиранного и выглаженного постельного белья, а через мгновение глаза, сквозь закрытые веки ощутили лучи солнца, пробивавшиеся сковзь густую листву деревьев. Это и заставило Брюса Уэйна открыть глаза.
Открыв глаза он осмотрелся: ничего не изменилось. Все тот же стол, стул, та же дверь, та же комната. Ужасный кошмар оказался реален. "Как же, все таки, я здесь оказался?", "Что произошло?" - один вопрос за другим перебирались в голове Брюса. "Они знают меня", - внезапно пришло к нему понимание, - "они знают кто я, кто такой Бетмен. Надеюсь Джим вовремя заметит мое отсутствие. Боже, надеюсь, с Альфредом все в порядке. Мне надо выбираться отсюда."
Ход мыслей прервал шум за дверью, напоминающий катание тележки и, последовавший за ним, звук отпирания двери. В комнату зашла молодая веселого вида девушка, в ушах у неё были наушники, музыку из которых было слышно и поодаль. Напевая что-то, она вошла в палату и сняла наушники:
- Доброе утром, мистер Би, - нежным тоненьким голоском поприветствовала девушка пациента, - как спалось ночью? Наверно, не очень приятно спать под транквилизаторами, но поверьте, это для вашего же блага и безопасности.
- Харли Квин! - громко прокричал Уэйн и стал пытаться вырваться из заключения, дергая всем, что не было зафиксировано. На шум сбежался медперсонал, находившийся неподалеку.
- Все хорошо, - успокоила прибежавших девушка, - ремни крепкие, и не таких выдерживали. Мистер Уэйн, настоятельно вас прошу успокоиться.
- Что вы сделали с Альфредом? - закричал Брюс, продолжая попытки вырваться.
- С Альфредом? А почему мы что-то должны были с ним сделать?
- Не пытайся меня одурачить, Харли! Где Джокер? Что он задумал на этот раз?
- Джокер? Вы имеете ввиду доктора Джонатана Керригана? Его сегодня не будет, он на ежегодном съезде научного общества психологов Готэма. Разве что к вечеру, может быть, подойдет.
- Какой съезд? Замышляет очередной терракт?
Что вы, мистер Уэйн, на нем он в очередной раз представит ваш случай и будет обсуждать с коллегами тактику терапии.
- Какой ещё терапии?
- Да уж. Доктор Керриган золотой человек: другие на его месте уже опустили бы руки. А он верит и продолжает лечить.
- Что ты несешь?
- Так, мистер Уэйн, хватать болтать и тем более грубить. Я пришла вас кормить, так что успокойтесь. Я сниму верхние ремни, так, чтобы вы могли сесть, - заботливо сказала девушка и подошла к кровати.
- Да не нужна мне еда, тем более от тебя!
- Мистер Уэйн, если вы не будете есть, мы будем вынуждены поставить вам зонд и капельницу. Вы этого хотите?
Брюс несколько успокоился, медсестра подошла и раскрыла ремни, фиксировавшие его грудную клетку к кровати.
- И да, меня зовут все же Харлин Квинзел, - с некоторой обидой сказала девушка и поднесла ложку к Брюсу.
Весь день Брюс провел прикованным к кровати, в размышлениях. Весь день он перебирал в голове способы побега, каждый раз совершенствуя их и вспоминая о деталях. А за окном в это время стало смеркаться, народу на улице стало меньше, и потому громче и четче был слышtн грохот автомобилей, проезжавших неподалеку. Довольно часто раздавались сирены полицейских машин, пожарные сирены.
Вскоре за дверьми вновь послышались шаги. В палату вошел доктор Керриган и, заметив напряжение Брюса, сменил постоянную ухмылку на своем лице на добрую улыбку:
- Зачем вы так, Брюс? Мы ведь здесь все свои, мы хотим вам помочь. Я слышал вы сегодня не сильно возражали против кормления, молодец, я горжусь достигшими успехами, в том числе и моими, конечно, - лицо его озарила ещё большая улыбка.
- Что ты задумал на этот раз? - сверля доктора своим взглядом, спокойным и размеренным тоном спросил Брюс.
- Все что у меня на уме сейчас, Брюс, это только ваша терапия. Я не перестаю верить в ваше полное излечение, ведь мы добивались стойких ремиссий на долгие месяцы. И вы осозновали, что больны, а это - один из главных, главнейших шагов в сторону выздоровления, - доктор говорил так, будто вещал с трибуны, слушать его можно было вечно, - Харлин мне сказала, что вы сегодня называли её Харли Квин, это так?
Брюс не отвечал, но продолжал сверлить доктора взглядом.
- И ещё вы спрашивали по поводу Альфреда? - продолжил Джонатан.
- Что вы с ним сделали? - обеспокоенно и все более возбуждаясь спросил Уэйн, услышав про Альфреда.
- Мы ничего с ним не делали, - улыбаясь ответил доктор, - он у себя, точнее у вас, в особняке, и, вероятно, уже готовится ко сну, час поздний, - продолжил доктор посмотрев на часы.
- Кто ты? - все тем же размеренным тоном спросил Брюс.
- Я, мистер Уэйн, ваш лечащий доктор, Джонатан Керриган. Вы больны, у вас тяжелая форма шизофрении, вероятно, имеются симптомы раздвоения личности. После смерти ваших родителей, Брюс, вы стали очень замкнутым мальчиком, с вами работало много психологов. Но вскоре, по мере вашего взросления, чем больше вам становилось лет, тем больше и выраженнее стали себя проявлять симптомы. Вы стали убегать из дома и подлогу не возвращались. Однажды вы зверски избили юношу, который учился с вами в одном классе. Вскоре, вы возомнили себя борцом с преступностью. По вашему мнению, вы - Бэтмен - боритесь с преступностью по ночам, одеваете костьюм летучей мыши. Вы нашли забавным, что имя медсестры созвучно с известным клоуном арлекином и стали называть её Харли Квин, меня вы стали называть Джокером, вы считаете, что Альфред, ваш дворецкий - знает правду о вас и помогает вам, но это не так. Да, он ваш дворецкий, но он взял на себя обязанность вырастить вас и дать вам воспитание, он любит вас и всем сердцем надеется на ваше выздоровление. Вы считаете, что комисар Джеймс Гордон вызывает вас специальным фонарем, установленным на крыше одного из домов в Готеме, а большую часть мед. персонала нашей больницы вы так же, как и меня и Харлин причислили к неким "суперзлодеям".
Брюс не отводил взгляда от доктора, пока тот говорил, захлебываясь в собственных словах. На его лице безразличие постпенно сменялось отчаянием. Он не желал признавать, что болен, но доктор был слишком убедителен.
- Все так и есть, - сухие слова со скрипом вышли из уст Брюса, но его лицо выдавало отчаяность попытки отрицания.
Играю вот Бетмена на ящике(тащемта прошел уже), вот навеяло =)
буду писать, пока прет :3